Был падеж скота. Почти вся скотина пала, народ неистовал и стал отыскивать причину, начались толки да пересуды и наконец порешили на том, [что] непременно ведьма ходит и морит скот. Однажды кто-то в ночное время увидел в поле лошадь, пришел и сказал, что он видел ведьму. Лошадь действительно была страшна: она очень долгое время болела и исхудала до того, что остался один скелет, поэтому хозяин нисколько не заботился [о ней], пустил ее на волю: жива — моя, а не жива — Бог с ней. Крестьяне взбунтовались и решились идти на брань против этой полуживой лошади, вооружившись дубьем и кольями, и, разумеется, тотчас убили ее
