Оглавление

МАРТ

Вместо предисловия

Перед вами хроники относительно недалекого будущего.

Сложно точно сказать, какой это год. Возможно, 2095-й. Возможно, 2115-й.

Но совершенно точно это будущее не так радужно, как хотелось бы.

Люди не научились телепортироваться, путешествовать во времени и лечить простуду.

Да, кое-какие выдающиеся технологии существуют. Но они доступны лишь избранным.

Да что уж там, даже винтажные технологии, вроде пылесоса и микроволновки тоже доступны лишь избранным.

А все потому, что на Земля переживает ряд катастроф — природных, техногенных… И природных, спровоцированными техногенными.

И вот лишь несколько факторов (в том числе противоречивых), определяющих реальность:

Факт №1. Глобальное потепление, вызванное активностью вулканов и деятельностью человека, привело к масштабному таянию льдов. Как результат, такие города, как Дакка, Хьюстон и Венеция оказались под водой.

Факт №2. Глобальное затемнение, вызванное вулканическими и химическими выбросами, позволило снизить темп потепления. Как результат, темп таяния льдов замедлился и даже в Венеции можно кое-где сойти с гондолы.

Факт №3. Реликтовые леса Амазонии давно уничтожены, а на их месте уже выросли новые. Гренландия оправдала свое название, и теперь действительно является зеленой страной. Американский залив в очередной раз переименован в Мексиканский.

Факт №4. Международные корпорации набирают бесконечное могущество, а их сотрудники, получившие лицензию, могут беспрепятственно перемещаться по всему миру. Лицензия (ID) выдается любому человеку, независимо от пола, возраста, национальности, происхождения и социального статуса. Для её получения не требуется согласия от правительства ни одной страны, гражданином которой является кандидат на лицензию. Требуется только выбрать род деятельности и внести очень и очень крупную сумму для покупки лицензии. И внести её в универсальной международной валюте, называемой просто «коины».

Факт №5. Бесконтрольное потребление привело к исчерпанию природных ресурсов и способствовало масштабному загрязнению океанов. Размеры и количество океанических мусорных пятен выросло, что стало причиной неуправляемых изменений в морской экосистеме.

Факт №6. Добыча нефти сохраняется в лишь нескольких скважинах и не способна покрыть запросы человечества. Рудники редкоземельных металлов опустошены, и любой чип на вес золота.

Факт №7. Накопившийся мусор стал источником дохода и ценным ресурсом благодаря новым технологиям переработки нефтепродуктов. Эти технологии принадлежат ряду корпораций, которые утверждают, что сбор мусора — это забота об экологии, а не способ обогащения.

Факт №8.Сформировалась каста лицензированных старателей, занимающихся сбором мусора для перерабатывающих корпораций. Преимущественно они действуют в океанах нейтральных вод, управляя модифицированными мусоросборными баржами. Эта работа сопряжена с рядом рисков, главный из которых — возможность лишиться жизни при пиратской атаке, ведь эти баржи — настоящая ценность.

Факту №8 и посвящена эта книга.

***

Место. Постапокалиптическая Земля, включая полузатопленные города, такие как Дакка и Венеция, и исчезнувшие страны, например, Тувалу и Мальдивы.

Время. 209.. год, спустя три десятилетия после ключевых климатических катастроф.

Социальное расслоение. Критическое расслоение с преобладанием элиты, которая контролирует ресурсы и живет в комфортных мини-городах, и большинством населения, живущим в условиях бедности, охваченным разочарованием и отсутствием надежды на будущее.

Глава 1. Сизиф

— Признайся, Март, ты же давно хотел сам стать капитаном? И вот, наконец, у тебя появился шанс.

Демид элегантно полулежал на раскаленной палубе «Сизифа», мусоросборной баржи третьего класса. Крепкий, загорелый, с легкой проседью, в стильных очках, найденных на полузатопленном корабле. Он будто позировал для модного журнала, найденном там же. Лишь крохотная деталь портила элегантный образ — нож, торчащий из его живота.

Из трюма высунулась рука с демонстративным средним пальцем. Демид усмехнулся. Рука скрылась в трюме. Март что-то там искал. Сдавленная ругань и грохот оборудования, о которое он спотыкался, намекала на безуспешность поисков.

Время будто стало резиновым. «Сизиф» медленно дрейфовал в отравленных водах Мексиканского залива. «Видавшая виды баржа не особо-то и изменилась после пиратской атаки», — отметил про себя Демид.

Ржавая, с облупившейся краской. Облепленная ракушками по самую ватерлинию. Её монстроподобные мандибулы, служащие для сгребания плавающего крупного мусора, несимметрично скрючились. Турельная установка с пулеметом неестественно покосилась. А на стволе сидела чайка и всем своим скучающим видом чистила перья.

Наконец, из трюма появился Март. В противовес аристократичному Демиду, Март походил на Маугли. Обросший, тощий, подвижный, он всегда был напряжен и собран, будто готовился к прыжку. Даже когда спал.

Март тащил канистру с отработанным моторным маслом. Птица вспорхнула, напугав Марта. От неожиданности тот бросил канистру и схватился за револьвер.

Демид заботливо предложил:

— Дружище, да у тебя нервы ни к черту. Съезди на море, развейся.

Март проворчал:

— Матерь Божья, первая шутка за целый рейс. Надо же, что с человеком проникающее ранение делает.

Демид пожал плечами, но резкая боль пронзила тело, и он пообещал себе больше так не делать.

Март вздохнул, подхватил канистру и направился к пулемету. Подергал за дуло, но пулемет не поддался. Попробовал подлить масла в механизм турели — без толку.

— Турели, кажется, конец.

Демид набрал воздух в легкие и решительно прохрипел:

— Март, похорони меня в океане, как бойца. Хочу уйти достойно. Не как сборщик, а как воин.

Март отложил канистру и сел. Выдержал паузу.

— Удивительно, Демид, просто магия. Эту проклятую турель заклинило ровно в тот момент, когда я располовинил последнего пирата.

Демид вздохнул. Его раздражала манера Марта игнорировать тему разговора. Март достал из кармана гаечный ключ и попытался открутить намертво прикипевшие болты. Болты не поддавались. Март выругался и швырнул ключ.

Демид философски изрек:

— С другой стороны, может и нет в этом ничего хорошего. Может, заклинь она чуть раньше — было бы лучше. Нас бы быстренько пришили, и всё, считай, отмучались. А теперь торчим здесь… Я даже не понимаю, где именно. Без топлива, патроны заканчиваются. И неизвестно, отчего мы раньше умрем — от голода, жажды или сбежавшие пираты вернутся. Наверное, третье — еды и воды у нас на неделю. А пираты злопамятны и нетерпеливы.

Март поднял брошенный ключ и стал пытаться снова. Аккуратно, чтобы не сорвать старые, ржавые болты. Не оборачиваясь к Демиду, спросил:

— Скажи, откуда здесь пираты? Я собираю здесь мусор в этих водах последние пять лет, и ни одного не видел.

Демид закрыл глаза. Улегся поудобнее, насколько позволял нож.

— Март, вот что ты хочешь услышать? Что климат меняется?

— Так он меняется последние сто лет. Причем тут климат?

— Ну пираты мигрируют. Бегут от холода, бегут от жары, бегут от стихии. Как птицы. Как глупые птицы, которые сбились с пути и мечутся в панике.

Один из болтов взвизгнул и наконец поддался. Март довольно крякнул и взялся за второй. Второй не поддавался совсем.

— Я вот что думаю, Демид. Как вы к этому пришли? Неужели вы не видели, к чему все идет?

— Ты что, меня обвиняешь?

— Тебя, Демид, тебя. И твоё чертово поколение. И предыдущие поколения. Я-то родился на всём готовеньком.

— Март, мне всего пятьдесят. Это началось за сто лет до меня.

— Хорошо, но ты знал людей, которые это начали.

Демид попытался засмеяться, и снова обещал себе так тоже не делать. После минутного спазма, отдышавшись, спросил:

— Люди странно устроены, Март. Сначала они слышат: «Земля погибает». Медленно, но верно. И люди пугаются, пытаются что-то сделать. Создают партии, пишут в новостях, обсуждают за ужином. Потом ложатся спать. Утром начинается новый день и страх растворяется в рутине. Им повторяют снова: «Земля гибнет». Люди снова пугаются, но уже меньше. Потом следующий день. И эффект теряется. Смысл слов теряется. Когда тебе твердят одно и тоже — слова обесцениваются. Перестают пугать. И, главное, — то, чем тебя пугают, происходит очень медленно. Ледник отступил на три метра? Ничего страшного, там еще метров сто осталось. Замерз урожай в тропической стране? Ничего страшного, в другой стране не замерз!

И всё это происходит «где-то там». Где-то в Африке засуха. Где-то в Азии тайфун. Где-то в Сибири слишком холодная зима, аномальная даже для Сибири.

Но разве северян напугаешь зимой? Они же наоборот — бьют в себя в грудь: смотрите, у нас минус семьдесят по Цельсию, а мы в прорубь ныряем! Все превращается в фарс! А еще эти вулканы, на которые люди не могли повлиять… Но все остальное-то могли!

— Демид, Демид, успокойся. Не заводись. Дыши.

— Дышу, дышу.

— Так и что надо было делать?

— Я не знаю, что надо было делать. Никто не знает.

Март снова отшвырнул ключ, вскочил на ноги и принялся остервенело дергать дуло пулемета:

— Я не буду хоронить тебя в океане, Демид! Я вообще не собираюсь тебя хоронить! Мы доберемся до порта, и там тебя заштопают. Антибиотики тебе предоставят! У них должны быть новые, работающие антибиотики!

Демид тяжело перевернулся на бок.

— Лучше бы тебе скорее что-то придумать с этим пулеметом, истеричка.

Март поднял глаза. К барже стремительно приближались несколько моторных лодок. Глубоко вздохнув, он присел, взялся покрепче за дуло и резко дернул на себя. Март не верил в чудеса, но чудо все же произошло: бог ржавчины сделал свое дело и болт отломился, освободив пулемет от турельной установки.