Глава 1. Мужчина, который считал в уме
— Я люблю её. Но когда мы в постели, я складываю в уме цифры.
Номера машин, даты, сумму чека из супермаркета. Лишь бы не чувствовать.
— А что будет, если перестанете считать?
— Не знаю. Может быть, я рассыплюсь.
Сеанс
Кабинет. Вторник, 16:00. За окном моросит дождь. На диване — мужчина лет тридцати пяти, назовём его Павлом. Одет дорого, но небрежно: рубашка помята, словно он спал в ней. Руки постоянно двигаются — то поправляют манжет, то постукивают по колену. Смотрит в пол.
Терапевт: Павел, вы написали в анкете, что проблема касается интимной жизни. Расскажите, что вас беспокоит.
Павел (после долгой паузы): Я не знаю, нормально ли это… В общем, я не могу заниматься сексом с женой и при этом… чувствовать. Я как будто раздваиваюсь: тело делает своё дело, а голова занята посторонним. Я считаю. Всё время считаю.
Терапевт: Что именно вы считаете?
Павел: Да всё подряд. Номер её телефона раскладываю на простые множители. Или вспоминаю номера машин, которые видел по дороге, и перемножаю их. Или бюджет проекта на работе пересчитываю. И это происходит само, я не могу остановиться. Это как белый шум, который забивает… (Замолкает.)
Терапевт: Что забивает?
Павел (тише): Страх. Если я перестаю считать, мне становится очень страшно. Как будто я проваливаюсь в какую-то яму. Я перестаю понимать, где я и кто я. А когда считаю — я контролирую. Всё ровно, всё по полочкам.
Терапевт: Когда впервые появился такой страх во время близости? Не обязательно с женой — вообще.
Павел (трёт лоб): Мне было девятнадцать. Первая девушка. Мы начали, и вдруг я почувствовал, что меня как будто выдёргивает из тела. Я увидел себя со стороны — жалкого, нелепого. Мне показалось, что она сейчас рассмеётся. Что я делаю что-то грязное. И я начал считать про себя: один, два, три… Это помогло. Я закончил, и вроде всё нормально. Но с тех пор без счёта — никак.
Терапевт: Чей голос вам говорил, что вы жалкий и делаете что-то грязное?
Павел (криво усмехается): Мамин, наверное. Она мне с детства твердила, что секс — это грех, что настоящий мужчина должен контролировать свои инстинкты. Когда мне было четырнадцать, она нашла у меня журнал с обнажёнными женщинами и такой скандал закатила — кричала, что я извращенец, что я позорю семью. Я после этого месяц не мог смотреть на себя в зеркало.
Терапевт: Похоже, ваш внутренний счёт — это способ заглушить мамин голос. И страх наказания за удовольствие. Но цена высока: вы не присутствуете в собственной сексуальности. А что чувствует жена?
Павел (голос дрогнул): Она обижается. Говорит, что я механический, что я не с ней. Она хочет близости, а я… я улетаю в свои цифры. Я пытался объяснить, но как объяснишь, что я считаю, потому что боюсь рассыпаться?
Терапевт: А если прямо сейчас попробовать остановить счёт? Не в постели — здесь, в безопасности. Закройте глаза и представьте, что вы с женой, но вы не считаете. Что происходит?
Павел закрывает глаза. Его дыхание учащается, руки сжимаются в кулаки. Через полминуты он распахивает глаза — в них влага.
Павел: Я не могу. Меня накрывает волна стыда. Такого сильного, что тошнит. Кажется, что я разваливаюсь на куски. И что она сейчас увидит, какой я на самом деле — грязный, недостойный. И уйдёт.
Терапевт (мягко): Павел, то, что вы описываете — это классическая диссоциация, защитный механизм психики. Когда-то он спас вас от невыносимого стыда, который внушила мать. Но теперь этот механизм разрушает вашу близость. Мы можем работать с этим: постепенно, шаг за шагом учиться оставаться в теле, не проваливаясь. И отделять тот детский страх от взрослой реальности. Ваша жена — не ваша мать. Она хочет вас, а не осудить.
Павел вытирает глаза ладонью.
Павел: Вы думаете, это можно исправить?
Терапевт: Я думаю, можно перестать быть заложником собственного детства. Это не «исправить», это — освободить. Хотите попробовать?
Павел (кивает, сглатывая): Да. Только… страшно.
Терапевт: Я рядом. И мы не будем спешить.
Запись в карте после сессии
Павел ушёл, сутулясь меньше, чем при входе. Цифры в его голове — это крепость, в которой он прятался тридцать лет. Сегодня мы постучались в ворота. Завтра попробуем открыть одну створку. Я верю, что за ней — не грязь, а просто живой, тёплый человек, имеющий право на удовольствие. Дома обниму жену и скажу, как я благодарен ей за то, что она никогда не стыдила меня за то, что я просто мужчина.
Из профессиональной кухни
Диссоциация во время секса — часто встречается у людей с пуританским воспитанием или сексуальной травмой. Психика «отключает» эмоциональное восприятие, чтобы защитить от стыда, страха или боли. Человек может механически участвовать в акте, но чувствует себя наблюдателем. В терапии мы работаем с техниками-осознанностями, учим клиента возвращать фокус на телесные ощущения и отделять прошлые послания от актуальной реальности. Важно также подключать партнёра, чтобы он понимал процесс и не воспринимал отстранённость как отвержение.
