автордың кітабын онлайн тегін оқу  Секретные фантастические истории. Шпионы и роботы

Сергей Тарасов

Оглавление

Борьба с паразитами и рекламой

Основное удовольствие от нескончаемой зимы в деревне — это просмотр новостей на нескольких телевизионных программах. Я не знаю, чем занимались сельские жители раньше, — когда у них не было телевизора и интернета. Предполагаю, что они спали на печке и убирали снег, который падал на них целых полгода. А еще, — они топили печки с утра до вечера, воспитывали своих детей, внуков и домашних питомцев — котов и собак. Я всю зиму пытался заставить себя завалиться на русскую, огромную печь, но мне всегда было некогда этим заняться — мешал снег, который приходилось убирать по нескольку раз за день.

Так что у меня этого удовольствия пока не было: — благодаря газу домашнюю печку топить не надо было, а собаки и кота у меня не было. Зато у меня был телевизор и интернет. Интернет часто внезапно кончался, — у меня было всего три гигабайта на месяц: — не очень то и разгуляешься с таким маленьким трафиком. Поэтому я довольствовался телевизором, который смотрел в основном вечером — днем мне почему-то на него не хватало времени.

Еще давно, — лет двадцать, а может и больше, я собирал, где было можно, видеокассеты с фильмами и скачивал из интернета фильмы, которые мне нравились. Теперь я не смотрю по телевизору фильмы — они часто прерываются рекламой: — никакого удовольствия от такого просмотра я не испытываю. Поэтому по вечерам я смотрю видеокассеты и диски с фильмами, в которых совсем нет рекламы, и хвалю себя за то, что сохранил свою огромную коллекцию фильмов. Часть их я, естественно, выкинул, — всякие русские фильмы, зарубежные мелодрамы и мыльные оперы — год назад, когда понял, что они лишь занимают драгоценное пространство на книжных полках.

У меня после этой чистки осталось несколько сотен любимых видеокассет и ящик компьютерных дисков, на которых было записано около тысячи фильмов. Поэтому по вечерам я их пересматриваю — те, которые давно смотрел, но уже забыл, и смотрю фильмы, которые я еще не посмотрел. Их оказалось довольно много — полтысячи. И все они зарубежные. Не знаю, почему я совсем не смотрю российские фильмы, а если и смотрю, то только те, которые снимались советскими киностудиями — кинокомедии, мультфильмы и некоторые художественные фильмы, снятые в годы застоя.

Но сейчас у меня на просмотр фильмов почти не остается времени: — новости в телевизоре передают такие, что никаких фильмов не надо: — на нашей планете то тут, то там вспыхивают конфликты, войны, прилет галактических гостей и тому подобные события.

Сначала я смотрел абсолютно все новости, которые без ущерба моему организму могу посмотреть в телевизоре. На это удовольствие я отводил час днем, — после обеда и часа два вечером — после ужина. Но вскоре я заметил, что журналисты и телеведущие ведут новости по-разному. Одни предпочитают спокойно рассказывать о событиях, и они были настоящие профессионалы в своем нелегком деле. А другие машут своими руками, перебивают экспертов, которых приглашают в свои студии и таким напряженным тоном повествуют о событиях в мире, что я каждую минуту вздрагиваю от страха.

Поэтому я начал смотреть только два-три телевизионных канала с новостями. Посмотрел на них новости с месяц и разочаровался в одном. Ведущий без конца перебивал своих гостей в студии и создавал у себя такой бардак, что я не мог понять, о чем идет речь — ведущий и еще два-три человека, перебивая друг друга, спорили в эфире, ругались между собой и старались друг друга переговорить.

Больше всего удавалось переспорить всех экспертов, которые стояли в студии, сам хозяин эфира — телеведущий: — у него, как я понял, был самый чувствительный микрофон, и поэтому он им беззастенчиво пользовался — кричал в него чаще и громче всех, и поэтому выигрывал у всех присутствующих в этом базаре. Кроме того, он через слово, в каждом предложении, употреблял так называемые слова-паразиты — обрывал ими своих оппонентов — типа: «ну», «понял», «все понятно», «ну, правильно», «несомненно», безусловно» и так далее. Словом, это был бардак и базар — в прямом эфире.

Сначала мне это не нравилось. Потом стало резать уши. Затем я стал выключать звук. А потом попробовал переключать телевизор на другой канал, где передавали такие же новости.

На этом телевизионном канале выступал не менее агрессивный ведущий: — он так принимал к сердцу новости, что сначала махал перед собой, а потом колотил по столу своими руками так, что все мое внимания я обращал на его недостойное поведение. Он, правда, не перебивал своих экспертов, но если к нему переходил очередь рассказать что-то интересное, — с его точки зрения, то расставаться с микрофоном он не торопился: — разводил свои руки в стороны, а потом качался из стороны в сторону. Слушать его было неинтересно — как только он цеплялся за какую-то тему, оттащить его от нее уже невозможно. Это был такой ведущий, что я его тоже не стал уважать, — выключал телевизор и плевался в его сторону.

Единственная пара ведущих, из уст которых я слушал вечером новости, была на других каналах. Но новости, про которые он мне рассказывали, часто перебивались рекламными роликами, которые съедали большую часть их программы. Так что посидеть и отдохнуть перед телевизором мне не удавалось. Можно было, конечно, обратиться к радио, но там тоже были проблемы. В основном, новости были очень короткие по времени — минуту-две, а потом звучала музыка, и я долго вертел ручку настройку, в поисках обстоятельного рассказа о событиях в нашей стране и за рубежом.

Везде была музыка и рассказы о каких-то ненужных никому событиях. Наконец, я находил новости, но про них рассказывал хриплый диктор, у которого в языке совсем не было костей: — он молотил своим языком все эфирное время, и обсасывал темы, про которые я уже знал, и, послушав его немного, я выключал радио — решил узнать про события в мире из интернета.

В интернете на каждом шагу была реклама в виде всплывающих окон, и мой трафик заканчивался очень быстро. К тому же там, кроме всего прочего, рассказывалось о том, кто умер, кто развелся или женился. Большое место в интернете уделялось убийствам и прочим противоправным действиям. Когда я читал в этом новостном сайте события, которые произошли в нашей стране, я чувствовал, что мне не стоило даже выходить на улицу — меня могут в любой момент убить, женить, заставить развестись, или я вот-вот попаду к мошенникам, которые отберут у меня последние рубли.

Я взял себе небольшой перерыв — не стал смотреть, слушать и читать новости. Сидел в своем деревенском доме и не знал, что твориться за пределами своего дома и огорода — смотрел целыми днями в окно, — глядел, как на улице валил белый пушистый снег, накрывая мою деревню и огород белым одеялом. Что там делается в окружающем мире, мне было неведомо: — может, вся наша страна погибла под ракетными ударами пришельцев или случилось наводнение или землетрясение, которые погубило все без исключения города, села и поселки. Одна только моя деревня осталась в живых, и я, естественно…

Пришлось включить на минуту-другую телевизор и понять, что мир остался таким, как я его покинул два дня назад и мне ничего не надо бояться. Я, естественно, тут же попал на новости, про которые рассказывал ведущий с беспокойными руками, а потом, когда его сразу же покинул, — перешел на другой канал, то увидел ведущего, речь которого состояла из одних слов-паразитов. С негодованием я выключил телевизор и спустился на первый этаж: — там, в тишине, я обдумал одну, неожиданно ко мне пришедшей мысль, — даже несколько замечательных идей.

Первая, довольно агрессивная мысль у меня была запретить этих ведущих, — которые махали руками и прерывали экспертов, а также пользовались словами паразитами, — арестовать их, оштрафовать и посадить в колонию строгого режима. Пусть там рассказывают свои новости, — пока их не прибьют заключенные.

Потом, поразмышляв немного, мне пришла в голову идея использовать роботов для озвучивания последних новостей, — снабдив их искусственным интеллектом. Это была отличная мысль. Они бы не пользовались словами паразитами и вряд ли размахивали своими руками. В их память надо было загрузить все словари русского, а также других словарей народов мира — чтобы их речь была грамотной. Для того, чтобы они не выглядели, как роботы, я бы предложил сделать их так, чтобы они как две капли походили на людей и обладали отличной дикцией. К тому же, ими можно было командовать, и, если бы они начинали упрямиться, то их можно было в любую секунду выключить.

Это была такая превосходная со всех сторон и отличная идея, что я тут же начал составлять заявку на изобретение роботов-ведущих на телевидение и радио. Составил шапку и положил лист бумаги на видное место, чтобы потом закончить уже готовый в моей голове патент, а пока он там шлифуется, отправился покурить на свежий воздух.

Был конец марта, — морозов уже не было — по крайней мере, в этот день. Но с неба падали крупные снежинки, и через пару минут образовался снегопад, который накрыл все дорожки, которые я успел расчистить. Я смотрел на это стихийное бедствие, и у меня от сожаления выпадала из пальцев сигарета. Мне было больно и обидно — пропал мой утренний труд, на который я затратил почти целый час. Я в досаде выкинул сигарету и пошел смотреть прогноз погоды. Он меня просто убил:- снег должен был идти почти сутки, а в конце его мою деревню покроет снегом до самых крыш. Ничего себе!!! Снег с ветром заметёт все телевизионные антенны, и я не буду знать, что твориться не только в мире, но и в своей деревне. В связи с этим я стал ворочать своими мозгами и родил одну, очень правильную и современную идею.

Надо было, как и раньше, печатать все новости и прогноз погоды в газетах, которые должны разносить почтальоны по утрам и вечерам. В такую снежную погоду им надо было выдать широкие лыжи, чтобы они без всякого труда доходили бы до любых почтовых ящиков. Можно им также наказать, чт