Произведение имеет довольно приятный слог, легко читается и прослушивается, вызывает интерес. О судьбе самой Лизы, описанной в произаедении, можно сказать лишь то, что она печальна.
Трагичная история любви наивной Лизоньки к гулёне Эрасту.
Хоть и история закончилась плачевно, книгу могу назвать романтичной, Лизу не осуждаю за содеянное. Да, может и глупо убиваться (в прямом смысле этого слова) от любви, но, думаю, это подтверждает искренность и теплоту её чувств к Эрасту.
Ах, любезный читатель! Сколь чувствительное и нежное сердце должно быть у того, кто решится открыть сию печальную летопись, ибо история бедной Лизы есть не что иное, как священный памятник невинности, павшей жертвою роковых страстей. Я приступаю к сему отзыву с трепетом в душе и слезою, уже готовою оросить сии строки, ибо скорбь моя о судьбе несчастной пастушки столь же глубока, сколь и восхищение талантом автора, сумевшего так изящно воспеть добродетель.
В начале сего повествования взор наш услаждается видами древней Москвы и мрачными стенами Симонова монастыря, но всё сие — лишь скромная декорация для прекрасного, чистого цветка, коим является юная Лиза. Она, сия кроткая душа, жила трудами рук своих, питая престарелую мать и не ведая хитростей большого света, пока коварная судьба не столкнула ее с Эрастом. О, сей молодой человек, наделенный добрым сердцем, но слабым характером, явился в ее жизнь как прекрасный, пагубный сон! Автор с удивительным искусством напоминает нам, что «и крестьянки любить умеют», возводя простые чувства сельской девицы в ранг высшей поэзии человеческого духа.
Сколь горестно видеть, как чистая радость первых свиданий сменяется грозовыми тучами предательства! Кажется, что сама природа — и ландыши в руках Лизы, и тихий пруд под сению древних дубов — сопереживает сей нежной душе в ее неизбывной тоске. Финал повести, столь сокрушительный для чувствительного сердца, оставляет нас в состоянии светлой меланхолии. Мы не можем до конца ненавидеть несчастного Эраста, ибо раскаяние его было горше самой смерти, но мы вечно будем оплакивать Лизу, чья невинная жертва учит нас состраданию. Сия повесть есть истинное торжество чувствительности, призывающее нас к тому, чтобы сердца наши никогда не черствели в суете мирской.