не мог бы так притворяться. Только ребята собрались спуститься еще на этаж вниз, как на лестничной площадке возник запыхавшийся Садовский, волосы на его голове сверкали таким красным огнем, что о них можно было обжечься.
Он нес пакет с молоком.
– Кто здесь проголодался? – спросил он. – А то Фима сунул в руку деньги, сказал, что это срочное задание, и убежал.
– А ты как думаешь? – спросил Фима.
– Я думаю, что вы нашли Колю, совершенно обезображенного. И его первые слова были: молочка бы мне. Нет?
– Нет, не нашли мы Колю. – Катя взяла у Садовского пакет и сказала: – Спускайтесь, я сейчас вернусь.
Но никто не стал спускаться. Все слушали, что будет. А Алиса даже через миелофон.
Слышно было, как Катя нажимает звонок. Наверху открывается дверь.
– Простите, – сказала Катя, – я принесла молока вашей кошке. Она у вас совсем голодная.
– Спасибо, – сказал голос. – А то мы никак не можем договориться.
Дверь захлопнулась.
Катиных шагов даже не было слышно. Видно, она осталась стоять у двери. Она-то думала, что люди удивятся, может, даже откажутся от молока…
– Идет обратно, – сказала Алиса, которая слышала мысли хозяйки кошки.
– Зачем? – спросил Фима.
– Сейчас узнаешь, – сказала Алиса и не могла сдержать улыбку.
Снова послышался звук отворяемой двери. И тот же голос произнес:
– Хорошо, что ты не ушла, девочка. Держи шестнадцать копеек. Я тебе за молоко должна. Спасибо еще раз. Ты завтра молоко принесешь?
Смущенная Катя спустилась, держа на ладони шестнадцать копеек.
– Ну что, теперь каждый день будешь ходить? А то кошка голодная.
– Придется, – сказала Алиса. – Знаешь, что эта бабушка своему мужу сейчас говорит? «Слава богу, кошачье молоко стали по квартирам носить. Теперь нам с тобой, Ваня, ссориться ни к чему».
– А он что отвечает? – спросил Садовский.
– Он говорит: «Не беспокойся, найдем из-за чего поссориться».
– Вот и хорошо, – сказал Садовский. – А то им жить будет скучно.
Осталось еще три этажа. Ребята прошли их минут за двадцать. Алиса всем дала послушать миелофон, но ничего подозрительного не обнаружилось. За дверями квартир жили самые обыкновенные люди – ссорились, мирились, разговаривали… но никто никого не пытал, не угрожал. В подвале тоже никого не было.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін