Уходя, Збышко заметил при свете факела, что гроб весь покрыт веночками из васильков и ноготков, а чисто выметенный глинобитный пол устлан аиром, желтоголовником и липовым цветом, от которого струился медовый дух. Умилилось сердце молодого рыцаря, и он спросил:
– Кто это украшает так гроб?
– Панна из Згожелиц, – ответил Толима.
Молодой рыцарь ничего не сказал; но когда увидел Ягенку, упал вдруг к ногам девушки и, обняв ее колени, воскликнул:
– Да вознаградит тебя Бог за твою доброту и за эти цветы для Дануськи!
И горько расплакался, а она, как сестра, которая хочет успокоить плачущего брата, сжала руками его голову и проговорила:
– О мой Збышко, я бы и не так рада была тебя утешить!
И слезы ручьем полились у нее из глаз.
