Турандот
In the vast and glittering empire of China, where the Great Wall snaked like a dragon across crimson hills and the Forbidden City rose in layers of gold-tiled roofs and vermilion pillars, Emperor Altoum held court in Peking.
В обширной и сверкающей империи Китая, где Великая стена извивалась, словно дракон, через багровые холмы, а Запретный город поднимался слоями крыш с золотой черепицей и багровыми колоннами, император Альтум проводил суд в Пекине.
He was old, his beard white as winter frost, his eyes weary from decades of rule.
Он был стар, его борода бела, как зимний иней, а глаза уставшие от десятилетий правления.
Yet his heart still burned with pride for his only child, Princess Turandot, whose beauty was spoken of in whispers from the Silk Road to the shores of the Yellow Sea.
Тем не менее его сердце все еще пылало гордостью за единственную дочь, принцессу Турандот, о красоте которой шепотом говорили от Шелкового пути до берегов Желтого моря.
Her skin was pale as lotus petals, her hair black as midnight ink, and her eyes sharp as the edge of a jade dagger.
Ее кожа была бледна, как лепестки лотоса, волосы черны, как полночные чернила, а глаза остры, как лезвие нефритового кинжала.
Suitors came from every kingdom — princes on white horses, khans with chests of rubies, scholars with scrolls of poetry — but n
... 
