Значит, в Эррадейле я и буду проводить дни… и ночи. – Она повернулась к стоявшей неподалеку группе носильщиков, молясь о том, чтобы не подвернуть ногу на высоченных каблуках.
– Я не поздоровалась с вами как полагается, – заметила маркиза. – Добрый день, мистер Монахан. – И она протянула ему руку без перчатки, протянула с явным приглашением ее поцеловать.
Всякий раз, когда Гэвин как бы невзначай демонстрировал свою силу – вот как сейчас, когда одной рукой легко передвинул тяжелое кресло с ней вместе, – у Саманты что-то сладостно замирало в сердце и она с особенной остротой ощущала себя женщиной.
