Тогда Григорий, конечно, не знал, что это Вильгельм, да еще и Первый, и кто он такой, он вообще не думал ни о чем лишнем. Требовалось закрепить флаг — и закрепили, заготовленными заранее веревками привязали, в общем, сделали все как надо. Бывший немецкий пододеяльник, прошитый у древка черными солдатскими нитками, гордо заколыхался над ненавистным и уже обреченным городом.
