Созависимый же действует по обратной схеме – он или она проявляют небывалое терпение и продолжают верить, что «нужно еще немного потерпеть неудобства, и все наладится, партнер одумается, и снова наступит счастье». При таком поведении самоценность отношений выше, чем ощущение счастья. Партнер же привыкает к вседозволенности и заражается жестоким стремлением проверить, сколько обид созависимый выдержит.
благодаря партнеру-антагонисту созависимый ощущает себя героем, борцом с несправедливостью. Нелегализованное соперничество за право быть лучше антигероя приводит к поднятию самооценки по принципу контраста «я хороший – ты плохой». Чем хуже ведет себя зависимый, тем выгоднее на его фоне выглядит созависимый, за счет чего парадоксальным образом поднимается его самооценка;
созависимые не чувствуют грани, где их забота граничит с саморазрушением, и действия, идущие во благо другому, вредят им самим. Образ идеальной семьи для них важнее, чем состояние каждого – свое, партнера, детей.
Они находятся в отношениях, которые заранее обречены на эмоциональные испытания: адреналиновые качели «будь со мной – уходи, ты не нужен», страх одиночества, попытки вымолить любовь и поиск редких и от этого таких драгоценных и желанных «поглаживаний» – слов любви по праздникам и скупых одобрительных кивков
К химическим относятся алкогольная и наркотическая зависимости.
• К эмоциональным – любовная, кредитная, игровая (на деньги), интернет-зависимость, адреналиновая, когда человек гонится за яркими ощущениями, и трудоголизм.
• Пищевая зависимость выделяется отдельным блоком и является серьезной проблемой для страдающих ею людей.
