Забился в дальний угол, забаррикадировался от Хроноса и вируса, накрылся томиком Паустовского и притворился осенним опёнком на упавшем берёзовом стволе.
А если кто-то из одноклассников допускал хотя бы незначительную ошибочку, Миша немедленно расчехлял свой скорострельный аппарат для комментирования. Причём словарный запас у него был такой обширный, что Арсений подозревал, что ему в детстве вместо погремушек книжки подвешивали над кроваткой.
Дремлет… э-э... бритая… дорога… ей сегодня примечталось… что совсем… э-э-э… совсем немного… ждать…
Георгий остановился. На лице его отразилось недоумение. Бритая дорога поэта Есенина встала у него перед глазами.
