Что ж, братец Донны, слушай и впитывай информацию. Когда мы в половинчатом или полном обороте, то наш запах выдает почти всю подноготную: физиологические особенности организма, такие как течка, уровень силы и болезни. Как я уже говорил, в этот период активнее вырабатываются феромоны. Они будто кричат: «Ку-ку, красавчик, я готова к спариванию, возьми меня!» Многим этого хватает, чтобы попытаться уложить под себя наиболее податливую из-за одурманенного состояния самочку. Но с Вэл дела обстоят сложнее, потому что она молодая, здоровая и главное – бета. Урвать себе в супруги бету, которая даст потенциально более сильное потомство, слишком заманчиво звучит, чтобы пройти мимо, понимаешь?
– Неужели бета-самки настолько редки?
– Да, в процентном соотношении там мизер. Не рискну даже предположить. Может, в лучшем случае что-то в районе пяти… Не знаю. В нашей стае помимо Вэл всего две бета-самки. А это, на минуточку, из ста шестидесяти чистокровных особей. Ну, почти чистокровных, если смотреть в разрезе волчьей породы. У моего бати, как выяснилось, затесались в родословной лисы. Впрочем, не суть. Главное, бета-самки – большая редкость. Особенно сейчас, когда оборотни стали путаться, как любит говорить маман, с людьми.
