И вдруг понял: я бы вырезал эту стену и отнёс к ней домой, если бы мог. Или разрисовал бы весь город, только чтобы она смотрела на стены и чувствовала — это всё для неё. Только для неё.
тыльной стороной ладони.
— А ты хорошо здесь ориентируешься, — выдохнул я.
Лада засмеялась — звонко, будто кто-то встряхнул пригоршню стеклянных бусин прямо в темноте.
— Тебе тоже не мешало бы изучать местность, прежде чем рисовать в таких местах
Сестра стояла чуть в стороне. Собранная, как всегда, будто готовая к фотосессии. Артём не упускал шанса. Он шутил, комментировал картины, переигрывал — в своём стиле
