И маленький Макс, нырнув головой под полу пиджака, щурился сквозь суконные веки петлицы и неизменно отвечал:
– Не так.
Теплый отцовский жилет дергался от смеха, шурша об уши, сквозь прорезь петлицы видна была рука, вытряхивающая трубку:
– Ну а как же? Я слушаю вас, господин Макс Штерер.
В конце концов, Макс Штерер ответил: но лишь тридцать лет спустя.
