торопливо пересекали улицу и скрывались в проходных дворах и переулках — прятались по своим притонам и хазам ночные работники Москвы. Дворники с метлами приводили в порядок территорию у своих ворот и кто хмуро, а кто удивленно провожали взглядом нашего героя. А Сидор Терентьевич все шел и шел.
Каланчевку он оставил в стороне, зная, что там в любую часть суток многолюдно.
В переулке, за зданием Рязанского вокзала, была совершеннейшая темень от мрачных стен огромных блокгаузов. Здесь от стены отделилась бесформенная фигура и за рукав потащила нашего генерала куда-то вправо, в сторону темного проема распахнутой двери. Из-за двери, откуда-то снизу, доносился неясный шум.
— Зайдите к нам, у нас весело и водка есть.
Генерал отдернул руку и обернулся. Он увидел перед
