автордың кітабынан сөз тіркестері Эстоппель в гражданском судопроизводстве
Проблема в том, что за указанными выше характеристиками не стоит сколь-либо конкретного объяснения их содержания в судебных актах. Неясно, в чем именно негативная сторона «противоречивости» действий лица и в чем заключается «преимущество (выгода)», препятствование которому объявляется «главной задачей принципа эстоппель»552.
2.2. Эстоппель в российской судебной практике
Понимание отечественного процесса, в том числе и арбитражного, как непрофессионального, исходя в том числе из недавней практики Конституционного Суда РФ, остается актуальным и в настоящее время537.
Следует учитывать, что в основе построения отечественного гражданского процесса изначально лежала задача защиты социально слабейшей стороны в процессе — стороны, которая объективно не в состоянии самостоятельно использовать юридический инструментарий для собственной защиты. Речь идет об обязанности суда оказывать помощь такой стороне, чтобы юридическая неосведомленность не стала причиной вынесения невыгодного для нее решения534.
в рассматриваемом случае заимствуемое правовое явление фактически полностью утрачивает свое изначальное смысловое содержание. У эстоппеля в контексте его применения в процессуальных правоотношениях появляется принципиально иное назначение и условия его применения
сама идея привнесения зарубежного опыта оправдана, если речь идет не о механическом переносе отдельных институтов иностранного права, а об объективном запросе на совершенствование в связи с наличием конкретной проблемы в гражданском судопроизводстве527.
В связи с этим И.И. Черных справедливо замечает, что есть определенные «сомнения в применимости конструкции эстоппеля в каждом из перечисленных случаев»494 и, по ее мнению, речь должна идти о злоупотреблении процессуальными правами.
Д.В. Володарский, И.Н. Кашкарова предлагают рассматривать в качестве законодательно закрепленного процессуального эстоппеля норму ч. 5 ст. 159 АПК РФ486. Авторы отмечают, что применение этой нормы судом в ряде случаев связано с заявлением стороны об отсутствии компетенции у суда487, а также с заявлением ответчиком о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора488. В последнем случае Пленум Верховного Суда РФ указал на возможность применения данной нормы и в гражданском судопроизводстве в порядке аналогии закона489, тем самым подтвердив сложившуюся практику судов общей юрисдикции490.
Ж.И. Седова рассматривает эстоппель как принцип права и пишет, что в практике российских судов нашли свое выражение такие процессуальные виды эстоппеля, как потеря права на возражение в отношении подсудности спора, компетенции суда, оспаривания третейской оговорки, процессуального статуса ответчика485. Нормативным основанием для выделения процессуальных видов эстоппеля, по ее мнению, является принцип добросовестного пользования сторонами своими процессуальными правами, запрет злоупотребления ими и обязанность лиц, участвующих в деле, раскрыть доказательств, на которые они ссылаются в обосновании своих требований и возражений в срок, установленный судом (ст. 35, ч. 3 ст. 56 ГПК РФ; ст. 41, ч. 3 ст. 65 АПК РФ).
Обязательства, отягощенные пороком воли (насилие, обман) или являющиеся ничтожными по иному основанию, не могут получить судебную защиту посредством любого вида эстоппеля479.
Примечательно, что из этих же соображений исходил и Верховный Суд РФ при рассмотрении заявления истца о применении эстоппеля в отношении утверждения ответчика об отсутствии компетенции у постоянно действующего арбитражного учреждения (ПДАУ). Суд указал, что эстоппель не подлежит применению, поскольку «предотвращение совершения действий, направленных на обход закона, защита правопорядка и общества от соответствующих негативных последствий указанных действий являются приоритетными задачами суда в рамках охраны публичного порядка Российской Федерации»480.