автордың кітабын онлайн тегін оқу  Ода русской деревне. Книга первая

Владимир Караковский

Оглавление

Посвящаю книгу всем своим предкам-крестьянам, матушке Феодосии и своей семье, без чьей поддержки она бы не была написана.

Введение

Я не зря использовал в названии слово «ода». Для поднимаемого вопроса подходит форма не научная, а лирическая. В нашей жизни случаются события, которые человек стремится описать не деловым языком купца или отстраненным повествованием наблюдателя, а плачем матери, торжественным величанием празднику, заунывной песнью вдовы.

Докучливый критик может сказать: Обоснуйте! И будет несомненно прав, в том случае если сей труд воспринимать как научный. Но данный труд — лирический (хотя справедливости ради замечу, что книга содержит в себе обширную доказательную базу). Как можно обосновать картину или стихотворение?! Критик еле заметно кивнет и потеряет всякий интерес, так как субъективное мнение его не интересует, он считает истинным только математический анализ, эмпиризм и научный опыт, а всякая «метафизика» для него лишь приятное и легкое времяпрепровождение на досуге.

Но действительно ли наука играет определяющую роль в нашей жизни? Почему же тогда люди ходят в театры и картинные галереи, читают и сочиняют стихи, поют песни и слушают музыку, творят сами и постоянно обращаются к творчеству других? Неужели это просто досуг? Человеческую жизнь невозможно заключить в тесные рамки науки, которая к тому же имеет свойство постоянно менять подходы и методы, доктрины и теории. Какой-либо анализ, затрагивающий внутренний мир человека с научной точки зрения всегда будет выглядеть необоснованно. Поднимаемую тему также невозможно воспринимать отстраненно, исключительно с научно-технической точки зрения, ибо все мы произошли из деревни, из земли рождены и в землю отойдем. Она представляет личный кровный интерес.

Все жизненные силы человека всегда устремлялись к идеалу, к красоте, что так ярко отражается в культуре любого народа. Не научные исследования формировали мировоззрение человечества, а произведения искусства, его душевные потребности и духовный опыт. Способность восхищаться божественным творением, природой и создавать столь же восхитительные произведения самому — важнейшее свойство человека, отличающее его от остального животного мира. Даже в науке есть некоторая образность, своя красота: например, красота математических формул и геометрических фигур. Без теоретических идеалов невозможно было бы получить практических результатов даже в науке. Если физики в будущем окончательно победят лириков, то человек не просто обеднеет, он перестанет быть человеком.

Прежде всего хочется понять, что такое есть русская деревня, и действительно ли она исчезает. Надо определить сам предмет разговора. Для кого-то это просто сельская местность, аграрный тип хозяйствования, для кого-то прошлое страны. Но большинство (я в этом убежден) воспринимают деревню гораздо шире и глубже. Для меня русская деревня — это Родина. Именно так, когда я представляю родину, то вижу перед собой деревенские домики, речку, березки. Вот моя деревня, вот мой дом родной… Я родился в Москве, всю жизнь прожил в городе, но все равно родина ассоциируется с деревней.

Можно сказать, и более научно: русская деревня — это экосистема, самодостаточная, саморегулирующаяся. Устойчивость и надежность ее определяется самим временем: тысячелетие наша страна не знала другого типа устройства жизни. Деревня состоит из материальной части: природные ресурсы (пахотная и пастбищная земля, леса, пруды и реки), жилище (хозяйственные и жилые постройки), орудия труда, домашние животные и т. д. И состоит из нематериальной (культурной) части: взаимодействие человека с окружающей средой (особенности быта в различных условиях, общение с природой, формирующий жизненный опыт и знания о мире), творчество и искусство (народные промыслы, фольклор, различные традиции и обряды, религия). Комплексное взаимодействие всех этих факторов формирует определенное мировоззрение, понятие о Родине.

Русская деревня — это заповедная территория, источник и начало нашей культуры, нашей цивилизации. Гармоничное преображение и взаимодействие человека и природы.

Дав такое определение, кажется очевидным ответ на второй вопрос — происходит ли исчезновение русской деревни? Однозначно да, и многие люди воспринимают этот процесс как национальную трагедию. Тем более важно понять, чем же является для нас деревня, что ценного в ней было и есть, и есть ли шансы на ее возрождение? В глобальном плане именно этим двум предметам и посвящена книга: чем ценна русская деревня и есть ли у нее будущее?

Зачем поднимать эту тему? Естественно, что ее уже не раз поднимали как ученые, так и поэты. Но мне хотелось, прежде всего, самому себе разъяснить накопившуюся информацию, проанализировать ее и пережить. Именно пережить, потому что здесь недостаточно просто выдать некоторый результат расчета, важно прислушаться к себе. Я ждал этого вдохновения несколько лет, специально останавливал торопливый разум, чтобы он подождал сердце… Любое творчество требует вдохновения. Чем более грандиозен замысел, тем больше требуется для его осуществления душевных сил. Вот сейчас в глазах стоят три грандиозные картины: Александра Иванова «Явление Христа народу», Михаила Нестерова «Святая Русь», и несостоявшаяся картина Павла Корина «Русь уходящая». Приступая к теме книги, чувствуешь подобную грандиозность поставленной задачи. Я вовсе не претендую на славу и таланты перечисленных выше художников. Однако ограниченные личные способности не должны быть предлогом для отказа: надо стремиться к идеалу и достигнуть своего максимума. Пускай эта ода будет незаконченной «Русью уходящей», пускай это будет только эскиз, но все же и он имеет право на существование…

Еще один важный вопрос: как правильно описать русскую деревню? Мне кажется, описание должно лежать на трех следующих «китах»: историческом, этнокультурном и религиозном. Такая сложная социальная структура, как деревня должна состоять из трех частей, подобно человеку (тело, душа и дух). Историческая летопись включает в себя научный анализ и относится к материальной стороне. Данная форма не может вполне удовлетворить и полностью справиться с поставленной задачей, хотя исторические описания визуально будут занимать большую часть повествования. Этнокультурное описание относится к идеальной картине, душевной и эмоциональной сфере. Считаю, что без душевного участия, переживания, симпатии и, в целом, любви к русской культуре и русской деревни невозможно правильно понять данную тему. Наконец, не будем забывать, что на русскую деревню оказало несомненное влияние христианство, и не только в культурном и историческом аспекте, а непосредственно в религиозном. Предки наши были верующими людьми и теперь взывают к нам, чтобы истина не была забыта и правда восторжествовала. Труд этот — еще и память или лучше сказать поминовение всех наших усопших предков. Важно не просто описать религиозные убеждения крестьян, но поверить им, встать в один ряд с праотцами-исповедниками. Поэтому следует относится к данной теме с должным христианским чувством и пониманием. Верующему открываются многие истины, находящиеся за гранью материального мира. Следовательно, в оду будет включена летопись, любовь и молитва.

Несколько слов о структуре текста. Произведение разделено на четыре части. В первой части говорится о становлении русской деревни с древности до XVII века. Она предваряет основные части книги, описывая те условия в которых развивалась деревня. Вторая часть посвящена крестьянскому быту и событиям ближайших веков, которые изучены гораздо лучше, в том числе из-за множества сохранившихся свидетельств и фактов. Начиная с конца XVIII века, русская деревня стала предметом изучения науки. Одновременно с этим деревня, по моему мнению, в XVIII — XIX вв. достигла своего наивысшего расцвета и окончательно сложилась, как отдельный мир (на фоне сильно изменившегося города). Зафиксированы наиболее важные аспекты жизни дореволюционной деревни. Третья часть посвящена катастрофическим и трагическим событиям XX века, которые во многом определили нынешнее положение деревни. Четвертая часть посвящена настоящему и будущему положению. Предлагаются свои предложения по решению накопленных проблем по различным направлениям.

Из-за масштабности основной идеи будет затрагиваться много параллельных тем, прямо не связанных с деревней. Автор не имеет цели оскорбить кого-либо, поэтому заранее просит прощения. Книга несет только развлекательный характер, все материалы взяты из открытого доступа и использованы в допустимых формах. Автор не несет никакой ответственности за материал, процитированный из сторонних источников и высказывает исключительно личную точку зрения, не претендующую на объективность.

Как писал летописец «аще и груб есмь умом, но молитвою Богородица… начаток положю».

Часть I. Становление русской деревни

Тебя называю по имени-отчеству,

Святая, как век, деревенька моя.

Тебя называю по имени-отчеству,

Святая, как хлеб, деревенька моя.

(отрывок из песни «Деревенька моя», слова В. Гундарева)

«Ты земля еси и в землю отыдеши…»

(Бытие 3, 19)

Глава 1.1. Человек — Персть

Начну с азов, с общего представления о земле. В книге Бытия слово земля встречается много раз, при этом имеет несколько значений. Это очевидно, когда смотришь на оригинал, написанный на древнееврейском языке, где в разных местах написаны совершенно разные слова. Однако это не говорит о бедности славянского языка, просто некоторые слова, имели очень важное значение, затрагивая разные сферы жизни человека. Такие, например, как: земля, мир, свет, небо и др.

Книга Бытия начинается с описания сотворения Богом неба и земли (1.1). В данном случае имеется ввиду земной видимый мир (все наше пространство, включая нашу галактику и вообще весь космос) и мир небесный невидимый (где обитают ангелы). Во второй день уже была сотворена твердь — то есть наша планета. Далее шло постепенное преображение Земли. Сначала твердь разделилась на воду и сушу. Затем, на третий день, земля стала плодородной и на ней произросли растения. Создав на шестой день человека, Бог сказал: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею (1.28). То есть Бог специально создал землю для человека.

Притом сам человек был создан из земли! «И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни» (Быт.2,7). Отметим, что первоначальный еврейский текст Библии говорит не о дикой степной земле, стихийно приносящей плод (sadeh), и не просто о всей земной поверхности (eres), но об adamah — обработанной земле. То есть земле, прежде обработанной Творцом, готовой принять «дыхание жизни», что аналогично понятию плодородной почвы.

Роль земледельца особо подчеркивается в святом Писании. Можно считать первым земледельцем самого Творца, который насадил (так и написано, не сотворил, а именно насадил) рай в Эдеме. И человек просто пользовался плодами этого сада. Но после первородного греха ситуация изменилась. Земля была проклята, в мир пришла смерть. Адаму же была дана новая заповедь: в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься (Быт.3.19). Задача человека, как земледельца еще раз упоминается в конце третьей главы: И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят (Быт.3.23). Так Адам по завету Бога стал земледельцем, вторым после Творца. Адам, возделывающий землю, является прообразом Бога-земледельца, не только сотворившего все сущее, но и подготовившего почву для создания главного плода труда и любви — человека. Теперь человек должен сам стать земледельцем, производить потомство и питать его плодами своего труда. В этом просматривается невероятный и премудрый замысел Бога и его любовь: через проклятие приблизить человека к Богу, уподобить его себе, несмотря на совершенный грех. Человек, таким образом, должен был пройти сложный путь от наивно-детского понимания Творца к осознанному взрослому. Его любовь к Богу должна была стать более зрелой, через страдание и смерть. Ради этого Бог не пожалел принести в жертву и себя.

В земледелии соединяются три основополагающих жизненных понятия: земля, воля и труд. Дикое поле по воле творца и благодаря труду человека преображается в плодородную землю, являющуюся источником питания. Земледелие по сути своей есть богообщение. Через него устанавливается новая связь между Богом и человеком. Вспомним, что и жертвы, приносимые Творцу в Ветхом Завете, были земледельческими плодами.

Исходя из всего вышесказанного, можно сделать вывод, что человек имеет как физическую, так и сакральную связь с землей, он не только ею обладает, но и состоит из нее! Что наглядно показывает нам как Библия, так и собственный язык, где слово «персть» означает и землю, и прах (остатки плоти). Это подтверждается и научно, т.к. тело человека, как и тела других живых существ, разлагается на органические вещества из которых состоит почва. А в русской культуре есть еще и подобное общественное понятие: земля — народ (например, такой устойчивый фразеологизм — «как земля решит»).

Брошенная земля, как некогда проклятая, зарастает сорняками, и задача человека преображать ее, чтобы земля могла произвести плод, об этом прямо сказано в Ветхом Завете, причем несколько раз. Земледелие — первое жизненно необходимое дело человека. Но если человек имеет власть преображать землю, сам являясь землей, можно предположить, что влияние это взаимное. Сама по себе земля безличностна, но человек не может не испытывать ее влияния будучи ей сродни. Человек без земли тоже пустеет, зарастает сорняками и перестает приносить плод, как бы теряет один из образов своих. «Как без пахаря-хозяина и добрая земля горькая сирота — так и он без земли — что без живой души в своём богатырском теле» — говорится в русских былинах.

Даже когда человечество отошло от Бога и обратилось в язычество, заповедь эта неукоснительно исполнялась. Люди наделили землю божественными и человеческими качествами, покланялись ей наряду с солнцем и луной, водой и лесом. Земля имела первостепенное значение, только она могла обеспечить жизнь людей, почва производила плод, вода удерживалась твердью, даже солнце без земли переставало иметь какое-либо значение, так как солнце могло произрастить только то, что уже посажено в землю! Это хорошо понимали наши пращуры.

Поэтому и после принятия христианства оставалось уважительное отношение к земле, большинство праздников было связано с земледелием, многие из них органично вписались в церковные праздники. Хотя если подумать, христианство и не могло в данном случае войти в противоречие с народными традициями, т.к. почитание земли, как это видно из книги Бытия, было предусмотрено самим Богом. А утверждения будто язычество имеет гораздо большее почтение к земле и окружающей среде, т.к. наделяет ее божественными качествами — в корне неверно. Во-первых, не все «боги» были хорошими, наделяя предметы личностными качествами, люди придавали им и человеческие страсти: гнев, жестокость, жадность и т. д. Неблагоприятные явления природы расценивались, как кара. Поэтому почтение богов основывалось на страхе перед наказанием. А иногда приводило к борьбе или негласному сопротивлению. Так, например, лес, как место обитания всякой нечисти, старались вырубать. Тут решались сразу две задачи: высвобождение пахотных площадей и борьба с нечистой силой. Во-вторых, христианство, обезличивая творение, открыло Творца, а как же можно не чтить то, что сотворил всеблагой и всемогущий Бог? В итоге почитание природы перешло на иной, более осознанный и глубокий уровень, основанный не на страхе прогневать капризных богов, а на любви Творца, заботящегося о своем творении. Узнавши и возлюбивши Творца, возлюбили и творение.

Глава 1.2. Времена изначальные

Постепенно после принятия христианства языческое почитание природы сохранилось только в народном фольклоре, хотя и там христианское мировоззрение стало доминирующим. Одним из самых важных героев сказаний являлась сама земля, или как ее уважительно называли Мать-Сыра-Земля — славянская богиня земли и плодородия. Удивительно, что наши предки подчеркивали важность именно сырой земли, т.к. только такая земля является плодородной: «Мать-Сыра-Земля всех кормит, всех поит, всех одевает, всех своим теплом пригревает» (что соответствовало понятию adamah в книги Бытия).

У Матери-Сырой-Земли был любимый сын Микула Селянинович, оратай-богатырь, обладающий нечеловеческой силой. Образ Микулы, пронесенный нашим народом через столетия, был очень важен для понимания всей славянской культуры. Микула одновременно являлся крестьянином и богатырем (то есть дружинником, т.к. в средние века была кардинальная разница между крестьянином-ополченцем, не имеющим воинского снаряжения и не умевшим им пользоваться и профессиональным воином-дружинником, сподвижником князя), сыном земли и народа (в его лице заключен родовой союз между Матерью-Землей и «селом», народом, что видно по отчеству Микулы, это полностью согласуется с книгой Бытия (2:7, 3:19)), наконец, он обладает всеми христианскими добродетелями: помощь ближним, жертвенность, почтение к старшим и др. (само его имя напоминает о святителе Николае, который всегда особо почитался на Руси). Это собирательный образ, народное представление об идеальном герое. Удивительный синтез язычества и Православия. Микула — крестьянин, богатырь и святой, преодолевающий все земные преграды и общественные законы.

Очень важным моментом здесь является не только наличие самой земли, но человека, способного ее обработать. Труд пахаря ставится выше, чем ратоборство и не каждый способен и главное достоин крестьянствовать. Несомненно, это была собственная оценка крестьян своего тяжелого труда и пример для подражания. Через такие народные предания, у людей формировалось представление уже не просто о земле, а о земле-кормилице, о Родине.

Понятие Родины включала в себя все земное существование человека: рождение, поддержание жизни путем возделывания земли, защита территории от врагов, место смерти и погребения. Это земля рода, где жили предки и будут жить потомки (интересно, что выражение «пустить корень» у славян означало не только родиться, но и умереть в определенном месте).

Оба этих понятия Мать Сыра-Земля и Родина (Родина-мать) стали одним целым. Интересно, что в русском языке сохранился и «мужской вариант» — Отечество (отчина, отчизна), то есть земля отца, а также «избранная страна», «родовая, наследственная земля».

Итак, понятие Родины постепенно модифицировалось в связи с развитием и расселением славянских племен на востоке Европы. Говоря о таких древних дописьменных временах, необходимо помнить, что осталось очень мало свидетельств того, как жили и как думали (ощущали) наши предки. Опираясь на научные факты (уцелевшие летописи более развитых соседей, имеющих письменность, археологические раскопки, фольклор и другое), надо все-таки исходить из того, что люди мало меняют свой бытовой уклад, как и психику. Ученые до сих пор спорят, что первичнее: быт, обстановка или психика, сознание. Вопрос сложный. Мне кажется, что это взаимозависимые процессы, но сначала все-таки было сознание, представление об идеале, теория, которая сильно менялась с получением жизненного опыта, попадая в реальные условия жизни, вносившей определённые ограничения и соответствующие корректировки идеала.

Адам имел представление об идеале, как житель сада Эдемского. Выполняя Божественные заповеди, очищая землю от сорняков, облагораживая пространство, устраивая свое хозяйство, он стремился воссоздать свою прошлую жизнь в Эдеме. Понятно, что это было невозможно, но все же пространство вокруг него было изменено, превратилось из дикого в культурное. Неспроста слово «культура» в русском языке имеет несколько значений. Глобальная культура человеческой цивилизации произошла от возделывания земли, от агрокультуры, произрастающей на полях.

Заметим, что земледелие возникло до грехопадения и не только в виде райского сада, но и в виде нивы! Уже в первой главе книги Бытия говорится: И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; — вам сие будет в пищу (1.29). И взял Господь Бог человека, [которого создал,] и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его (2.15). Поэтому засеянное поле — это образ не проклятой (хоть и обработанной), а райской земли, где человек возделывал ее, еще не борясь с сорняками. Значит труд — это не результат Божьего проклятия, а явление вполне райское. В самом деле, если серьезно задуматься, то странно было бы отождествлять райскую жизнь и полное безделье. Думаю, любой человек через несколько дней после такой райской жизни стал бы страдать от скуки.

Позже, у потомков Адама, отошедших от Бога, представление об идеале основывалось уже на плодах труда прародителя — на домашнем хозяйстве. При этом помимо земледелия люди стали осваивать и другие виды хозяйствования: скотоводство, рыбная ловля, охота, собирательство, которые также имели свои аналоги в Эдеме, через обладание животным миром, данным человеку Богом до грехопадения. Сам Адам также активно занимался их освоением. Вспомним, что его сын Авель уже был скотоводом и приносил в жертву Богу не плоды земледелия, а животных.

Бытовые условия в тех или иных культурах напрямую зависели от природных условий. Отметим только, те, которые имели важное значения для России. Условно их можно разделить на три типа хозяйствования: североевропейский тип (относящейся к умеренной климатической зоне), собственно русский и степной. Первые два типа очень похожи, однако есть причины их разделять. Чтобы разобраться в этом вопросе, придется погрузиться в историю раннего средневековья.

Несомненно, у русской и североевропейской культур было много общего: оседлый принцип хозяйствования, в котором земледелие и приселищное скотоводство играло превалирующую роль, породы животных и виды растений, способ возделывания земли и многое другое. Более того славяне раньше жили в центральной Европе, соседствуя с немецкими и иными племенами. Так что, фактически эта была одна культура. Оседлость влияла на представление о Родине, как земле предков, своей земле. Эта было пространство, ограниченное проживанием соседней родовой общины, а позже более крупного объединения людей — племени. Такая территория характеризовалась наличием достаточного количества ресурсов, для существования без смены места проживания. Внешне можно себе представить деревянное поселение на взгорье, обычно на высоком берегу реки, расчищенное от леса пространство, занятое пашней и пастбищем. Окраина проживания окружена нетронутым лесом. В лесу границы с соседней общиной размыты, лес используется совместно, как место охоты и собирательства, источник древесины и защита от врагов. Первостепенное значение в такой экосистеме имеет река. Ее роль невозможно переоценить — это источник чистой воды, рыбы, даже плодородия («заливные луга» — низкий берег реки, который в весеннее половодье затапливается и заиливает землю, на таких лугах круглое лето произрастает густая и сочная трава, использующаяся как корм скоту).

Расселение людей происходило из Месопотамии, именно там и находился Эдем, что подробно описано в книги Бытия. Но точного местоположения узнать нельзя, так как позже произошел всемирный потоп, который сильно изменил земное пространство. О существование такого потопа есть множество свидетельств — летописи и сказания совершенно разных народов и, наконец, геологические и археологические исследования. Первые люди расселялись в благоприятных для проживания местах — с теплым климатом, плодородной землей, недалеко от источников пресной воды. Постепенно, при увеличении численности, люди уходили все дальше, в различных направлениях. Главными причинами миграции древних людей были увеличение плотности населения, которая стала серьезно ограничивать использования ресурсов и климатические изменения.

Судя по всему (в том числе и по научным исследованиям), климат серьезно менялся с течением времени. Периоды потеплений сменялись похолоданиями. Но в целом на заре человечества, он был гораздо суровее, чем сейчас. Северная и восточная Европа была покрыта вечной мерзлотой. Средиземноморье, междуречье, северная Африка и средняя Азия обильно снабжались влагой (как в виде осадков, так и в виде полноводных рек), почвы, имея достаточное увлажнение были плодородными. Именно в этом поясе сформировались все древние человеческие цивилизации, достигнувшие удивительного культурного развития.

Но со временем ситуация стала меняться — климат теплел, ледники отходили на север, снабжение влагой (гетерохрония) юга стало недостаточным. Параллельно из-за высокой плотности населения, стал происходить процесс вытаптывания почвы домашним скотом. Уменьшение осадков и вытаптывание стали приводить к опустыниванию, почва засолялась и превращалась в пыль. Появилась реальная угроза голодной смерти и разросшимся племенам пришлось искать более благоприятные места для проживания. Данные процессы происходили постепенно и не везде. Это не было какой-то экологической катастрофой. Глядя на африканские пустыни, мы видим лишь итог, «верх исторического айсберга», который формировался многие сотни лет, за исключением, конечно, тех пустынь, которые сложились в последнее безумное столетие, серьезно нарушившее баланс сил в природе.

Поэтому и переселение народов было процессом постепенным. Переселение в любом случае — это некий кризис, стресс психологический и бытовой. Освоение севера шло трудно и медленно. И все же северная Европа была заселена, а с ростом численности снова встала проблема нехватки ресурсов.

Речь идет не о великом переселении народов, которое началось с 1—2 в н.э. германскими племенами. А о времени более раннем. Следует заметить, что оседлая культура считается более развитой, чем степная, т.к. такие племена обладали более совершенными орудиями труда и способами обработки земли, позволяющими долго использовать одну и ту же землю. Но и земля на севере не была столь плодородна, поэтому локальная миграция все равно происходила.

Интересным остается вопрос народообразования (этногенеза). Почему, проживая в одной местности, имея одинаковые способы хозяйствования, люди не только объединялись, но и разъединялись. Возможно, здесь влияла родовая память — миграция для разных народов происходила в разное время. Поэтому пришедшие раньше, воспринимали пришедших позже уже не своими, а чужаками. Но загадка в другом, в различие языка. Вспомним, что это главное отличие одних народов от других. С церковнославянского слово «язык» и переводится как «народ». Одной неравномерностью миграции, бытовыми особенностями и природой нельзя объяснить происхождение различных языков.

В науке есть две теории на этот счет: «Примордиалистская концепция этногенеза представляет этничность как нечто изначально (примордиально) данное и естественное, порожденное «почвой и кровью». Этому взгляду противостоит «конструктивистский» (или «реалистический») подход, в котором этничность рассматривается не как данность и «фиксированная суть», а как исторически возникающее и изменяющееся явление, результат творческого созидания. Одним словом, явление культурное, а не биологическое, что больше похоже на правду. Об этом писал известный социолог С. Кара-Мурза:

«Биологически человек наследует лишь структуры мозга, гортани и языка, позволяющие младенцу обучаться у окружающих его людей логическому мышлению и членораздельной речи. Именно в этом смысле Хомский писал, что в человеке (в отличие от обезьян) есть «врожденная грамматика». Но она вовсе не этническая, а именно «универсальная» для всего человеческого рода т.е. рассчитана на все языки.

Когда ребенок рождается и слышит, как говорят окружающие его люди его народа, то его мозг уже в первые несколько месяцев жизни настраивается на структуры этого языка, и он становится для него родным. Ст. Пинкер даже ввел метафору «джамперы» (самый близкий к контексту смысл слова jumper — появляющаяся мишень). Эти «джамперы» в мозгу ребенка ставятся в положения, соответствующие языку окружения [1]. Но эта настройка мозга на определенный язык есть процесс освоения культуры, а вовсе не «голос крови». Ребенок, попавший в стаю волков и выросший в этой стае, не проявляет потом никаких этнических архетипов и никакой прирожденной способности к языку своих родителей». [цитата по 2]

Следовательно, для людей, некогда проживающих на одной территории не было никаких биологических и социальных предпосылок говорить по-разному и разделение произошло под внешним воздействием, иначе говоря по разумной воле Творца.

Образование народов описано все в той же книге Бытия, когда люди решили строить Вавилонскую башню. Это событие очень важно для дальнейшей истории человечества. Начнем с того, что сама способность говорить была дана Богом, только человеку. Это свойство подобно Богу. Обладание им дает человеку возможность нарекать всех живых существ и утверждать над ними власть, по заповеди Божьей (Быт.1.26; 2.20). Как и власть высшего Бога-Слова утверждается над подобием его — человеком («В начале было Слово…» Ин.1.1). Язык человечества был единым долго, вплоть до столпотворения.

Решение строительства Вавилонской башни противоречило Божественному замыслу, т.к. преследовало цель уподобиться Богу чисто механическим путем, не через духовный труд (как и вкусить плод) — это путь не богопочитания, а самообожествления. Этот сектантский принцип оказался удивительно живуч и используется до сих пор (Вы — Боги, для этого надо только вместе спеть, взяться за руки, принять этот «божественный напиток» и т.д.). Был и еще один скрытый смысл — предотвратить дальнейшее расселение людей на Земле, которое пугало потомков Хама угрозой потерять власть и оказаться в рабстве у потомков своих братьев, что было предречено Богом. То есть опять попытка избежать небесную кару и даже пойти против заповеди «плодитесь и размножайтесь» (ибо без расселения этот закон выполнить невозможно, так что под словом «размножайтесь», можно понимать и «расселяйтесь»).

Такое лукавое объединение людей могло привести только к допотопному нравственному падению, где единство достигалось в поклонении самым низшим влечениям. Бог не мог допустить повторения трагедии и, исходя из любви к своему творению, разделил людей на народы. Тогда этот дар языка был получен человеком второй раз, что несомненно доказывает, что у Бога есть теперь свое особое отношение не только к каждому человеку, но и к каждому народу и судьба у этих «языков» разная. Только в таких условиях со временем мог появиться и народ подходящий (избранный Богом) для пришествия Спасителя. Хотя для этого все равно нужно было пройти сложный путь разделения и очищения даже внутри одного народа. Много раз в Библии подчеркивалось, что божественная сила проявлялась не в абсолютном единение, унификации и слиянии, а в многообразии и разделении: в сотворении мира, разделении народов. И в Новом завете Христос пришел не объединять, но разделять… («Не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека» Мф.10.35—36), ибо чтобы сберечь урожай нужно постоянно очищать поле от плевел.

Есть еще одно доказательство того, что образование народов происходило по воле Творца. Та же сила, которая изменила язык во времена Вавилонского столпотворения, снова даровала человеку способность понимать и говорить на разных языках для распространения благой вести по всему миру — при сошествие Святого Духа на Апостолов на пятидесятый день после Воскресения Христова.

Глава 1.3. Расселение славян

Оговоримся, что данная часть книги лишь предваряет последующие более близкие события, о которых речь впереди. Когда дело касается древней истории абсолютно уверенным в правильности выводов быть нельзя. Здесь автор коснулся только наиболее общепринятых положений позитивной истории, стараясь обойти разные нестандартные гипотезы.

Для великого переселения народов севера на юг и востока на запад, продолжавшегося несколько столетий с 1—2 века до 7—8 века н.э. было несколько причин. Это и очередная волна похолодания, заставившая искать более благоприятные условия проживания, и увеличение численности северных народов, и постепенная деградация Римской империи, и как следствие, обезлюдивание южноевропейских плодородных земель. Однако, мне кажется, что первопричиной могла быть и некая духовная составляющая. Известный ученый Лев Гумилев считал, что у каждого народа есть свое эволюционное развитие, характеризующееся разной степенью пассионарности (духовности). В какой-то момент происходит пассионарный толчок или взрыв, как наивысший уровень развития этноса, когда люди, наделенные единой духовной силой, становятся способны к самопожертвованию ради некоего идеала. Они начинают действовать ради достижения этой идеи, создавать свое государство, свою империю, значительно расширяя или меняя ареал обитания. Возможно именно поэтому готы стали переселяться на юг, а гунны на запад. Ведь если бы похолодание было настолько невыносимым, то переселились бы все народы и север Европы опустел. Но переселились лишь некоторые и позже 4 века, этот поток варваров волнами прокатывался по Европе еще не раз (например, нашествия викингов 8—11 вв.).

Теория Гумилева осталась недоказанной, т.к. с научной точки зрения ее невозможно обосновать. Проблема современной науки в том, что она признает только естественно-научный принцип познания мира. Ученые-скептики часто неверно интерпретируют религиозные мотивы различных исторических процессов. Крестоносцы воспринимаются ими как фанатики, т.к. религия, духовность — это в глазах ученого фанатизм, философское учение, психика, но не Откровение. Присутствие Бога в человеческой истории игнорируется. Гумилев попытался описать Божественную силу, постоянно воздействующую на человечество, научным языком. Самое слабое место этой теории в объяснении причин эволюционного развития народов (да и в целом этногенеза). Он объяснял всплески пассионарности какими-то природными явлениями (мутацией, солнечной активностью, климатическими колебаниями) или внутренними чисто человеческими процессами, опираясь на труды Вернадского, называя их биогеохимической энергией живого вещества биосферы (ну да, это конечно проще представить, чем Святой Дух).

Мне кажется Гумилев был заложником своего времени, фактически являясь представителем еще дореволюционной богемной интеллигенции (которая отличалась поразительной духовной близорукостью, почитая Рериха, Блаватскую и Толстого), пережив сталинские лагеря, являясь воспитанником советской науки, замусоренной атеистическими марксистко-ленинскими теориями. Несмотря на то, что Гумилев очень обижался на коллег-критиков, со многими разругавшись, сам порой признавал несовершенство своей теории. [3]

В свете теории Гумилева по-другому видится и история древнего Израиля, который пережил свой короткий взлет (время правления царя Давида и Соломона) и последующее падение (Вавилонское и Римское пленение). Падение было связанно с гордыней царей, потерявших моральные ориентиры и единство с собственным народом, как это часто было и в других государствах. Спаситель застал Израиль угнетенным и поверженным, давно пережившим славу свою и упрямо чающим вновь обрести ее. Обрести именно земную славу, а не небесную. Поэтому Христос был отвергнут еврейскими лидерами. История Израильского государства в Библии непосредственно связана с Божественной волей. Бог имел свои личные отношения со своим народом, гневался на него, переживал его падение, благоволил и награждал при раскаянье. Но если в историческом развитии Израиль ничем не отличается от других государств, то значит свои отношения у Бога есть и с другими народами. Конечно оговоримся, что такой вывод напрашивается только у верующего человека, ибо атеист решит наоборот — историческая схожесть государств, доказывает отсутствие Божественной воли.

А может ли народ вновь пережить взлет? Вопрос серьезный. Наверное, это случается редко, при условии полного перерождения, на фоне каких-то глобальных катастроф. Русь, не раз испытавшая потрясения, являет нам такой пример. Тем более, для верующего человека допустимо полагать, что любой физический, как и исторический закон, может быть нарушен своим Создателем. Если Богу угодно, он возродит. Но обо всем по порядку.

Когда появились славяне, как отдельный народ (язык) доподлинно сказать сложно, вопрос этот изучается лингвистами, археологами, генетиками и другими учеными до сих пор. Можно с уверенностью сказать, что славяне относятся к индоевропейским племенам, которые населяли центральную Европу еще во втором тысячелетии до н.э. (бронзовый век). Процесс выделения происходил постепенно. Примечательно само значение слова «славяне» (словене) — знающие слово, то есть разговаривающие на понятном языке. В этом древнем название подчеркивается главная отличающая черта одного народа, от другого.

Первые летописные упоминания говорят о появлении славян-антов в 4—5 веке на границе с Визайнтийской империей. Но это были уже переселенцы, вытесненные готами из Висло-Одерского региона. Однако в причерноморском регионе еще ранее (3—4 вв.) существовала Черняховская культура, возникшая на стыке различных миграционных потоков, которая включала в себя различные этносы: степняки-скифы (сарматы), славяне (или их предки венеты), и готы. Считается, что славяне, многое тогда позаимствовали у соседей: например, военное дело у степняков скифов. Черняховская культура исчезла под ударами орды мигрирующих степняков-гуннов. После ее уничтожения начинают формироваться первые антские самостоятельные союзы. Но доподлинно никто не может сказать имеет ли вообще отношение данная культура к славянам, которые, возможно, пришли сюда позже. Более точно можно утверждать только о Пеньковской (антской) культуре 5—8 вв. Данная культура значительно уступала Черняховской в уровне развития из-за уничтожения культурных и ремесленных центров гуннами и была уже всецело славянской. С 5 века начинается движение славян в разные стороны: так вскоре возникли южные славяне, занявшие Балканский полуостров и даже часть Пелопоннеса, западные славяне, частично вернувшиеся на прежние места проживания и восточные славяне, ушедшие на север и северо-восток, занятый балтскими и финно-угорскими племенами.

Продвигаясь с юга на север вверх по течению крупных рек (Днепр, Десна и т.д.) восточные славяне основывали свои города-центры обособленных племен. Видимо, численность славян-переселенцев значительно превышала местное балтское и финно-угорское население. Нет точных данных о том, существовали ли какие-то конфликты и локальные войны между местным и пришлым населением. Скорее всего они были незначительны, т.к. плотность населения была небольшой, ресурсов хватало на всех. Тем более славяне обладали более совершенной культурой, о чем говорят археологические раскопки (появляются более совершенные по форме серпы, каменные ручные жернова, появляются рожь и овес из Висло-Одерского региона). [5]

Местные племена стали перенимать культуру славян и смешиваться. Но процесс этот растянулся на сотни лет, а некоторые угорские племена (в основном волжского бассейна) продолжили жить обособленно, возможно потому что до Волжского бассейна славяне добрались позже, возможно численность угорских племен здесь была гораздо выше, что могло быть связано и с локальной миграцией тех, кто не захотел жить с пришельцами на Днепре и Десне. И это были вовсе не дружественные славянам племена. О столкновениях говорят не только летописи, но и русские пословицы: «Мордва, да меря — хуже зверя».

В византийских летописях славяне стали упоминаться с 6 века (летописец Иордан). Воюя одновременно с аланами и с регулярной армией империи, они стали постепенно расселяться по Балканам и Пелопоннесу. На этом фоне совершенно абсурдными выглядят утверждения, что у древних славян не было организованной власти. Без племенных вождей и военизированной дружины (то есть не крестьян-ополченцев, а воинов-профессионалов, выполняющих оборонительные функции) невозможно было успешно спорить с регулярными войсками развитой Византийской империи. А в успешности сомневаться не приходиться, т.к. в 6—7 веке оборона византийцев пала, границы были прорваны и Ромеям пришлось пойти на союз с «варварами», задолго до походов Рюриковичей. Только к началу 9 века Византийской империи удалось вновь установить власть над потерянными территориями. Но справившись с балканскими славянами (которые, впрочем, еще не раз беспокоили империю, даже после принятия христианства), на Константинополь в 907 году напал варяжский князь Олег во главе с восточными племенами славян. [4]

Скорее всего изначально у славян был распространен вечевой (выборный) принцип управления, князья и вожди избирались народом или ее самой уважаемой частью. Постепенно стало формироваться высшее сословие, вышедшее из наиболее богатых, воинственных и влиятельных родов, которое стало передавать свою власть по наследству. Но вечевой принцип не был упразднен полностью (как известно, он существовал еще в Новгородской республике до ее уничтожения в 15 веке, а в казачестве до 17 века и позже). Сам факт призыва варяжского конунга на службу говорит о том, что славянские племена имели представление о государственном устройстве. В самом призыве не было ничего необычного — приглашения князя на службу — элемент вечевого управления. Необычность состояла в том, что призывался чужестранец, который устроил все противоборствующие стороны, имеющие своих ставленников-родовичей. Видимо, зная варягов, как опытных управленцев и хороших воинов, славяне решили заключить с ними договор.

Выбор оказался удачным, человек, не имеющий личных счетов, кровной мести с окружавшими его племенами или отчего наследства, сумел их объединить (Рюрику не удалось это вполне, при нем объединены были только северные, новгородские славяне, а вот Олег уже действительно смог создать мощное государство, перенеся столицу в Киев). Хотя, как видно из истории, объединение славянских племен сначала строилось на военной силе и личности Олега. Стоило появиться менее талантливому вождю и союз племен начинал рушиться. Приходилось постоянно проводить карательные рейды, объединённые со сбором полюдья. Как известно, закончилось это трагично — князь Игорь был убит древлянами. Его жена Ольга сделала первые шаги для реального укрепления государства. Между властью и племенами были установлены договорные отношения, определялись время и места сбора дани и ее количество, обязанности и ответственность сторон. Теперь в городах племенных центров постоянно присутствовали представители княжеской власти. [4]

Как уже говорилось реки выполняли очень важную функцию, для расселения и существования общин. Все древние города, были основаны вблизи крупных водных объектов. Для древне Руси реки были не только источниками ресурсов, но и порой единственным способом коммуникации и передвижения на огромном пространстве занятой территории. Почти все военные, торговые и хозяйственные связи осуществлялись через реки. Известный путь «из варяг в греки» был речным. Этим же путем славяне нападали и на Византию.

Первые приречные поселения росли и превращались в города. От них уже шло расселение людей вглубь территории, тоже, впрочем, ориентированное на реки-притоки. Здесь начиналась сложная борьба с лесом за плодородную территорию, за право жить как предки, ежегодно возделывая злаковое поле. Города тогда отличались только тем, что были крупнее и защищались острогом и земляным валом. При нашествии врага, население ближайших деревень уходило в город под защиту крепостных стен. В мирное время город заметно пустел, крестьяне приезжали только для обмена товарами, уплаты налогов и для других временных дел. Население города, помимо представителей власти (князья, бояре, дружина и их слуги), состояло из людей, которые хлеб не производили, а покупали, зарабатывая на него средства: купцы и ремесленники. Также города стали просветительскими центрами. Именно через них св. Владимир продвигал христианство по Руси. Именно в них стали строиться первые церкви и монастыри. Монастыри, основанные отшельниками в глухих местах (пустынях), были характерны все-таки больше для 14—15 вв., времен прп. Сергия Радонежского, который ввел новые принципы хозяйственного быта и духовной жизни монастырей. Надо сказать, что функция городов, как центров культуры и общественных настроений, никогда не исчезала. Через них, в деревню проникало и христианство, и атеизм, и революция.

Итак, время массовой миграции славян было прекращено к 8—9 веку (хотя на север и восток расселение никогда не прекращалось, даже во времена ига). Расселение племен, объединенных в молодое и надо сказать довольно активное (а порой и агрессивное) государство под названием Русь, было ограничено: с севера неблагоприятными малолюдными территориями с суровым климатом, с запада — славянскими, готскими и иными племенами, образовавшими свои державы, с юга Понтийским (Черным) морем и Византийской империей, с востока — агрессивными степняками-кочевниками, периодически нападающими на русские города и веси, и поволжскими племенами, объединенными в свои недружественные славянам союзы.

Глава 1.4. Формирование культуры восточных славян

Чем же стали отличаться восточные славяне от своих европейских соседей и соплеменников, некогда живших на одной территории?

1. Природные условия. Климат на востоке оказался суровее: продолжительная холодная зима, короткое лето, преобладание хвойных и мелколиственных пород деревьев, кислая и малоплодородная почва. Переувлажненная территория отличалась широким распространением речной сети, ледниковых озер и огромными заболоченными пространствами.

Все это влияло на ведение хозяйства, которое стало сильно отличаться от европейского. Лес и река стали играть огромную, даже определяющую роль в быту. Из леса делали все: дом, посуду, мебель, предметы быта, даже обувь (лапти). Лес стал важным источником ресурсов: дрова, дичь, ягоды, грибы и т. д. Река — источником пресной воды и рыбы. В зоне рискованного земледелия, когда вырастить хлеб и овощи даже при обладании довольно совершенных способов возделывания, было сложно, люди не могли выжить без охоты. Лесные ресурсы были и важным источником торговли, в частности Русь славилась поставками борти (меда и воска), смолы, ягод и мехов (а меха вообще фактически стали национальной валютой, ценившейся в Европе как золото много веков).

В низовьях Днепра, где стоял стольный град Киев, климат был мягче, почвы плодороднее, здесь начиналась лесостепь. Однако, облик киевской земли в древности был иным — лесным, терема и дома здесь также изначально делали из дерева. За сотни лет эксплуатации, нерегулируемой рубки, при том, что плотность населения была здесь значительно выше, принципы хозяйствования изменились, дома стали делать из глины, а открывшаяся степь сделала город уязвимым для кочевников. Но зима также была продолжительна и сурова и в целом, как на севере, так и на юге славяне жили сходно.

Особенности ведения хозяйства, как и другие факторы, связанные с природными условиями, влияли на поведение и характер славян. Борьба с неблагоприятными условиями выработала огромную силу воли, изворотливость и смекалку (задний ум), неприхотливость к условиям жизни и взаимовыручку. Долгая зима приучила русских к терпению, бережливости и обдумыванию поступков. А короткое лето — к быстрой реакции и мобилизации своих сил, способности к тяжелому и упорному труду.

Малоплодородные земли вынуждали общину вести полукочевой образ жизни с периодической сменой хозяйственных площадей, к предприимчивости и подвижности, к экстенсивному принципу земледелия.

2. Восприятие пространства. Неравномерность и контрастность характера людей во многом определялась и окружающим пространством. С одной стороны, оно было замкнутым — взгляд всегда натыкался на препятствие ввиде кромки леса, который воспринимался и как источник зла (злые духи, дикие звери, боязнь потеряться), так и источник земных благ (природные ресурсы и защита от врагов). Это приводило к созерцательности и усидчивости. С другой стороны — из-за огромных и малонаселенных территорий в условиях сурового климата люди привыкли преодолевать огромные расстояния, а пространственная и количественная мера сильно отличалась от европейской. До сих пор поражает, как на таком огромном малонаселенном пространстве с болотами и лесами, свободно и быстро передвигались наши предки. Совершенно иначе вели себя русские, попавшие в степь, где «глазу не за что уцепиться», где нет рек, а значит мало воды и передвигаться можно только на коне или пешком. Открытое пространство наводило тоску и пугало.

Малолюдность на фоне суровых климатических условий формировала бережное отношение к человеку, выраженное в частности в удивительном гостеприимстве, т.к. не принять путника, значило подвергнуть его смертельной опасности.

3. Влияние соседей. Не будем говорить о соседях европейских, т.к. их влияние было безоговорочным, если вспомнить, что и родина у нас была когда-то одна. Однако, славянские племена, очутившиеся на холодных и огромных пространствах восточной Европы, столкнулись здесь с совершенно другой цивилизацией — степными тюркоязычными народами. Буквально все было иным — хозяйствование, менталитет, внешность, социальные связи. Несомненно, что чужое пугало, к чужому относились враждебно. Но это тоже были люди, с одинаковыми желаниями и страстями.

Война, столкновение — это тоже связь, социальное явление и обмен информацией. У врага, тем паче врага сильного и опасного, учились в любую эпоху (что у гуннов, что у фашистов). Перенять более совершенные и эффективные методы ведения боя было непросто разумным, но и жизненно необходимым, кто не учился — погибал, попадал в рабство, смешивался. Поэтому обмен боевым опытом было важным и, возможно, первым контактом со степью. Не знаю происходило ли это в Черняховской культуре, считающейся неким анклавом разных народов, в том числе и степных, но гунны уж точно поучили уму-разуму славян. А то, что после нашествия степняков, славяне не только сохранились, но и смогли занять территорию всех других народов Черняховской культуры, говорит о том, что урок пошел на пользу, хотя это и стоило многих жертв при общем культурном падении.

Несомненно, и то, что степняки, обладая эффективными военными технологиями, считали себя чужаками вне степи. Да, они стремительно захватывали другие цивилизации оседлых народов, неся ужас и разрушение, но не могли долго задерживаться на одном месте. Постоянная миграция не позволяла полностью уничтожить оседлую культуру. После стремительного набега, порабощённый народ облагался данью, становился улусом, но не уничтожался, не пытался быть превращенным в степь. Это хорошо понимал князь Александр Невский, усмотревший настоящую угрозу исчезновения с запада, а не с востока. В культурном плане оседлые и степные народы, даже находясь в одной империи, жили обособленно. Хотя культурный обмен происходил всегда. Половецкая, печенежская и татарская знать связывалась с русской через межэтнические браки. Шла оживленная многолетняя торговля, были совместные походы на «ромеев» (Визанитию) и много еще чего.

Это пограничное, лесостепное существование восточных славян со временем серьезно обогатило их культурное восприятие. Степь стала постепенно включаться в мировоззренческую структуру русских. Этому способствовали и вышеперечисленные факторы — суровый климат и огромное безлюдное пространство, вынуждающее вести полукочевой образ жизни. В нашей истории даже встречаются похожие на степняков правители — неугомонный Святослав Игоревич, постоянно с кем-то воюющий, живший по сути в походах, питающийся сырым вяленым мясом, пропитанным конским потом.

Привычка к миграции, поиску лучших мест сформировала особую богатырскую удаль (кстати и само слово «богатырь» происходит от тюркского «богатур, батыр», то есть герой, воин), определяемую академиком Дмитрием Лихачевым как «храбрость в пространстве» [1438]. Экстенсивное мировоззрение формировало и такой распространенный способ решения различных жизненных проблем, как уход на другую территорию. Эта тяга к походам, к поиску лучшей земли проявляется во многих сказаниях и представлениях: Беловодье у старообрядцев, Ирья у Владимира Мономаха (страна откуда прилетают птицы), царство попа Ивана, град Китеж, остров Спасения — все это поиск рая на земле.

Богатырская удаль, прерванная татаро-монгольским нашествием, проявилась позже в освоении Русского севера, Сибири, Азии, Дальнего востока и Аляски землепроходцами и казаками («охочими людьми» имеющими пассионарную волю к свершению подвигов).

Это восприятие степного бытия удивительным образом смогло ужиться в нашем народе с европейской оседлой культурой. Такой симбиоз позволил русским освоить огромные пространства (в том числе и степные), при этом не превращаясь в местных степняков, утверждая свой метод оседлого хозяйствования и разумно используя опыт аборигенов, приспосабливаясь к природным и культурным особенностям.

4. Религия. Это самое противоречивое понятие. Как я уже говорил, современные «исследователи» стараются быть беспристрастными. Говоря о религии, нельзя сказать и о внутреннем устройстве человека. Для ученого-атеиста человек — это только физическое тело. Отсюда исходят и все остальное — сходство с животными позволяет предполагать, что человек — животное, эволюционировавший примат. А все непонятное — совесть, фантазия, разум, память, язык, сознание и многое другое — это биохимические реакции, работа нервной системы и мозга, психика, вторая сигнальная система и т. п. Человека уравнивают с окружающей средой, описанием которой и занимается собственно наука. Религию, как понятие метафизическое невозможно подвергнуть какой-либо верификации и обоснованию.

С точки зрения верующего — человек состоит из трех частей: тела, души и духа. Тогда всё встает на свои места и не приходится придумывать сложные и туманные термины, которыми наука закрывает пробелы обоснования. Но признавая дух, силу свыше, уже нельзя допустить и каких-то компромиссов. Приходится либо признать Бога и постоянно действующую силу его воли на человека, либо полностью отвергнуть Бога, ограничив себя только научными знаниями и теориями.

Чтобы избежать такого выбора, ученые стали либо замалчивать эту тему, либо искусственно ее усложнять, замуровывая истину в малопонятные термины и ложные понятия. А ведь этот фактор должен стоять на первом месте, т.к., по правде говоря, он самый главный. Представление об идеале меняло судьбу человечества. Только идеализм мог сподвигнуть человека к самопожертвованию. А что такое осознанный риск и смерть — это значит для человека есть нечто большее, чем просто материальное существование.

Если даже абстрагироваться от библейской истории, обратиться к давно отошедшему от Бога человечеству — Древнему Риму, варварским народам раннего Средневековья — религия и вера была всегда. Самая элементарная религия — это вера в собственный род, вера в его бессмертие. Жизнь и здоровье родителей уходит на рождение и воспитание детей, которые продолжат род, сохранят твой образ в вечности. Таким образом, самопожертвование заложено в человеке изначально, в самом прямом физическом смысле. Если человек отказывается от этой жертвы — наступает родовая смерть и жизнь теряет всякий смысл. В таком случае, нет сомнений, что все древние народы были религиозны. И именно вопросы веры имели для них определяющую роль в жизни, а часто и в политике.

Говоря об истории, да и вообще о человечестве, надо всегда держать в голове одну важную мысль: не надо считать других людей дураками, в том числе и древних. К сожалению дарвинская теория сильно влияет на наше представление о древности. Готы, вандалы и гунны нам представляются чуть ли не обезьянами, недавно спустившимися с деревьев. На самом деле древние люди просто не обладали теми знаниями и технологиями, которыми обладаем мы. А логика, разум, религиозные запросы были такими же. Изучая ту или иную древнюю культуру, жилища варваров, хозяйство, орудия труда, скульптуры языческих богов, приходишь к мысли, что все что можно было придумать при тех знаниях и условиях жизни, было придумано. Аналогично и в религии — язычество это был религиозный максимум древних людей, и только когда на землю пришел Бог и сам сказал о себе, тогда религия перешла на новый уровень.

Религия, как связь с потусторонним, как попытка утолить жажду веры и прийти к своему идеалу, несомненно связана с Божественной волей. Не только появление народов, но и создание различных религий — это Божий промысел. Каждая из них несет свой сакральный и исторический смысл.

Русь приняла христианство в 988 году. Если проигнорировать описанные в летописях чудеса, связанные с этим событием, то выбор религии все равно окажется вполне логичным. Во-первых, сама христианская церковь к тому времени обрела цельный и окончательный образ. Уже отгремели вселенские соборы, уже иконоборческая ересь была побеждена как 100 лет, уже давно были известны, приняты и почитаемы великие создатели литургии (Иоанн Златоуст, Василий Великий, Григорий Богослов). И славяне в таких обстоятельствах оказались «работниками одиннадцатого часа», узревшими славу Православия во всем блеске.

К тому же, несмотря на политические разногласия и культурную разницу христианство Рима и Константинополя было еще единым. Соперничество за крещение Руси могло вестись между разными епархиями, но не церквями, то есть это соперничество скорее политическое, а не идеологическое, а потому и не столь драматичное, как это было, например, в Литовском княжестве. Так что глобально, выбор мог происходить между христианством, исламом и иудаизмом.

Во-вторых, Византийская империя была в то время еще на пике своего развития. По сравнению с раздробленной территорией бывшей западной Римской империи, Византия была достаточно большой державой, обладающей высокой культурой и самыми совершенными технологиями, и поражающими воображение произведениями искусства. Отдельно стоит выделить, как объект искусства — архитектуру. Константинополь, бессменная столица империи, был крупнейшим городом мира, прославленный своими архитектурными шедеврами — храмом святой Софии 6 века (настоящим чудом света, самым крупным христианским храмом на протяжении 1000 лет), Влахернским дворцом, ипподромом, крепостными стенами, Золотыми воротами и многим другим, что не могло не восхитить русских.

В-третьих, Древняя Русь и Византия имела тесные политико-экономические связи. Само географическое положение устанавливало эту связь: русские реки Днепр, Днестр, Южный Буг, как основные транспортные пути, впадают в Понтийское море, на территорию греческой империи. Добраться из Киева в Константинополь было довольно просто даже на древнерусских ладьях, что осуществил князь Олег в 9 веке. Тогда же были установлены тесные торговые и экономические связи. Католический мир тогда еще не оформился в отдельную самостоятельную единицу, а ислам присутствовал ввиде нескольких поволжских государств-соседей, которые, впрочем, были уничтожены Святославом Игоревичем. На этом фоне культурное и религиозное заимствование у более развитого соседа было делом времени. И выбор князя Владимира, как талантливого и дальновидного политика, старающегося укрепить свое государство, был закономерным. Выбор пал на лучшее, что тогда было. Но в этом был и промысел Божий! Никто не знает, как повернулась бы судьба Руси, если бы выбор пришлось делать позже. Вспомним, что долго колебавшаяся Литва в самом конце 14 века выбрала более влиятельную в Европе Католическую религию, а ордынский хан Узбек в начале того же века выбрал Ислам. Впечатлила бы так же святая София русских послов после разграбления крестоносцами Константинополя в 1204 году?

После принятия христианства образ Матери-Земли органично вписался в почитание Богоматери. Все то, что просили у земли, теперь стали просить у Богородицы. Это, прежде всего, связано с плодородием (вспомним образы Богродицы-Млекопитательницы, Спорительницы хлебов, Живоносный источник и др.). Последний яркий пример: почитание Божией матери, как истинной правительницы России, после отречения императора в 1917 году, через явление ее иконы Державная.

Некоторые функции перешли и на христианских святых, память которых приходилась еще на языческие праздники, связанные с важными этапами сельскохозяйственных работ: день Акилины (13 июня) — сев гречихи (гречишница), день Анастасии — овечий праздник, дни покровителей скота — св. Власия, Флора и Лавра, Макария, Егория и т. д. Вообще христианство полностью преобразило жизнь славян, давшей новую систему координат бытия. Это легко доказать, вспомнив многочисленные народные пословицы и приметы, отмечание бытовых, семейных и общественных праздников. Это настолько трогательная сторона народной культуры, что здесь как в жизни появлялись свои любимцы, имеющие всеобщее признание: святитель Николай, святой Георгий, святая Параскева Пятница и другие.

Конечно, далеко не сразу и не везде христианство распространилось на Руси. Как и в древнем Риме, христианством сначала были охвачены города (как это видно и из летописей, где сказано, что сначала князь Владимир крестил жителей Киева). До деревни религия добиралась дольше. Еще тяжелее христианство распространялось у порабощённых Русью финно-угорских племен. Процесс просвещения растянулся аж до 14—15 века и то не везде успешно. Самый успешный пример — это крещение зырян и пермяков святым Стефаном Пермским, другом и сподвижником преподобного Сергия Радонежского. Но после его смерти еще почти сто лет приходилось бороться с мстительными волхвами-вогуличами, самоуправством местной власти (земскими дьяками) и соседней негодующей Новгородской епархией, считающей эти земли своими. Только благодаря самоотверженности святителей-последователей Стефана: Герасима, Питирима и Ионы (два из которых были убиты!) христианство к концу 15 века наконец утвердилось и на севере. Что уж говорить о временах последующих, когда в стране с трудом нашлись герои-просветители Сибири, Китая, Аляски и Японии. [5]

Тем не менее, христианство преобразило Русь. Несомненно, то было время пассионарного взлета — страна обладала огромными территориями, богатела экономически, культурно и духовно. Сын Владимира Ярослав Мудрый активно занялся дальнейшим просвещением, в чем и преуспел. Открывались новые монастыри, как хранилища веры, грамотности и культуры новообращенной страны. Не только высшее сословие, но и обычные граждане, особенно горожане, становились грамотными.

Показателен один из первых письменных трудов того времени (середина 11 века): «Слово о законе и благодати» святителя Иллариона Киевского. Этот глубокий по своей мысли трактат определил все дальнейшее устроение политической жизни на Руси (вплоть до 17 века). Неслучайно до наших дней дошло 52 древних списка этого произведения, что говорит о его чрезвычайной популярности. Для сравнения «Поучение Владимира Мономаха» сохранилось в одном списке, как и «Слово о полку Игореве». Автор противопоставляет две силы «закон» и «благодать». Закон — лишь тень истины, тогда как определяющую роль играет именно благодать, пришедшая в мир со Христом. Закон оправдывает племя Авраама, а благодать все народы спасла («вся языки спасе»), открывая им «пакибытие». Это как раз, то, о чем говорил Гумилев. Только пассионарный толчок, энергия действования здесь называется «благодатью». Видимо, Илларион сам ощущал этот расцвет собственной родины (а он, кстати, был первым русским митрополитом на Руси). Из этого текста видно, что Русь, хоть и признавшая культурное превосходство Византии, считала себя самостоятельным государством, оправдывая это и божественным промыслом о каждом народе (к тому же в то время шла русско-византийская война).

Но прослеживается и другая, более глубокая мысль: что помимо земной власти (по закону), есть власть небесная (власть Бога). То есть помимо князя, есть митрополит. Не это ли первая мысль о симфонии власти духовной и земной? Власть земная теперь с одной стороны благословляется Богом, возвышается в глазах крещенного народа, но и ограничивается властью церковной, которая следит теперь за нравственностью князей, опекает и просвещает все стадо христово.

Великие блага получила наше государство от этой двойственности власти. Князья не были последней инстанцией, не могли позволить себе ничем неограниченный деспотизм, всегда оглядывались на Церковь, учитывали ее интересы и моральную оценку. Кризис власти (как церковной, так и княжеской) всегда наступал, когда эти два столпа государственности вступали либо во вражду, либо в слепую любовь, смешивая свои функции. И только четкое понимание, что кесарево, а что богово, давало необходимую гармонию власти. Яркий пример вражды — это трагичный конец митрополита Филиппа, попавшего в опалу из-за критики опричнины. Но не менее трагичен и пример «любви» — церковных реформ, проводившихся по инициативе патриарха Никона и царя Алексея Тишайшего, окончившегося религиозным расколом.

Церковь значительно повлияла и на социальные лифты древней Руси. Во-первых, положение самых низших слоев населения — холопов и смердов несомненно улучшилось, т.к. перед Богом все слои общества уравнивались. Во-вторых, при ущемлениях и насилии земной власти, можно было обратиться к власти духовной. У человека расширился выбор жизненного пути, теперь можно было посвятить себя служению Церкви, образованию, искусству и духовному совершенствованию. Любой желающий мог стать монахом вне зависимости от его происхождения и при этом строить церковную карьеру. В этом отношении многое сделали великие святые 14 века (Дионисий Новгородский, Сергий Радонежский, Федор Симоновский, митрополит Алексий Московский и другие), которые установили новую форму общежительного устройства монастырей, где жизнь монахов, имеющих разное происхождение, уравнивалась, а имущество становилось общим.

Итак, все перечисленные выше факторы значительно повлияли на менталитет восточных славян и, говоря о русской деревне, я еще не раз буду возвращаться к ним. Для того, чтобы прийти к главной теме повествования, необходимо снова окунуться в историю. История развития земельных, имущественных и социальных отношений могут дать общее представление, каким образом формировалось у людей отношение к Родине, к своей земле, а русскую деревню нельзя рассматривать отдельно от того богатого исторического наследия, от общего представления о мире, в котором жили наши предки. Убежден, что только историческая память может объяснить нынешнее тяжелое положение русского села.

Глава 1.5. Общественное устройство Древней Руси

В целом, христианство имело огромное влияние на преодоление рабовладельческого строя. Процесс этот оказался очень трудным и долгим, в Европе, например, рабство вновь расцвело при открытии Нового Света и все большего обмирщения католичества. Но на Руси, где ценность человеческой жизни из-за сурового климата и огромной малонаселенной территории была выше, Церковь смогла добиться значительных успехов. Это хорошо видно при изучении древнерусских законов. Уже в новой Русской Правде (основной свод законов, утвержденный в 1072 году сыновьями Ярослава Мудрого), отменялось право кровной мести, замененное уплатой штрафа. Определялось два вида холопства: насильное (плен, как законная добыча в бою, как вид наказания за преступление, за долги и по рождению) и добровольное обельное (поступление на службу тиуном или ключником, брак с холопом, продажа себя и всей семьи, как единственный способ избежать смерти от какого-либо бедствия: голод, война, болезни).

Однако, в данном законе холоп, еще не обладал правами человека, он не субъект, а объект права (как имущество, что-то вроде коня, за угон холопа и коня ответчик платил одинаково 3 гривны). Ответственность свободный человек нес только за убийство чужого холопа (как порча чужого имущества). Древняя Русь еще имела во многом формы рабовладельческого строя. При постоянных войнах с соседями (позже с соседними русскими княжествами), Русь имела множество полоняников (пленников), стоивших недорого. Их труд имел широкое применение в домашнем хозяйстве князей, бояр и дружинников. Для средневековья это была нормальная практика во всех, в том числе христианских, странах мира.

С другой стороны, господин нес ответственность за все действия своего раба. Холопы не воспринимались как скот, т.к. могли занимать высокие должности при господине (тиун, ключник, позже от них произошли важнейшие государственные должности), обучались ремеслам, имели имущество (в той же Русской правде допускается предоставление кредита холопам, что доказывает их платёжеспособность).

И еще один важный момент — никакой нормальный человек не будет портить собственное имущество, а скорее наоборот постарается его сохранить и приумножить для своих потомков. Это же касается и в целом княжеской власти по отношению ко всему населению княжества. Казна и сила князя зависела не от рискованных военных походов, требующих серьезных расходов, а от того как потрудится местное население: сколько вспашет смерд и какой получит урожай, с прибытком ли останется купец, избежав ограбления, сколько наработает кузнец, бортник, каменщик и так далее. Князю было выгодно, чтобы население росло и богатело, тогда он мог рассчитывать на большие и постоянные поступления в казну, а значит содержать дружину для защиты своей земли или снарядить поход на врага.

Поэтому при любой беде: ратном нахождении, море, неурожае, власть жертвовала почти всем своим имуществом: раздавала продовольствие, отдавала лошадей для земледельческих работ, разрешала бесплатно рубить лес и предоставляла много других льгот, лишь бы население смогло быстрее восстановить свое порушенное хозяйство, не уйти, не погибнуть, а оживить землю, обогатить княжество плодами своих трудов. Тогда власть была еще очень близка к земле, к нуждам своих людей, ее сила напрямую зависела от благополучия населения.

Конечно, ограничение свободы человека, такое рабское состояние противоречило христианскому виденью мира. Но в то время сами носители христианского мировоззрения, в том числе церковные иерархи, еще не имели представления о гражданских свободах современного мира. Гражданское право развивалось постепенно, заслуга же Церкви состояла в том, что это развитие шло в правильном направлении. Период Средневековья был неизбежен. Если бы не Православие, современность выглядела бы совсем иначе. Но и тогда православная Церковь пыталась бороться со сложившимся строем. Так, благодаря видным церковным деятелям, правила содержания холопов и наказание за их убийство, стали проникать в русское законодательство (например, Белечский устав митрополита Георгия). Существовал такой благочестивый обычай, как отпущение челядина на волю «на упокой души», то есть по духовному завещанию. Отпустить могли и за изнасилование (Новгородский договор 1195 г). [6]

Церковь оказывала активное содействие холопам, стремящимся выкупиться, запрещая изгойство (надбавку за выкуп). Часто задушевные холопы и изгои (холопы, которые себя выкупили) состояли под прямым покровительством Церкви, служили при монастырях и богадельнях. Так формировались целые «села со изгои». Однако, это не значило, что холопы просто переходили к другому хозяину — монастырю. Сравнивать таких работников с боярскими холопами или с католическими индейскими и африканскими рабами некорректно. Дело в том, что это были взаимовыгодные отношения. Освобожденный холоп был безземельным и не имел средств к существованию. Поэтому расселение на монастырских владениях на льготных условиях (а зачастую и бесплатно) — это было спасение. В конце концов, люди они были уже вольные и могли уйти. В принципе, у освобожденных холопов было три варианта дальнейшей жизни: купить землю и жить независимо, перейдя в категорию людина (ясно, что такое позволить себе мало кто мог), обрабатывать чужую землю на договорных условиях (большая часть так и делала, переходя из холопов в смерды), жить грабежом и разбоем (часто такие молодцы собирались в ватаги и уходили на окраину страны подальше от закона) или просто уйти подальше (однако это все равно было рискованно, т.к. в неизвестных краях можно было столкнуться и с теми же грабителями, дикарями или пострадать от сурового климата). Так что обработка монастырских земель считалась надежным и спокойным способом выжить. [7]

На протяжении всего существования Руси было два самых важных и тесно взаимосвязанных вопроса: о земле и о свободе. Чем большей землей обладал человек, тем более он был свободен и независим. Право на владение землей давалось властью, но в связи с обширными территориями государству было сложно регулировать земельные отношения населения. Наш народ много лет упрекали в том, что у нас рабская идеология, что мы всегда были подчинены деспотической власти и не приучены к самостоятельности. Это не так. Обширное пространство всегда позволяло человеку уйти от закона, от любого надзора, наоборот, люди были вынуждены принимать самостоятельные решения либо индивидуально, либо миром (вечем). Власть в силу своей слабости, зачастую подчинялась таким решениям. У власти существовал негласный союз с вольными людьми (казаками), которые осваивали периферию, оплачивая собственную свободу ясаком (распространенный вид дани пушниной и другими натуральными товарами). История сохранила нам множество трагичных примеров, когда такая казачья вольница, не знавшая законов, оборачивалась против самого государства. О земле и воле еще много будет сказано впереди.

По-другому относились к рабам в западной Европе, где суд феодала считался равен королевскому и холопов могли вешать прямо у себя на дворе. При многолюдности и постоянных войнах (а значит и притоке новых рабов) холопов не жалели. Многолюдство объяснялось более благоприятными условиями проживания людей: мягким климатом, развитыми аграрными технологиями. В Европе можно было себе позволить вести постоянные войны с разорением крестьян, угоном холопов, насильственным переделом земли. На Руси это происходило значительно меньше: разорение хозяйства было смертельно опасно в зоне рискованного земледелия, а затяжное весенне-осеннее распутье не позволяло перебрасывать войска и вести боевые действия.

Категории низших слоев общества имели свою градацию. Однако, нельзя утверждать с уверенностью, что одна категория всегда жила лучше другой (например, смерды и холопы). Ясно, что обельные холопы (закупы и рядовичи, которые уходили в холопы только на время отработки долга) жили лучше вчерашних пленников, потерявших родню и родину. Сложнее дело обстояло со смердами. Даже само это определение сильно менялось в течение времени. В целом смердами называли всё крестьянское население страны, всех вольных земледельцев. Однако в Русской правде смердами именовались именно зависимые от князя крестьяне, приравненные к холопам. Но там же упоминается и людин (человек свободный), жизнь которого оценивалась в 8 раз выше.

Таким образом, крестьяне уже в те древние времена делились на зависимых (смердов) и свободных (людин, крестьянин-общинник, имеющий право голоса на вече). Зависимость также различалась, она могла быть княжеской или республиканской (т.е. государственной, смотря какой вид государственного устройства был в стране: княжество или вечевая республика), боярской (при увеличении численности бояр и удельных мелких князей, вотчинная зависимость только укреплялась), монастырской (земли монастыри могли купить у князя или бояр, а часто представители высшего сословия сами одаривали и завещали волости Церкви «за упокой души», иногда вместе со смердами,).

Зависимые смерды имели землю, передающуюся по наследству, но не имели свободы: не могли переселяться, имели различные повинности (платили дани натуральными продуктами, обрабатывали землю хозяина, участвовали в ополчении (если княжеские), выполняли иные поручения), подчинялись княжескому или епископскому суду. Если наследников не было, земля переходила вотчиннику. Очевидно, что вотчинник забирал под себя самую лучшую землю. Вот и непонятно, кто же жил лучше смерд или обельный холоп? Но не будем забывать, что благополучие крестьян заметно влияло на благополучие землевладельцев и нищета первых была невыгодна последним.

В ином положении находился свободный крестьянин-общинник. Он также имел свою землю, но не имел никаких повинностей перед властью (кроме общепринятых даней). Однако его свобода ограничивалась общиной. Оговоримся, что понятие свободы в Древней Руси и в нынешнее время отличалась. В условиях тесных родоплеменных отношений между людьми, невозможно было представить крестьянина вне общины. Любое личное или семейное (хуторское) хозяйство неизбежно с ростом численности перерастало в общину. Именно община обеспечивала человеку независимость от князя, позволяла участвовать в политической жизни родной земли на вече, иметь свое почетное место в строгой иерархии, согласно роду, возрасту, богатству и личным качествам. Существовали и городские общины, мастеровые и купеческие гильдии и чем больше людей вовлекалось в них, тем большей властью они обладали. Из таких городских союзов выросли сильнейшие древнерусские государства: Псковская и Новгородская республика.

Это была настоящая власть народа (демократия), которая, впрочем, имела свои границы в плане численности и территории. При увеличении этих двух составляющих происходило неконтролируемое обогащение вечевой власти, которая неизбежно для удержания наверху превращалась в олигархию, власть богатых и влиятельных кланов. Когда говорят о «варварском» захвате Москвой господина Великого Новгорода, как последнего оплота «свободной демократии», забывают, что это было следствие глубокого многолетнего политического кризиса вечевой республики, в которой не прекращалась война за власть различных концов (кланов) и нещадно угнеталось все остальное провинциальное население (Двина, Вятка, Пермь и другие земли). По сути народной власти на государственном уровне не существует и существовать не может. Управляет всегда меньшинство. Представители народа, взявшие власть, автоматически перестают быть частью народа.

А деревенская, как и казацкая община пережила еще не одну сотню лет, доказав этим свою устойчивость и надежность. В родоплеменных отношениях определяющую роль играла родовая связь, опознавание «свой-чужой». Общины постоянно увеличивались в численности, роднились с соседними общинами, образовывалось племя, отличающееся своим ареалом обитания, языком или наречием, традициями, управляющееся советом старейшин. Само формирование родовой общины, как простейшей формы социальной организации — абсолютно логично и естественно, т.к. семья, расширяясь, должна была осваивать все большее пространство, решать все большее число задач сообща, учитывая интересы всех родственников. Разумно и то, что в общине, как и в семье у каждого было свое место, свое значение и функция, «свой ряд», который сначала определялся по старшинству. Старейшина получал власть, как самый опытный и мудрый, знающий жизнь, тем более, что в те времена до старости доживали немногие. Древняя и средневековая община — это в основном люди среднего и младшего возраста и небольшая горсть стариков.

Позже, когда первичные родовые связи стали слабеть из-за огромного числа родственников, а племена объединились в государство, первобытная родовая община деформировалась в сельскую. Многие сотни лет деревенская община сохранялась в первозданном виде, как наиболее естественная и простая форма организации малого общества (при чем подобные общины со своими региональными особенностями были характерны для всех народов оседлых земледельческих культур). А с принятием христианства, появился еще один способ маркирования общества по принципу «свой-чужой», не только по роду, но и по вере. Чужими стали «латины» на западе и «бесермены» на востоке и юге (и различные более мелкие религиозные группы: жиды, несториане и т.д.).

Конечно, с течением времени в связи с изменением земельно-имущественных отношений менялись и отношения внутри сельских общин. О сельской общине, сыгравшей значительную роль в жизни русской деревни, будет сказано еще не раз.

Глава 1.6. Особенности исторического развития человечества

Прежде чем продолжить историческое повествование, необходимо выделить некоторые важные особенности развития глобальных исторических процессов, которые всегда следует держать в голове, когда дело касается прошлого. Постараюсь дать им краткую трактовку и соответствующее словосочетание, чтобы при необходимости в процессе повествования учитывать те или иные особенности.

1. Первая особенность уже упоминалась в главе 1.4. — это иллюзия прогресса. Теория прогресса, как и теория эволюции занимает в науке и в общественном мнении настолько важное место, что люди уже перестают замечать, как безоговорочно доверяют этим «очевидным» идеям. Однако, стоит напомнить, что эволюционная теория Дарвина, до сих пор в научном мире не доказана и имеет ряд существенных недостатков. Но для общества это не имеет значения, т.к. мы приучены доверять только «науке», как единственному источнику объективных знаний. Человечество в целом одурманено эволюционизмом — идеей прогресса, постепенного и последовательного развития как всего человечества в целом, так и каждого человека в отдельности. Порой удивляет как смело и уверенно некоторые люди рассуждают о сотворении земли и человека, основываясь на сомнительных исследованиях, когда ученые до сих пор спорят о причинах распада СССР, произошедшего всего 35 лет назад.

Этот принцип прогресса действительно существует в определенных аспектах, но его пытаются сделать всеобщим и универсальным. А в итоге все упирается в мировоззрение отдельной личности. Атеист, полагающий, что человек состоит только из тела, естественно применяет этот принцип к телу. Постепенное превращение обезьяны в человека. Или же применяет в более широком плане ко всему обществу, как формированию более совершенной модели общества (от архаичного к индустриальному).

Человек верующий видит настоящий прогресс только в духовно-нравственном отношении. Как отдельной личности, так и всего общества. Синайские заповеди сделали израильский народ совершенней остальных, нагорная проповедь сделала христиан совершенней иудеев. Прогресс человечества возможен только в приближении к Богу, регресс — в удалении.

В понятие прогресса вкладывают повышение комфорта и безопасности жизни человека, что вполне успешно достигается научно-техническими средствами. Но делает ли это человека совершенней? Логика и принцип мышления и развития человека остался тот же. За все эти тысячелетия человек остался таким же. Это не прогресс, а лишь раскрытие потенциала человеческого разума, заложенного изначально. Научные открытия, совершенствование и осваивание технологий, создание все более удивительных плодов научно-технической революции — это накопление знаний и способность человеческого мозга анализировать эти процессы. Убежден, что, если переместить «древнего» человека в современный мир, он сможет достаточно быстро освоиться, т.к. его «архаичный» мозг ничем не хуже мозга современного человека. Как говорил американский антрополог Ф. Боас «ум первобытного человека был столь же совершенной машиной, что и сегодня» [цитата по 8].

Поэтому еще раз повторим: для правильного понимания истории нужно освободиться от иллюзии прогресса. Не надо никого считать глупее себя! Это касается не только менее культурных соседей по планете, но и наших пращуров. Логика, социальные отношения, смекалка, жизненные установки — все осталось прежним, изменились технологии, повысился уровень знаний.

2. Эффект исторической инерции. История — процесс сложный и глобальный, состоящий из совокупных действий и воль отдельных личностей. Важной задачей здесь является правильная оценка роли личности и общества, их баланса и взаимодействия в исторических процессах. Такая оценка может определить более объективную меру ответственности личности и общества (власти и народа) за совершённые действия. Здесь возникает целый ряд особенностей. В такой сложной структуре как государство, различные процессы в силу разных причин, протекают с разной скоростью. Глобальные культурологические процессы, решающие глобальные задачи, как правило затягиваются на десятки и сотни лет. Порою на эти процессы влияли какие-то случайности (для верующего человека это проявление воли Божьей).

Следовательно, причину каких-то исторических катастроф или расцветов надо искать порою в глубоком прошлом. Приведем пример: 1) Изменение принципа престолонаследия в Московском княжестве в 1360-х, привело к положительному результату только при Иване III через 100 лет. При этом решения, принятые в то же время соседями Москвы: Литовским княжеством (Кревская уния) и Новгородской республикой (вечевой принцип) оказались не эффективными. 2) План ГОЭЛРО 1920 года — это переработанный план царского времени. А новые виды вооружения РФ в 1990-х годах — это советские разработки.

В культурном плане этот принцип также действовал. Интеллигенция, как наиболее образованная и влиятельная прослойка общества, в которую почти всегда входили представители власти, естественно опережала в своих идеях и действиях остальное общество. Важным моментом следует считать переход от мысли, накопления каких-то идей, к их осуществлению, то есть к действию. Не всегда действия приводили к нужному эффекту, однако в любом случае воздействовали на народ, который воспринимал данные идеи по-своему. В результате образовывался разрыв между слоями населения. «Отставание», а лучше сказать иное восприятие народом идей интеллигенции приводило к культурному расслоению. Это ярко проявилось в Российской империи и стало отчасти причиной ее развала.

3. Значение личности в истории. Неразрешимым вопросом в истории является роль личности в глобальных процессах. Вот вопрос: известные герои — они сами по себе и даже вопреки воле народа действовали или являлись плодами героического общества, выдвинувшего их на первый план, как прочих среди равных? Мне кажется, что взаимодействие личности и общества равно положительно сказывалось на их жизни.

Несомненно, Александр Невский был сильной волевой личностью, обладающий военными и административными талантами, сумевший привлечь к себе народ. Но нельзя забывать и о статусе и личности его отца, его дружине, о всех тех сложившихся за сотни лет отношениях между князем и боярами, приученных к послушанию, приученных не из-за силы власти, а по родовым, земельным, личным причинам, по причинам естественной взаимовыгодной иерархии общества. Все это сформировало средневекового героя и влияло на принятия решений. Без народной воли он не мог править, не мог со своей малой дружиной справиться с врагом. Но и действия князя воодушевили народ, заставили поверить в него. Однако не всегда общество единодушно. Существует множество важных аспектов жизни, по которым мнение граждан разнится. Тогда власть неизбежно поддерживает лишь одну из сторон, что порою приводит к катастрофе.

Вот как об этом писал Дмитрий Балашов: «Решает судьбы народов всегда сравнительно узкая кучка власть имущих, иногда всего два-три лица. Но вот успешливость исполнения их замыслов зависит уже от множества. Решение, принятое вопреки интересам большинства, „не проходит“ или трансформируется так, что даже его творцы пугаются получившегося результата. Напротив, хорошо угаданные замыслы тотчас как бы намагничивают, собирают вокруг себя до того разрозненные и мешавшие друг другу силы (…) Всегда есть „мнение народное“, точнее — и не мнение вовсе, а труднообъяснимая внутренняя доминанта действования, отношения к делу, к событиям, приятие или неприятие нисходящих „сверху“ устремлений (…) Неотделимы от нации герои ее, и, будучи на подъеме, она и рождает, и поддерживает героев, и сама идет вослед им, вослед их пламенному слову и мужеству». [цитата по 9]

Все знают, что Петр Первый был неординарной личностью, но, если посмотреть в каких обстоятельствах он рос и развивался, перестает удивлять его тяга к Европе. И еще — а исполнители его воли, одинаково и аналогично воспринимали идеи императора или действовали с учетом своих убеждений и интересов? Конечно, каждый отдельный исторический момент надо разбирать индивидуально, но можно выделить какие-то общие особенности и совершенно очевидно, что на личность всегда влияло сформировавшее его общество, как и эта личность, затем влияла на общество, своими действиями. Так что историческая роль, всегда должна быть поделена между личностью (личностями) и обществом.

4. Моральная оценка эпохи. В сложных процессах всегда присутствуют положительные и отрицательные стороны. У каждого человека, как и у группы людей есть свои определенные цели и средства их достижения, а также их разумное оправдание. В глобальном плане власть почти всегда имеет благие намеренья. Другое дело, оказывают ли эти действия благоприятный эффект на государство и общество. Поэтому у любой власти можно найти как положительные, так и отрицательные результаты правления. При чем в сложных системах часто один положительный эффект может поддерживаться только за счет другого отрицательного. А земельные отношения, развитие и поддержка деревни, это процесс несомненно сложный, требующий подробного рассмотрения.

Яркий пример созидательной стороны власти — это приход большевиков к власти. Вплоть до 25 октября 1917 года они боролись со властью, разрушая, терроризируя, раскачивая страну. А после 25 октября стали срочно укреплять свою власть, действуя ровно наоборот, заново создавая институты управления. И насколько теория стала отличаться от практики? Троцкистско-Ленинские идеи мировой революции уступили более реальным и привычным идеям укрепления государства. Это естественно, так как человек не рубит сук, на котором сидит. Чтобы удержаться у власти, он будет делать все, что доступно его пониманию, чтобы укрепить государство. Даже Лжедмитрий I отказался от многих обещаний, данных полякам, посадившим его на московский