Однажды одна девочка верила…
Дура.
9 Ұнайды
– Я боюсь, – выронила я едва различимо.
– Я знаю. Знаю… А еще я знаю, что ты справишься и с этим. Ты уже столько всего сделала, Ален. Ты выстояла. Знаю, что выстоишь и дальше. Но позволь мне хоть иногда быть твоей опорой. Да, знаю, по утрам я очень тупая, сонная и неповоротливая опора, которую ты уже профессионально двигаешь с места на место… – сказал Костя, тихо хохотнув. Вместе с ним усмехнулась и я в сгиб его локтя. – …но остальной день я, в целом, неплохо функционирую. Говорят, даже умный. Даже котик…
4 Ұнайды
– Понял, – кивнул он коротко. – Не хочешь рассказывать о себе, тогда поговорим о том, какой я офигенный. Моя любимая тема, кстати. Я в ней шарю лучше всех.
3 Ұнайды
Аленка твоя дрищет. Лекарство ей дай хоть, что ли
1 Ұнайды
Каждый раз я надеюсь, что ее огромная задница не пролезет в дверной проем и она не сможет попасть в квартиру, но каждый раз эта бабка умудряется проскользнуть к нам боком.
ужин? У нас, типа, все серьезно. Я подумал познакомить ее с вами. Просто, со своими она меня уже познакомила. Вот я и подумал, что…
– Мямля, – усмехнулся Костя и запустил в братца ручкой.
Вадим поймал ее и хотел кинуть обратно.
– Только попробуй! – пригрозила я, так как все еще сидела на коленях у Кости.
– Ну так что? Можно, нет? – главным образом Вадим спрашивал у Кости.
– Хочешь, приглашай, – ответил тот. – Я тебе не мамка, чтобы что-то запрещать. Девчонка-то хоть нормальная? Не фифа дутая?
– Нормальная, – с гордой улыбкой протянул Вадим.
– А зовут-то как? – уточнила я.
– Вера.
А за нами увязался и Вадим. Не сразу, конечно. Месяца через два позвонил в дверь.
Мы с Костей этого не показываем, но нас до сих пор удивляет та твердость, с которой Вадим отказался от денег отца и деда. Он действительно делает себя сам. Единственный, у кого он иногда просит помощи или подсказки, – это Костя.
– От тебя хрен отделаешься, – вздохнул Костя.
– Это… – Вадим начал говорить, но вдруг замялся. Поскреб ногтями затылок и, кажется, даже засмущался. – …я приглашу вечером свою девушку на
когда Костя, подхватив меня под бедрами, оторвал от пола и зашел в душевую под поток воды вместе со мной.
– Вообще-то… – шепнул он, разорвав на миг поцелуй. – …я не всегда спал
Я прикрыла глаза, собралась с духом.
– К тому, что я тебя люблю, – эти слова я произнесла быстро, почти скороговоркой, и робко подняла на Костю взгляд. Увидела, как он широко улыбается, глядя на меня.
– А потом? Просто говоришь мне спящему, что любишь меня, и засыпаешь?
– А потом я прижимаюсь к тебе спящему сильно-сильно, целую и засыпаю, – выпалила я, сгорая со стыда.
– А как обнимаешь? – будто дразнил меня Костя.
Я поняла, к чему он клонит.
Надеясь на то, что он испугается меня мокрую и побежит защищать свою идеальную наглаженную рубашку, я рванула к нему из душевой и накрыла его губы своими. Обхватила крепкую шею руками и взвизгнула
– Ты знаешь, – робко ответила я.
– Знаю, – кивнул он уверенно и тут же смущенно добавил. – Но помимо знаний хочется еще и услышать это. Хоть разок.
– Я тебе говорила. Много раз. Правда, ты всегда спал в это время.
– А зачем ты говорила мне об этом, когда я сплю? – Костя непонимающе нахмурился.
– Ну… – Я стыдливо опустила взгляд и машинально начала прикрываться, пряча обнаженную грудь и иные неодетые подробности своего тела. – …Просто ты раньше меня засыпаешь, а я долго лежу и думаю обо всем. И в конце всех своих мыслей всегда прихожу к тому, что… К тому, что…
– Что? – словно дразнил меня Костя