автордың кітабын онлайн тегін оқу  Кот из бездны. Антиутопия

Любовь Сушко

Оглавление

От автора

Никогда не писала антиутопий, всегда они получались все-таки утопиями в финале, когда объявили конкурс, вот и подумалось, а не замахнуться ли на этот странный жанр.

И было для антиутопии несколько предпосылок. Хотя все начиналось с кота, наследственного кота, изъятого мной лично по требованию издателей из всех произведений, а черного кота было много в самых разных текстах, пробрался он туда, прижился, и уходить не собирался.

.Простится ли такое? Но конечно, ни один кот виноват, нечего на кота пенять, когда все мы стоим на краю пропасти. Кот стал только последней каплей, переполнившей ту самую чашу. Остались мы без царя, без адмирала, без знаменитого поэта, расстрелянного в августе 1921 года, с разрушенной до основания литературой, которая уже и не ладан-то не дышит. Не воскресить мёртвую царевну поцелуем, не разбудить. Вот и летит все в бездну в ужасном 21 веке, какая там утопия.

А потом приснился А.С.Пушкин с рукописью «Руслана и Людмилы « в руках, той, которая могла бы стать славянским эпосом, но не стала, и тот кот присоединился к этому, хотя они никогда не ладили, а тут взяли и поладили, ну и вернулся снова в самую горячую точку Фауст с Маргаритой. А ведь он пришел, чтобы с нуля построить свой мир, не так ли. Значит, утопию написать, никак не получится.

И хотя на помощь я позвала Гекату с Эридой, как без них, и Одиссея с Прометем, но эпохи Возрождения на этот раз не случилось. Вот уж точно, «все теперь против нас», но разве не мы сами виноваты в том, что творили?

Вот и получите антиутопию и живите, если сможете.

Часть 1 Созвездье черного кота

Глава 1 Начать сначала не получится

Часто у историй не бывает финала, но чтобы начать ее не с начала, это надо еще постараться. А у нас с вами это именно такая история получается. Писательница Алина прекрасно знала, что начать ее сначала не получится.

Она поняла это в тот момент, когда большой черный кот протиснулся сквозь трещину разбитого зеркала.

Если к вам коты приходят какими-то другими путями, то Барс пришел к ней в очередной раз именно так. Неожиданно, да, но путь его был неизменен.

Обрадоваться наша писательница явлению черного кота не успела, потому что он был зол, как сто чертей, просто рвал и метал. И надо сказать, что у Барса на то были свои причины, очень уважительные причины, тут бы не только черный кот, но белый и пушистый ангел взбеленился, а что о черном коте говорить.

Кот уселся напротив нее и смотрел не мигая. Переглядеть его вряд ли получится, особенно если ты страшно перед ним виновата, и он явился, чтобы тебе о том напомнить. Такт не был сильным качеством кота, да и о чем говорить, если мир не просто стоял на краю пропасти, а летел в ту самую пропасть. И никто не сомневался, что теперь он туда точно улетит.

№№№№№№

Вы уже догадались, что наш кот был говорящим, хотя упорно молчал, можно было подумать, что он потерял дар речи, но Алина так не думала, это все его вредность, переходящая в ярость. И это надо было как-то пережать и пережить.

— Да пойми ты, наконец, у меня не было другого выхода, чтобы книга увидела свет, а мы с тобой зря что ли четверть века трудились, тебя нужно было оттуда убрать. Иначе гори оно все ясным пламенем, ничего бы не получилось вовсе. Но настанут добрые времена, и я тебя туда верну, обязательно верну, вот честное слово, верну.

Кот молчал, теперь искры сыпались то ли из глаз его, то ли из усов, трудно было понять на первый взгляд, откуда они сыпались

А писательница не могла молчать.

— Я долго сопротивлялась, я делала все, я пыталась, я старалась, но ничего не вышло. Времена утопий прошли, наступили времена антиутопий. Но это ведь не конец света, я надеюсь, что это не конец света.

Кот молчал, словно старался уверить ее в обратном А она надеялась,

Но надежда таяла и камень, который Сизиф упорно катил в гору, срывался и летел вниз. И в какой раз такое случилось, герой давно сбился со счета.

Глава 2 А кот молчал

— Кот молчал, ему хотелось, чтобы она все выложила, а потом уже врезать словом, ну бить писательницу, свою писательницу, хоть и предательницу, он не собирался. Даже к штыку приравнивать перо не хотел. Только она должны понять и прочувствовать все, что натворила, и само собой, как-то исправить положение — вернуть кота на страницы книг.

— Интересно, как мне его исправить, может, ты подскажешь и поможешь, ты же у нас такой умный.

— Сама накосячила, сама и исправляй, — наконец подал голос кот, молчать слишком долго он никак не мог, так язык мог присохнуть, как бабушка Яга говорила.

— Да я уже кое-что придумала, — отозвалась она, радуясь, что он все-таки заговорил.

— Боюсь даже спросить что именно, — изрек кот

— А что мне еще оставалось делать, не одного же тебя запретили, всю твою компанию тоже, я осталась совсем одна, осиротела. Ты пропал, они носа сюда не показывают, а вот Фауст отозвался и спутник его тоже. Это не самый лучший, но хоть какой-то выход из безвыходного положения.

Кот захохотал.

Если вы сомневаетесь в том, что коты умеют хохотать, то когда-нибудь услышите смех Лжебарса и поймете, что еще как умеют

— Он веками сидел и ждал, пока про него хоть кто-то вспомнит. Он снился всем подряд писателям, рыдал, зная, что больше никто и никуда его не позовет, как наших испугавшихся патриотов. А тут такая удача, нас всех запретили, а перед ними открылась дорога в погибающий мир. Ну что за прелесть эти времена глухие, когда и Фаусты в цене.

Кот произнес целую речь и сам себя оборвал на полуслове, что это он разговорился, когда мир рушиться окончательно и бесповоротно. И все-таки он прибавил:

— Увижу я, как будет погибать любимая моя отчизна,

Я буду одиноко пировать над бытия ужасной тризной.

И он так тяжело вздохнул, и казался таким опечаленным, но одухотворенным, что Алина вздрогнула.

— Ты, правда, думаешь, что мир погибает, что мы ничего больше для него не сможем сделать?

— И это говорит та, которая поставила на мне крест, выкопала покрытого мхом беса, и с его помощью решила спасти этот мир. Это ли не настоящее безумие, Мефистофель тебе точно поможет, вне всяких сомнений.

— Но вы в прошлый раз тоже не спасли его, как и раньше, — напомнила она наглому коту, ведь он в ее глазу соринку видел, а в своем бревно не замечал

— Не спасли, — согласился кот, — но мы хотя бы старались.

— Плохо старались, — буркнула Алина.

— Может и плохо, но не хуже твоего будет. Вот теперь и посмотрим, как твой Фауст вас всех спасет.

Кот был прав, а если бы и не прав, то и тогда с ним спорить бесполезно.

— Ладно, хватит шипеть, давай подумаем, можно ли хоть что-то предпринять для того, чтобы спасти мир.

— Да ничего нельзя сделать, — отрезал кот, — но мы все равно не будем сидеть сложа лапы, с этим я согласен. Не зря же к тебе пробирался, вон весь поранился.

Алине показалось, что он сменил гнев на милость, но доверять Барсу было глупо, кто бы в том сомневался.

— А не доверять опасно, — напомнил он, — кот все еще прекрасно читал ее мысли., как она могла о том позабыть?

Такой была их очередная встреча. Веселого мало. По поводу апокалипсиса он вряд ли шутил. Но разве надежда умирает не последней? В душе писательницы она пока умирать не собиралась.

Глава 3 Остальные подтянутся

Недолго Алине удалось наслаждаться беседой с котом, прошло совсем немного времени и в дом ворвалась дама в черном. Ворвалась в прямом смысле, ей никто не открывал дверь, а та была закрыта, как обычно в наше смутное время. Она просто нарисовалась и ожила перед ними.

Понять по прикиду, кто она такая, откуда, но то, что дверь не перепутала, улицу, город и век можно было не сомневаться. С самого первого дня знакомства кот знал, что писатель, настоящий писатель, может вытаскивать героев из той реальности и переносить в наше время. Разве он сам не таким же образом тут оказался?

А так как написала Алина море книг, то так сразу понять, кто эта героиня, из какой книги было не так просто. Сама она не представилась пока, оставалось только гадать на кофейной гуще. Вот бы с Баюном посоветоваться, он-то наверняка все знает, и куда только подевался, интересно наш кот ученый? Его-то никто ниоткуда не изымал.

Но и сам Барс без помощи Баюна догадывался, что это одна из последних и любимых ее героинь. Так уж вышло, что в последнюю пару лет, достала Алина смеха ради старую рукопись, которую ей лень было перепечатывать и все-таки сделала это, и бросила в сетевое море. Но чуть ли не с первого дня та самая рукопись и затмила все, что там было до нее. То ли искали добры молодцы каких эротических сцен и подробностей, то ли просто так карты легли, но ее читали и чем дальше, тем больше. Верите, не верите, но так и случилось.

И у главной героини всегда есть подруга рядом. Надо признать, что ее Алина выбрала очень неосмотрительно, потому что этой самой подругой стала не Афина и не Гера даже, что было бы полбеды, а именно богиня Эрида, как она такое терпела до сих пор не понятно, но как-то все-таки терпела. А вот теперь, в том не было сомнения, решила Эрида отомстить, ведь любому коту известно, что месть — это закусон в холодном виде.

№№№№№

И хотя незнакомка была в каком-то средневековом наряде, но в том, что это одна из двух богинь сомневаться не приходилось, оставалось только решить, Геката ли это или Эрида, хотя если помедлишь с решением, то дождешься и вторую.

Кот укоризненно взглянул на писательницу, мол, с тобой покой и не приснится даже, и произнес:

— Ты тут всех чудовищ навызываешь, а что мы с ними потом делать станем? Со мной одним сколько мороки, а если нас будет целая толпа. Я тебе не завидую, дорогая.

Алина растерялась

Кот подошел поближе, а говорить стал тише, чтобы незнакомка их не слышала, или только делал вид, что хочет что-то скрыть, коварство и притворство у него было в крови, интриган хвостатый.

— Надо узнать, кто это и что нам с ней потом делать. Помирать тоже можно по-разному, а я хочу красиво.

— Какой смышленый у тебя зверь, мал да удал. Он должен знать, что в романе об Одиссее мы с Эридой стали врагинями, да и могло ли быть иначе, если на сцену выходит такой герой..

Так она ответила не только на вопросы кота, но и сказала значительно больше, конечно, для тех, кто умеет слушать и понимает тайные смыслы.

И кот подхватил эти ее слова, вполне довольный своей проницательностью.

— Улисс не позволил тебе написать роман о Прометее, и эта главная твоя ошибка. Так аферисты всегда вмешиваются в судьбы даже людей в других измерениях и поколениях. А потом и случается конец света. Прометей тебе и нам этого не простит, но что с писательниц возьмёшь, им Одиссеев подавай, хоть тресни, — возмущался кот, размахивая лапами в разные стороны, да так, что в комнате даже ветер поднялся.

— Мне писалось легко, и я решила, что успею, — стала оправдываться Алина.

— Все, что легко и вкусно, не всегда полезно, — изрек кот, — пока я уверен только в том, что она не Маргарита. И что Одиссей твой дорого заплатит за то, что они там натворили.

Богиня таила молчание, хотя они убедились, что она понимала их речь и могла говорить.

И все же молчала Геката не долго.

Глава 4 Она не Маргарита

Тем временем Геката повернулась к Алине и спросила, кто такая Маргарита. Ей и правда, было интересно это знать.

— Это случилось значительно позднее вашего бытия, когда немецкий доктор решил вернуть себе молодость, он и встретил девицу, которую соблазнил и бросил, а ей пришлось расправиться с ребенком. За что она и оказалась в тюрьме.

Фауст вместе с бесом, ну сатиром, по-вашему, пытался спасти ее от казни, но она выбрала смерть тогда. И это был не правильный выбор, потому что потом Маргарита обречена была возвращаться, чтобы исправить свои прежние грехи, они в каждой новой жизни встречались с Фаустом, и герои смогли как-то преобразиться, что-то исправить. Она и теперь появляется в самых горячих точках и пытается спасти этот мир. В прошлый раз им с Фаустом это не удалось. Пришлось спасаться бегством, но они не отступают и не сдаются. И так будет до конца света, кот прав, мы скоро их встретим снова, я в том не сомневаюсь.

Геката задумчиво смотрела на писательницу, которая в последнее время не давала ей покоя, хотя нельзя сказать, что богине тьмы это не нравилось, скорее наоборот, она включилась во все происходящее с большой радостью, как в последний раз. Хотя это и на самом деле был последний раз.

№№№№№

— Его больше не спасти, — размышляла вслух Геката, — и это наш с ней прощальный визит, мы могли бы оставаться дома, и там дожидаться конца света, или не могли бы. Наверное, всегда хочется побыть там, где ты уже был прежде, вспомнить то, что случилось, но не на этот раз. Иногда рушатся империи, порой планеты перестают существовать, тебе пришлось жить в минуты роковые, а это всегда очень печально, ведь в этой последней битве не будет победителей, здесь побеждены все.

— А я что говорил? — встрепенулся кот, — твоя богиня не так глупа, и скорее это все — таки Геката, а не Эрида. А ты сама-то как думаешь?

Барсу хотелось это скорее выяснить, но богиня знала все его уловки, ничего не говорила, только загадочно улыбалась.

Жизнь обещала быть яркой и запоминающейся, как и всегда бывает даже с простыми черными котами, а он никогда не был простым и обычным.

— Говорят, на войне все чувствуется значительно сильнее и ярче, — размышлял кот, — но любая война заканчивается миром, для тех, кто выжил, а у нас такое вряд ли случится, так что и жить, и безобразничать будем на полную катушку.

Он остановил сам себя, перевел взгляд с Гекаты на Алину и вдруг заметил какое-то едва уловимое сходство между ними.

— А ведь так и есть, — хлопнул себя лапой по лбу кот, — они удивительно похожи, хотя не сразу и заметно, а может просто я так волновался, что не замечал самого важного.

— Но как может быть иначе, ведь она творила меня по своему образу и подобию, хотя, что мне тебе это объяснять, ты сам все прекрасно знаешь.

Тогда возникает вопрос, а Эрида, она тоже похожа на вас обеих или она другая?

— Потерпи немного и скоро сам все это увидишь, — говорила Геката, намекая на то, что встреча не за горами. Ну что же, было бы обещано. И все-таки кот решил вставить свои две копейки

— Думаю, теперь должна появиться Марго, я без нее немного соскучился уже, что же такое тут творится-то.. Мы с ней столько всего пережили и прошли, что было бы справедливо, чтобы и теперь оставались вместе.

На самом деле он просто пытался отодвинуть немного встречу со второй богиней. Кот не сомневался, что это не тот случай, когда одна хорошо, а две лучше, это как раз наоборот, вполне достаточно и одной. Но все понимали, что это не во власти нашего кота. Они придут и уйдут, когда им вздумается. И кому еще, если не богине ночи смотреть, как окончательно рухнет мир, и наступит конец света, о котором говорили во все века и времена, его ждали и боялись, и радовались, что им не довелось его увидеть.

А пока, томясь в ожидании, одним когтем кот настучал на мониторе стишок, как раз в тему. А звучал он примерно так:

Корабль мертвецов в тревожном сне

Нам оставляет ужас, а не милость

.

И мир стоит над пропастью времен,

А пленный бог не может пробудиться,

Глава 5 Признание Гекаты

Геката чувствовала недоверие кота, не слишком разбиравшегося в таких древних богинях, сам он, судя по всему, был из новых русских котов. И хотя она подозревала, что за такой личиной скрывается Баюн, но потом поняла, что он либо слишком хорошо скрывается, либо тот еще появится, если приглядеться, то этот был очень мало похож.

Узнай об этом Барс, он сильно бы обиделся и рассердился, но он ничего такого не знал и не ведал. И она решила больше не интриговать и не скрываться. Не очень хорошо морочить головы тем, к кому ты явилась в гости, тем более, что в ближайшее время все встанет на свои места, Эрида точно не заставит себя долго ждать. Возможно, она уже была тут, но пряталась и выясняла, что да как тут происходит.

Тогда она и заговорила:

— Корабль мертвецов уже в пути, никто не сможет его повернуть назад, но всегда можно спасти кого-то, если сильно постараться, я выбрала тебя. Мне не хочется, чтобы ты исчезала без следа, это не справедливо. Ведь до тебя никто и никогда в этом мире не написал про меня дюжину романов, не сделал главной героиней, у всех была, как у бедняжки Париса, Афродита. Кто-то хватался за Афину и их можно понять. Только ты одна смогла подкупить меня своим вниманием, и пусть я слишком хороша там, да еще поэтесса, но сразила, ничего не скажешь, наповал.

— Нажив врага в лице Эриды, — напомнил им кот, — ему показались приторными эти сладкие речи грозной богини. Кстати, хорошо, что она своих псов не прихватила, а то бы ему пришлось смыться и спрятаться, ее псы любили котов еще меньше, чем все остальные псы. А таких противных, как он просто бы на лоскутки порвали.

Геката посмотрела на него, словно забыла, о чем она там говорила, и кот решил вставить свое веское слово в образовавшейся паузе:

— И меня не забудьте, когда спасаться будете, — напомнил Барс, — не хочу на тот самый корабль мертвецов, я уж лучше с вами. Хотя компания тоже так себе, но из двух зол выберу меньшее, мы все-таки уживались неплохо, пока эти проходимцы не появились, и не пошло все наперекосяк. А я стал нелапопожатным.

— Ты домяукаешься, что никуда тебя не возьмут, — усмехнулась Алина.

— Нет, вы уж заберите, хотя на писательницу я сильно не надеюсь, она меня отовсюду успела выкинуть. Но ты — то солидная богиня с мозгами, не Гера какая-нибудь — кот оглянулся по сторонам, вдруг и Гера тут тоже. Тогда она точно из него второго Геракла творить начнет, а то и сразу к Церберу отправит, вот это будет спасение.

№№№№№№№

Улыбка Гекаты заставила его подумать о том, что он на верном пути. Ведь и Алина не зря выбрала не Афину, а эту суровую богиню.

Он стал припоминать, как это было? Если память ему не изменяла, то роман появился чуть ли не самым первым, возник каким-то необъяснимым образом сразу после того, когда она написала роман в стихах о творении мира, и вдруг Геката. Конечно, это логично, сначала была тьма, и богиня тьмы должны была быть на этой сцене. Но когда это писатели, а особенно писательницы подчинялись логике? А вот ведь написала, напечатала не сразу, но опять же напечатала, и как все хорошо закончилось для них для всех, если конец света можно называть хорошим делом, что очень сомнительно, и все-таки.

Они последними уйдут во тьму, и может быть, там как-то пристроятся еще, хотя у кота не хватало фантазии понять, что и как там может быть, но все-таки, все будет хорошо, — решил про себя он.

Дверь в то время скрипнула, даже взвизгнула, чего никогда прежде не было, значит снова пришел кто-то из разбитого зеркала и просто хочет о себе таким вот образом напомнить?

Интересно кто же это может быть, Мефистофель или богиня раздора? А кого бы он хотел увидеть раньше? А точно никого, но сие от его желаний никак не зависит.

Сменяются событья и эпохи,

Сражаются и боги и князья,

И как бы славно пировать могли мы,

И на Олимпе и в ночной глуши.

Вы тайны мне доверили когда-то,

Я с вами этой осенью была,

А смерти, умножавшие печали,

Нас обходили, знаю, иногда,

— Твой Игорь из полона не вернется,

Владимир твой женился на царевне,

Еще твоя звезда не отгорела,

Еще тебе сражаться там и жить.

А мне писать о том, что с вами было,

Что быть могло, но не случилось вновь.

Глава 6 А вот и Мефистофель

Наверное, писатели, это люди, которые и в пустой комнате никогда не остаются в одиночестве. Не потому ли они никого никогда не ждут и часто рады тому, что так случилось. Одиночество невыносим для обывателя, для творца оно — великий дар, и его никогда не бывает много. К ним загадывают, чтобы почаёвничать, их герои, и все у них складно да ладно получается.

Кого же мы любим больше, чем тех, кого сотворили сами, Пигмалион не даст соврать, и не его вина, что Галатея оказалась такой строптивой. И живет творец с одной мечтой об идеальном творении, о собеседнике, о самом любимом и близком герое. И ради этого столько приходится написать и пережить, именно пережить, потому что ничего не пишется просто так.

Легкость бытия обманчива, легкость творчества обманчива вдвойне, но читателю о том не обязательно знать, пусть он внимает и наслаждается историей и живет в ней по праву соавтора.

№№№№№№

Но кот не мог припомнить, чтобы знакомых и незнакомых было так много, как в те странные дни. Кажется, они сговорились и все решили встретиться в доме у писательницы, чтобы ни минуты покоя. Говорят, перед концом света не надышишься. Но ведь передышка какая-то все равно должна быть.

Кот правильно назвал одного из визитеров того дня, Эрида пока не показывалась, а вот Мефистофель нарисовался, явился, не запылился.

Но в этом ничего удивительного, после Гекаты в творениях Алины он был на втором месте вместе со своим Фаустом, и если тот звал его три раза, то Алина обращалась к нему постоянно. Трудно сказать, лестно ли это было ему или наоборот. Похоже, что он с этим смирился и просто выполнял свою работу, как сейчас принято говорить.

Но в данный момент Мефистофель влетел пулей в квартиру и был явно в ярости. Даже скрыть ее не пытался.

— Что это за беседы о спасении при конце — то света? Не позволю никому спасаться, погибать так всем вместе. И не смейте даже думать о том, что кто-то из вас спасется. Мы будем все начинать с чистого листа.

Пудель присел рядом с ним, и добродушный пес на этот раз казался злым, даже свирепым. Видимо они оба что-то почувствовали и переругались еще по дороге.

Кот тихо рассказал богине, что это за тип и почему он зол на весь мир.

— Развелось тут бесов разных, так что котам деваться некуда, не позволит он, а это мы еще посмотрим, кто кому и что позволит, — ворчал кот, — Ты еще попляшешь, когда появится Баюн, уж он и не таких со света сживал.

— Ты Баюном не прикрывайся, он уже на том самом кораблике, который за тобой идет. Привыкает, обживается, у него мозгов побольше будет, потому и не сидит тут, перед смертью все одно не надышишься.

Но Барс ему не верил ни одной минуты, потому что большего лжеца ни в каком мире не сыскать.

Они всегда жили, как кошка с собакой, но когда еще вмешивался бес, дело было совсем дрянь, а в такие тревожные минуты особенно. Тут и подойники, не только живые, потеряют покой.

Глава 7 Старые друзья

Но в отличие от кота, Алина к Мефистофелю относилась с любовью и нежностью, потому что свиреп он был только для вида. А тут она почувствовала скорее тревогу, чем ярость, и улыбнулась одним лишь ртом.

— Ты не кипятись, коту есть на что обижаться, выбросила я его отовсюду, но с тобой — то мы живем душа в душу всегда, ты вон заменил его везде, и грех жаловаться, посочувствовать ему надо.

— А я не просил заменять, мне и так было хорошо, а теперь носись по разным временам и странам и спасай вас всех. Все копыта посбивал давно.

— И когда ты и кого спасал, интересно, — снова не выдержал кот.

Бес за словом в карман не полез.

— Правильно, не надо мне было спасать, но приходилось, потому что зла всегда было больше, чем надо, и мир рухнул бы давно, если бы не спасал. Вы бы и своего Пушкина не узнали, если бы я спасать не начал, — снова повторил он и расстроился еще больше. Никогда и никто не умел ценить трудов его тяжких даже не пытались.

— Да что теперь о том говорить, — махнула рукой Алина.

Геката же усмехнулась:

— Я думала, у нас были боги противные и капризные, но что пришло им на смену, боже мой, это же вообще никуда не годится.

— А зачем ты Эриду сюда притащила, — набросился на нее Мефи, — нам, что без нее бед мало.

— Ты не каркай, Эриды тут пока еще нет, но с твоей легкой руки скоро точно появится, — тяжело вздохнул кот. Он лучше других понимал, что так бес пытается выяснить тут Богиня раздора или нет, и вовсе он на нее не сердится, у них отношения такие, когда от ненависти до любви один шаг, а может и меньше.

Мефи стыдно было признаться, что он не только перепутал богинь, но и не ведает, кто перед ним стоит, но он даже вида не показал, что все это так.

№№№№№№№№

Компания побиралась, конечно, странная и прикольная, но только не хотелось им помирать вот в такой обстановке.

В квартире повисло молчание, все они словно кого — то ждали, и ждали они, конечно Богиню Раздора. А Мефистофель томился в догадках, кто эта

темная лама — Никта или Геката. Он плохо знал мифы греков, а то, что знал, успел позабыть основательно. Ну и даже не это главное, а то, что они могли меняться и принимать любой облик, вот и угадай, и запомни, кто есть кто.

Глава 8 Подруга Мефистофеля

Эриду звали и ждали не зря, когда все трое взглянули на Мефистофеля, за спиной у него они обнаружили Эриду. Если Гекату можно было перепутать с Никтой, то ее вряд ли с кем — то перепутаешь. Богиня просто не позвонит вам сделать этого, и в первые минуты напомнит о себе

И бес сразу оживился, похорошел, вдохновился

— Вот кто поможет мне во всем и помешает вам спастись, — заявил он, — без тебя все пойдем прахом, а с тобой мы все-таки готовы победить.

И хотя богиня загадочно промолчала, но сомнений в том, что так и будет, не возникло.

Алина только теперь, глядя на все это безобразие, стала понимать, что она вызывал в погибающий мир такие ужасные силы, и все ее 7 романов написаны были не просто так, по прихоти или капризу. Их герои просили, а порой требовали, чтобы древние богини появились тут и хоть что-то для них сделали, вот они и явились. И все это не просто так творилось, когда-то они смогли стереть признаки Средневековой дикости и вернуть мир к жизни, когда наступила эпоха Возрождения. Мир воскрес из пепла, стал новым и прекрасным.

Но смогут ли они сладить с такой силой теперь, когда ничего нельзя повернуть вспять. Одно дело управляться с ними в романе, совсем другое в жизни. Нет, у нее не было ни сил, ни вдохновения, ни просто жизни самой, она словно утекла куда-то сквозь пальцы. Чувствовалась только вина от того, что все так случилось, и она еще застала то самое время. Но пока все выясняли отношения, только Барс следил за ней внимательно, преданный ею много раз кот не отступал и не сдавался.

№№№№№

— Да не кисни ты, — царапнул ее Барс, — помирать будем так с музыкой, смотри какая у нас похоронная команда.

— Тебе бы только шутить, а ведь все это так серьезно, — тяжело вздохнула Алина, — мы жили и даже не задумывались, что день грядущий нам готовит, что выйдет из-под пера нашего и как это на жизнь повлияет, а вон что оно получилось.

— А чего ты хотела, когда с такими поведешься, даже Пушкин, помнится, оказался бессилен, а ты не Пушкин.

Это называется, поддержал. Хотя Алине не было дела до сомнительных комплиментов кота, она и не к таким давно привыкла. Да и прав он был, ведь она не Пушкин, но становилось все печальнее и тревожнее. А печаль, смешанная с тревогой, это такой горький напиток, он не просто пьянит, он сбивает с ног.

Но они повернулись к Мефи, восседавшему на широком диване рядом с богинями. Тот объяснял им, кто такой Пушкин и почему на него ссылается кот, что он такого сделал, и чего не сделал, при этом он проявил поразительную осведомленность, словно бы заглянул в Википедию, забив это имя тайком на незримом мониторе.

— От него все ждали славянского эпоса, а он переключился на северные мифы, потому что те было можно публиковать, а эти нет, вот нельзя и все, они казались опасными, такими до конца и оставались. Вот и доигрались, до запрещались. Это было не единственной, но важной причиной того, что случилось, что мы переживаем тут теперь, — прибавил он, ведь если даже цветок сорвать в прошлом, бабочку убить, и тогда все переменится, а если все поставить вверх дном.

Кот заёрзав на месте, пес стал за ним следить, потому что, как и все собаки, котов он не любил и опасался их коварства, но волновался пес напрасно, Барс все думал о своем, о кошачьем.

— Пушкин пришел в мир, чтобы славянство осталось самим собой, но это его страшная драма, он этого не смог сотворить. И он понимал, к чему его предательство приведет.

— Он-то понимал, — промурлыкал кот, — а вот некоторые не понимают и теперь уж и не поймут поди никогда, времени у них на то не осталось.

И ответить Алине было нечего, кот был прав, если даже был и не прав, но он был прав.

Недавно она писала поэму о последнем дне Пушкина, и там было все довольно хорошо изложено, многие хвалили и восхищались. Да она и сама знала, что в последние годы стала его чувствовать прекрасно

Февральская метель. Последний монолог

Глава 9 Приговор Эриды

Настроение кота передалось и богине раздора, она долго молчать не собиралась, зря что ли сюда отправлялась? Да и когда и где она вообще молчала?

— Мне не нравится то, что ты писала, я все время в тени и все время проигрываю, зачем нам такая жизнь и такая вечность? Нет уж, пусть весь мир погибнет, и мы погибнем вместе с ним. А если придется очнуться в новом, тогда и перепишешь историю, не ты, так другой писатель найдётся.

— А много у тебя было других писателей, которым ты была так интересна? — ехидно спросил кот.

— Нет, но меня хотя бы не выбрасывали из уже готовых рукописей, — решила не сдаваться она.

— Вот именно, выбрасывать было некого и нечего, — отвечал он, чувствую свою правоту.

Кто и когда мог бы переспорить кота? Эрида только усмехнулась, решив, что чуть позднее он еще попляшет. Странный это был кот, кто бы еще решился с богиней поспорить, но он совсем берега попутал, ему и море было по колено.

№№№№№№

Но обстановка накалялась, хотя пока еще ничего такого и не происходило. Даже Мефи немного поежился, ему не хотелось, чтобы все было так скверно и так скоро закончилось. Но деваться некуда, пусть все идет своим чередом, а они по ходу помогут ему или помешают, это как получится. Никто, даже он сам ничего не мог знать заранее, праздное это дело, все в один миг переменится, и надо будет все перерешивать снова.

— Пока у нас все как обычно, не прогуляться ли нам по городу, вы тут наверняка не бывали, я был довольно давно, вот и посмотрим, что правда, а что пиар только черный для славного града Ермака и последнего адмирала, расстрелянного негодяями.

Богини с радостью согласились, и они растворились, словно их и не было в квартире Алины минуту назад. Тут оставался только пудель, то ли его специально оставили, сторожить писательницу и кота, то ли забыли как старика Фирса на даче. Но они его как-то и не замечали, им надо было так много обсудить еще, встретить и остальных гостей, конечно, если они соизволят явиться. На похороны мира не всем хочется приходить, не веселое это дело. Лучше спрятаться где-то и там пересидеть. Но что гадать на кофейной гуще, скоро все и так станет ясно и понятно.

№№№№№№№

Когда Алина очнулась от своих раздумий, то в доме она нашла только Барса. Стоит только погрузиться в себя и в мире все изменится в один миг.

То ли коту некуда было деваться, и он сжился с Алиной, то ли просто решить быть верным до гробовой доски, другой писательницы все равно на горизонте нигде не было, потому он и оставался тут, и считал себя самым важным персонажем. А может, как Медведь из известной сказки хотел снова стать самим собой, а не каким-то непонятым котом без роду и племени. Да и понимал он хорошо, что бочку катить надо на тех, кто запрещает, а она тут никаким боком не причастна. Бороться с ними со всеми — дохлый номер, конечно, но могла бы и побороться все-таки, за такого кота и сражаться не грех вовсе.

— И все-таки ты виновата, — задумчиво начал он размышлять вслух.

— Интересно в чем? — не выдержала Алина, она знала, что он будет тянуть кота за хвост, но так ничего не скажет, потому что мечтает, чтобы она его попытала немного.

— Вот если бы ты начала с Прометея, то может быть до Одиссея бы не дошла, и богини не стали там врагами, глядишь и история бы по-другому пошла.

Ну, кот, ну плут, он решил на нее всех собак свешать, она даже улыбнулась при мысли такой.

— Армагеддона бы не было? — поинтересовалась Алина

— Да куда бы он делся, но обе богини были бы на нашей стороне, а это совсем другое дело. Теперь и Мефистофель с ними ногу сломит, а я даже браться не стану, пусть что хотят то и торят, окаянные.

С ним трудно было спорить. Кот всегда прав. Если кот не прав, читай пункт первый.

Глава 10 Богини в городе

Город богиням понравился. Они слышали много темного и странного о нем, и, как и все, кто его потом посетил, были приятно удивлены, ничего тут не было такого ужасного и страшного, все довольно мило даже, вдохновенно и уютно.. Недаром говорят, что черный пиар значительно эффективнее, чем обычный. Это открытие им обеим пришлось по душе. Тьма была первой, ею все и закончится, с этим ничего не поделать.

— Ну вот, а вы боялись, конечно, жаль, что он исчезнет с лица земли, столько тут Алина всего написала, музей под открытым небом получился не больше, не меньше. Они уселись на лавку около Драматического театра, и смотрели прямо на музей ИЗО, расположенный напротив. И это было красиво и эффектно.

Бесу хотелось, чтобы богини его таким вот и запомнили — мир между театром и музеем, машины, снующие туда и обратно, сероватое небо, и памятник художнику. Самому главному в мире художнику, хотя бы потому, что у него не только лучший Демон на свете, но и сам он из их числа. Вот и пришлось приоткрыть для него завесу тайны, и показать тот незримый мир, который видел до него только строптивый гусар, он мог стать выше Пушкина, но не стал все-таки. Слишком рано убрала его незримая рука судьбы и рока.

Откуда Мефи знал судьбу гусара? А кто его беса знает, но приобщался, изучал, читал, может быть, роман Алины, наделавший столько шума в отдельно взятом городе и не только в нем.

Но ошибка горожан и их генерал губернатора была в том, что они приняли опального писателя, который ненавидел вообще весь мир, а тут еще на каторге оказался, вот и назвал он славный уездный город мертвым домом. А потом они не могли выбраться из этого проклятия. Театр, правда, жил и здравствовал, художники не бедствовали, а писатели ну никак не могли тут творить. Словно они все гении, о бездарностях и говорить нечего, не понимали, что сначала было Слово, а все остальное потом, чтобы вещь появилась, сначала ее надо НАЗВАТЬ.

Так вот с этим словом ничего и не вышло совсем, оно мертвело, пропадало, стиралось из памяти, оно не приживалось, как изуродованное растение не может прижиться в мире. И самое страшное, что нет никакой надежды на то, что оно оживет и воспрянет. Пушкин дико заблуждался, когда говорил, что все ещё будет, что все в этот мир вернется, а замученный в лагерях поэт и вовсе твердил, что минуя внуков, уйдет к правнукам его творчество. Как горько ему теперь было на все это смотреть, вероятно. Не только не ушло, но разрушили мир правнуки, не дождавшиеся его замысловатых стихов.

Глава 11 Прогулки и открытия

Мефи заметил, что они не только слышали, но и понимали его мысли, ведь в тот момент он глубокомысленно размышлял о слове и жизни, о первой и второй реальности.

— Думаешь все из-за упадка литературы вышло? — спросила Геката, которая и сама к этому была причастна, ей ли не знать всю ее важность и значимость от начала времен до наших дней. Она была поэтессой, и написала то, о чем слепой Гомер и не догадывался даже.

— А что тут особо думать, если не названо что-то, не озвучено, не написано стихотворение или рассказ о том самом явлении, то оно перестает существовать в жизни. Его можно изобразить на стене, можно втиснуть в музыку, но никто ничего не поймет, Слово было началом всех начал. Кто-то не знал этого, кто-то знал, да старался не