Молчаливыми свидетелями беспрекословного «орднунга» были трупы. Их оттаскивали с мостовых, тихо убирали в сторонку. Раздевали. Первым делом снимали обувь – если она была. Потом – все остальное, вплоть до белья. Голые синие трупы лежали еще какое-то время, покрывались черными пятнами тления.
Новогодние рассказы о чуде
·
Лев Усыскин