Оглавление

Криминальная психология

Криминальная психология представляет собой самостоятельную отрасль юридической психологии, фокусирующуюся на изучении психологических аспектов преступности.

Её предмет включает в себя исследование психических явлений, механизмов и закономерностей, характеризующих личность преступника, специфику совершаемых им деяний, а также преступность как массовое социальное явление.

В отличие от смежных наук (криминологии, криминалистики), описывающих внешние проявления и правовые рамки, криминальная психология стремится проникнуть вглубь, объясняя внутренние психологические пружины противоправного поведения. Это предполагает анализ мотивов, способов совершения преступлений, механизмов психологической защиты и самооправдания.

Важнейшим принципом является переход от простого описания фактов к их объяснению и прогнозированию, что позволяет не только констатировать, но и предвидеть тенденции развития криминальной ситуации через раскрытие механизмов ее воспроизводства. Значительное внимание уделяется и диаде «преступник-жертва», где психология потерпевшего и его поведение становятся ключевыми факторами для понимания ситуации и разработки мер личной безопасности (виктимологический аспект).

Отдельной и сложной задачей выступает изучение социально-психологической динамики преступных сообществ — от случайных групп до организованных структур, включая механизмы их сплочения, управления и внутреннего взаимодействия.

Исходя из этого, основными задачами криминальной психологии становятся:

— глубокое изучение психотипов преступников и создание их классификаций; анализ преступления как особого вида деятельности; исследование психологии криминальных групп и преступности в целом;

— раскрытие психологических механизмов воспроизводства девиантного поведения;

— разработка научно обоснованных психологических методов профилактики и предупреждения преступлений, а также мер по снижению виктимности населения.

Таким образом, конечная цель данной науки — выработать эффективные психологические средства воздействия на преступность, способствуя сужению сфер и форм ее проявления в обществе.

Актуальные проблемы современной криминальной психологии

Криминальная психология как ключевая отрасль юридической психологии продолжает сталкиваться с комплексом фундаментальных и практических вопросов, которые по-прежнему не нашли своего окончательного разрешения и остаются предметом острых научных дискуссий. Эти вопросы лежат в междисциплинарной плоскости, затрагивая сферы психологии, юриспруденции, криминологии и социологии.

Центральной неразрешимой дилеммой выступает определение сущности и рамок понятия «личность правонарушителя». Многолетние изыскания, целью которых было выявление уникальных характеристик, отделяющих преступников от законопослушных граждан, не привели научное сообщество к единой позиции. Полемика сосредоточена вокруг баланса социальных, психологических и биологических детерминант в генезисе противоправного поведения.

Существует ли стабильный набор психологических черт, фатально ведущих к криминалу, или же преступный акт есть следствие сложного взаимодействия индивидуальности с контекстом конкретной ситуации, где решающую роль играют сбои в саморегуляции? Эта проблема обладает не только теоретической весомостью, но и колоссальным практическим значением, поскольку именно ее интерпретация определяет подходы к предупреждению преступлений, методики исправительного воздействия и основы правоприменения.

Поиск ответов осложняется многомерностью и латентностью психологических механизмов, составляющих основу преступного деяния. Специалисты признают, что данные механизмы являют собой систему сознательных и бессознательных процессов, где наряду с рациональной мотивацией существенную функцию выполняют аффективные реакции, асоциальные стереотипы поведения, укорененные привычки и ригидные установки. Тем не менее, детальное понимание интеграции этих компонентов, момента трансформации внутреннего побуждения во внешнее противоправное действие в уникальных жизненных обстоятельствах, продолжает оставаться областью научных разногласий. Особую сложность представляет исследование неосознаваемых уровней регуляции, когда поведение детерминировано глубинными установками и реализуется по импульсивному, ситуативному сценарию, что порождает трудные вопросы о степени осознанности и волевого контроля. Существующие теоретические модели, объясняющие происхождение преступного поведения, нередко носят слишком общий характер и с трудом поддаются переводу в инструменты для точного прогнозирования поступков отдельного индивида.

Чрезвычайно острой и нерешенной задачей является состояние кризиса правосознания и недостаточный уровень правовой культуры у существенной части общества. Эмпирические данные указывают на то, что у многих людей знания о праве остаются фрагментарными, а отношение к правовым нормам — индифферентным или отстраненным. Процесс интериоризации правовых предписаний, то есть их включения в структуру личных ценностей и убеждений, протекает неэффективно.

Ключевые институты социализации — семья, образовательные учреждения, медиа — далеко не в полной мере справляются с функцией формирования устойчивой ориентации на законопослушное поведение. Создание действенной профилактической стратегии, способной радикально изменить текущее положение, представляется крайне сложной проблемой, решение которой требует не ведомственных, а общегосударственных, системных мер. Разрушение прежних моделей профилактики и медленное становление новой, базирующейся на комплексном подходе с вовлечением гражданского общества, лишь усугубляет ситуацию.

В сфере практического применения сохраняется значительный зазор между накопленными психологическими знаниями и их повседневной реализацией в работе правоохранительных структур. Несмотря на формирование психологических служб и внедрение таких методов, как составление психологического портрета (профайлинг), их потенциал задействован не полностью.

Актуальной потребностью остается разработка научно обоснованных, валидных и надежных диагностических методик для оценки склонности к противоправным действиям, степени общественной опасности личности и вероятности рецидива.

Также недостаточно исследованы эффективные психокоррекционные технологии воздействия на разные категории правонарушителей, особенно в условиях пенитенциарных учреждений, где на первый план выходит проблема не кары, а ресоциализации. Психологическое обеспечение сотрудников правоохранительных органов, функционирующих в условиях перманентного стресса, также нуждается в серьезной научной разработке и практическом внедрении.

Современный этап развития ставит перед криминальной психологией новые, еще более сложные вызовы, на которые пока нет удовлетворительных ответов. К ним относится психология киберпреступности, где традиционные модели мотивации и групповой динамики обретают специфические виртуальные формы, а идентичность преступника может быть намеренно скрыта за цифровым аватаром. Требует глубокого изучения феномен организованной преступности, ее социально-психологическое устройство, механизмы интеграции и управления, а также психологические аспекты коррупционного поведения.

Не теряет актуальности проблема виктимности — исследование психологических качеств, повышающих риск стать жертвой преступления, и создание мер виктимологической профилактики. Кроме того, стремительные социальные трансформации порождают новые формы девиантного поведения, связанные, к примеру, с экстремистскими интернет-сообществами или финансовыми аферами, психологические основания которых изучены крайне недостаточно.

Таким образом, круг актуальных проблем современной криминальной психологии охватывает широкий спектр вопросов — от базовых теоретических дилемм о природе преступного поведения до насущных практических испытаний, порожденных цифровой эпохой.

Отсутствие окончательных решений по этим направлениям говорит не о несостоятельности дисциплины, а о чрезвычайной сложности и изменчивости ее предмета изучения.

Изменение и эволюция криминальной психологии, как направления возможно только при условии междисциплинарного сотрудничества, а также тесной взаимосвязи научных изысканий с реальными запросами правоприменительной практики и социальной политики.

Основы профайлинга

В настоящее время термин «профайлинг» приобрел широкую известность, регулярно появляясь на страницах печатных и интернет-изданий, в радиоэфире и телевизионных передачах. При этом анализ контекстов его употребления показывает, что специалисты зачастую вкладывают в данное понятие различающееся содержание.

Представляется важным уточнить это понятие, проследить его исторические истоки, охарактеризовать современные направления и обозначить возможные векторы дальнейшего развития.

Профайлинг происходит от английского слова «profile», что означает профиль. Под этим термином понимается совокупность психологических методов и методик, направленных на оценку и прогнозирование поведения человека. Основанием для такого прогноза служит анализ наиболее информативных признаков, включая характеристики внешности, невербальные и вербальные компоненты поведения.

Содержание понятия «профайлинг» обычно раскрывается через следующие аспекты:

— применение технологий, позволяющих с высокой долей вероятности идентифицировать лиц, имеющих склонность к совершению противоправных деяний;

— использование технологий предупреждения противоправных действий путем выявления потенциально опасных лиц и ситуаций с помощью методов прикладной психологии.

Методологические основы категории «профайлинг» берут начало в западноевропейской и североамериканской психологических школах, опираясь в своей фундаментальной части на принципы необихевиоризма. Определенный вклад в развитие отдельных аспектов профайлинга, таких как практическая характерология, оценка эмоциональных состояний и выявление поведенческих различий между причастными и непричастными лицами, внесли и отечественные исследователи.

Исторически профайлинг связан с деятельностью специальных служб, органов внутренних дел и дипломатических ведомств различных государств. Наиболее известные разработки в этой области ассоциируются с работой отдела поведенческих наук Академии ФБР в США, где в конце семидесятых годов прошлого века была создана программа психологического профилирования. Суть метода была определена как процесс идентификации совокупности психологических характеристик индивида, формирующих общее описание личности на основе анализа совершенных им преступлений.

В практике российских правоохранительных органов метод выявления лиц, представляющих оперативный интерес, успешно применялся с аналогичного периода, в частности при расследовании серийных убийств. Для отечественной следственной практики использование подобных технологий не является абсолютно новым, поскольку метод имеет в качестве общей теоретической основы традиционные криминалистические приемы выдвижения версий и моделирования. Особую роль в этом контексте играет мысленное моделирование, которое служит вспомогательным средством в условиях первоначальной информационной неопределенности. Помимо мысленной модели преступления, может выстраиваться и частная идеальная модель преступника, что вплотную приближается к построению психологического профиля.

Таким образом, специалист-профайлер работает преимущественно с материалами уголовного дела и следовой картиной происшествия.

Отдельным направлением является авиационный профайлинг. Соответствующая методика была разработана в конце семидесятых годов израильской авиакомпанией с целью минимизации рисков, связанных с авиаперевозками, и использовалась при предполетном досмотре. Ее основу составляла система вопросов, направленных на выявление нестандартных реакций пассажиров на внешне простые вопросы, опирающаяся на базовые психологические стереотипы поведения и напоминающая процедуру тестирования.

Впоследствии эта методика была адаптирована и стала применяться службами авиационной безопасности в большинстве европейских стран и США. Параллельно были созданы компьютерные программы, позволяющие анализировать эмоциональные состояния человека по микровыражениям. Эти программы нашли применение не только в аэропортах, но и в иных структурах, обеспечивающих государственную безопасность. Синтез опросных техник и анализа микровыражений позволил профайлингу выйти на новый уровень и начать интеграцию в экономические структуры, включая банковский сектор. Была разработана специальная программа для подготовки специалистов по безопасности как государственных, так и коммерческих организаций.

В России авиационный профайлинг также имеет свою историю. В Советском Союзе существовала система предупреждения преступности и террористических актов, работали психологи, разрабатывавшие методы ведения переговоров и оценки эмоционального состояния. Однако активное внедрение систем профайлинга стало ответом на участившиеся случая захвата воздушных судов, террористические акты и рост банковского мошенничества, когда стала очевидной необходимость в превентивных мерах.

Сегодня под профайлингом обычно подразумевают технологии предотвращения противоправных действий через выявление потенциально опасных лиц и ситуаций с применением методов прикладной психологии. В узком смысле это система установления вероятностной причастности субъекта к планируемому противоправному действию. В расширенной трактовке понятие включает ряд прикладных социально-психологических методик, целью которых является оценка достоверности сообщаемой информации на основе анализа невербального поведения, что известно как неинструментальная детекция лжи.

Провести профилирование означает отнести человека по совокупности невербальных признаков к определенному типу личности, оценив его как потенциально опасного или неопасного в конкретном социальном контексте.

Профиль представляет собой набор значимых признаков, указывающих на наличие или отсутствие потенциальной связи субъекта с рассматриваемой угрозой. Следовательно, цель профайлинга — классификация индивидуума согласно определенному профилю.

Профайлинг как способ предупреждения противоправных действий может и должен применяться на всех этапах, объектах и мероприятиях в системах обеспечения безопасности. Наиболее часто реализуется так называемая оперативная триада: предупреждение — предотвращение — пресечение. При этом особый акцент необходимо делать на первом компоненте — предупреждении, поскольку профилактика актов незаконного вмешательства всегда является менее затратной и более эффективной мерой.

Методы профайлинга могут быть продуктивно использованы в профессиональной деятельности сотрудников полиции, позволяя им строить обоснованные предположения о потенциальной опасности субъекта. Целесообразно применение этих методов на объектах транспортной инфраструктуры, таких как автовокзалы, железнодорожные станции, аэропорты, морские и речные порты, а также в иных местах массового скопления людей для осуществления превентивных мер по противодействию терроризму.

В контексте деятельности органов внутренних дел можно выделить ряд наиболее перспективных направлений для внедрения профайлинга:

— обеспечение безопасности на объектах транспортной инфраструктуры;

— оперативно-разыскная деятельность, направленная на выявление лиц, представляющих оперативный интерес;

— работа участковых уполномоченных полиции и патрульно-постовая служба на закрепленных территориях;

— проведение отдельных следственных действий, таких как осмотр, допрос, очная ставка и обыск;

— обеспечение безопасности при организации и проведении крупных массовых мероприятий, включая спортивные, культурно-зрелищные и политические события.

Таким образом, многолетний и успешный опыт применения методов профайлинга как в России, так и за рубежом, а также полученные положительные результаты, подтверждают высокую практическую ценность данной методики при подготовке полицейских кадров.

Включение в учебные планы курсантов и слушателей образовательных организаций МВД России, осваивающих специальности «Правовое обеспечение национальной безопасности», «Правоохранительная деятельность» и «Психология служебной деятельности», дисциплины «Основы профайлинга» позволит сформировать у будущих специалистов правоохранительной системы профессиональные компетенции, необходимые для выполнения оперативно-служебных задач в условиях современных террористических и экстремистских угроз.

Накопленный опыт свидетельствует, что обучение профайлингу позитивно влияет на последующее отношение сотрудников к исполнению своих непосредственных обязанностей. Владение соответствующими методами помогает полицейскому более вдумчиво анализировать оперативную обстановку, наблюдать и оценивать поведение людей, выявлять подозрительные признаки, устанавливать причинно-следственные связи и находить нестандартные подходы к решению профессиональных задач.

Структура профайлинга объединяет в себе комплекс действий: наблюдение, опрос, экспресс-психодиагностику, фиксацию поведенческих отклонений и иные меры, направленные на изучение потенциально опасных лиц.

Особое внимание уделяется психологии межличностного контакта, способности человеческого восприятия к анализу внешней и внутренней информации, а также развитию профессионально значимых качеств, таких как наблюдательность, проницательность и коммуникативная гибкость. В процессе оценки индивид анализируется по ряду параметров: его поведение, внешний облик, имеющиеся при нем предметы, предъявляемые документы, а также внешность и действия сопровождающих его лиц.

Логическая модель профайлинга включает последовательные этапы:

а) моделирование действий потенциально опасных субъектов (установление возможных исполнителей, их целей, способов и путей реализации акта незаконного вмешательства);

б) выделение характерных признаков, свидетельствующих о подготовке к таким актам;

в) классификацию типов (профилей) потенциально опасных лиц — вероятных инициаторов или исполнителей подобных действий;

г) определение статуса каждого индивида в зоне контроля с точки зрения его возможной причастности к планируемому противоправному деянию;

д) отнесение каждого наблюдаемого лица к конкретному типу (профилю), то есть непосредственное осуществление профилирования.

Ключевым элементом концепции является понятие признака. Его выявление рассматривается как центральное звено технологии.

Признак представляет собой специфическую черту или свойство объекта, позволяющее отличить его от других, возможно схожих, явлений. Любой предмет обладает множеством признаков, причем отсутствие определенного свойства также может рассматриваться как значимая характеристика. Признаки могут носить как положительную, так и отрицательную окраску, но их главная функция — описывать предмет и его состояние.

Любое планируемое правонарушение также обладает характерным набором признаков, выделяющих его на фоне обычных явлений. Подготовка и совершение противоправного действия неизбежно связаны с рядом действий, которые проявляются через определенные маркеры. Эти маркеры имеют существенное практическое значение, поскольку их трудно полностью изменить или замаскировать — они являются логическим следствием процессов организации преступления. Выявление потенциально опасных лиц начинается именно с обнаружения подобных сигналов.

Позитивные (положительные) признаки с высокой долей вероятности указывают на отсутствие связи индивида с террористической или криминальной деятельностью. К ним, например, можно отнести статус действующего сотрудника правоохранительных органов, публично известного лица, официального гостя или дипломатического работника.

Негативные признаки, напротив, служат индикаторами возможной связи гражданина с планируемым противоправным деянием. Они, в свою очередь, подразделяются на подозрительные и критические.