Любовь — такая штука, она как бы сразу дает право вмешиваться в чужую жизнь, перекраивать ее под себя — это глупо, но почему-то так.
А формальное отсутствие любви приводит человека к мысли, что чужую жизнь надо принимать как уж есть — никто ведь не держит, не нравится — уходи, да и все. То есть фокус, я думаю, в том, что ты легко принимаешь чужую жизнь во всей первозданной прелести, если не собираешься ее разделять. Мы и не собирались, и это вдруг дало нам и покой, и волю… Про счастье — не знаю, но покой и волю — точно.
