Никак слуги постарались, решили сделать мне приятное, зная мою слабость к прекрасному полу.
— Так подарили бы мраморные плиты, к чему девушку неволить?
— Ваш плащ сейчас шьет моя швея. Я могу попросить вышить на нем сердечки, а Рив не слишком щепетилен в таких вопросах — с него станется вселить душу именно в такой плащ.
— Кажется, вы стоите друг друга, —
Я застыла на входе в мастерскую, изумленно глядя вслед Риву. Он ведь прав. Вопросы не решаются местью. Кровная вражда — это ужасно. Такого не должно быть. Почему из всех знакомых мне людей самым миролюбивым оказался демон?
Мне кажется, мои чувства к нему больше напоминают привычку, а не любовь. Но отпустить эти чувства не могу — не дает надежда.
Надежда порой такая странная штука. Иногда оказывается жизненно необходимой, а иногда — смертельно опасной.
Да, порой для начала новой жизни нам нужно, чтобы умерла надежда, заставляющая нас цепляться за прошлое, но если она исчезает, мы открываемся чудесному будущему.
