веры, унаследованной от дедов, но дух новшества сильно коснулся его жизни и домашнего обихода. Вот этот-то дух новшества старое поколение семейства и стыдится показать старику.
В чистой
ничего… У нас свободно.
При этих словах из комнаты, прилегающей к кухне, выглянула кудрявая голова белокурого молодого парня и воскликнула:
– Емельян Васильич! Это ты? Милости прошу
