Ощущение мнимости, кажимости, нереальности происходящего становится с течением времени доминирующим и заставляет воспринимать действительно ужасные события, реализация которых грозит полным крушением всего, лишь как возможные:
Иногда, оставляя Лотту в ее плетеной колыбели на санках перед окнами на несколько часов во дворе и только изредка поглядывая на нее, мы на секунду думали, что ее могут украсть и съесть, и это казалось нам ужасным, но тут же мы забывали об этом. Во время бомбежек мы тоже часто не убирали ее, так как тащить ее из дому было ужасно трудно, мы с Розой спотыкались и чуть не падали
