Нам трудно общаться друг с другом, если мы не отождествим себя с той или иной ролью – отец, учитель, работник, художник, «простой парень», джентльмен, спортсмен и т. д. Когда мы отождествляемся с этими стереотипами и связанными с ними правилами поведения, мы сами чувствуем, что являемся кем-то, потому что нашим собратьям проще нас принять – то есть отождествить нас и почувствовать, что мы «под контролем». Встреча двух незнакомых людей на вечеринке будет неловкой, если хозяин не идентифицирует их роли, познакомив их, потому что они не знают, какие правила общения и поведения следует соблюдать.
4 Ұнайды
посредством слов могут общаться лишь те, кто имеет похожий опыт.
2 Ұнайды
Важно осознать, что воспоминания и прошедшие события, составляющие историческую идентичность человека, являются выборочными. Из фактической бесконечности событий и переживаний некоторые были выбраны – абстрагированы – как важные, и эта важность, разумеется, определена конвенциональными стандартами.
1 Ұнайды
Пьяный, упавший с телеги, хоть и страдает, но не умирает. У него такие же кости, как у других людей; но он переживает этот случай по-другому. Его дух находится в безопасности. Он не осознает, что он едет на телеге и падает с нее. Идеи о жизни, смерти, страхе и т. п. не проникают в его грудь; поэтому он не страдает от соприкосновения с объективным существованием. И если такую безопасность дает вино, то что говорить о Спонтанности! (
1 Ұнайды
Есть только «сейчас». Оно ниоткуда не приходит и никуда не уходит. Оно ни постоянное, ни непостоянное. Оно движется, но при этом всегда остается неподвижным. Когда мы пытаемся его схватить, кажется, что оно ускользает, однако оно всегда здесь и от него не уйти. И когда мы оборачиваемся, чтобы найти «я», которое познает это мгновение, мы обнаруживаем, что оно исчезло, подобно прошлому.
1 Ұнайды
Если христианство – это вино, а ислам – кофе, то буддизм – это, безусловно, чай. Его успокаивающий, очищающий и слегка горьковатый вкус напоминает вкус пробуждения, и горькость соответствует приятной шероховатости «естественной текстуры» и «срединному пути» между сладостью и кислотой. Задолго до появления тяною дзэнские монахи использовали чай как стимулятор для медитации, и в этом контексте его пили неспешно и осознанно, что естественным образом напоминало ритуальные действия.
1 Ұнайды
«я лгу», когда подразумевается, что само утверждение ложное.
Часто говорят, что цепляться за себя – все равно что иметь колючку под кожей и что буддизм – это вторая колючка, с помощью которой извлекают первую. Когда она извлечена, обе колючки выбрасывают.
Когда нужно одеться, оденься. Когда нужно идти, иди. Когда нужно сидеть, сиди. Пусть в твоем уме не будет ни единой мысли о поиске состояния Будды… Вы говорите о совершенной дисциплине шести чувств и всех ваших действий, но, на мой взгляд, все это создает карму. Искать Будду и Дхарму – значит создавать карму, которая ведет в ад. Стремиться стать Бодхисаттвой – это тоже создание кармы; то же касается и изучения сутр и комментариев. Будды и Патриархи – это люди, свободные от такой искусственности… Все говорят о Дао, которое следует взращивать, и о Дхарме, которую нужно реализовать. Какую, вы говорите, Дхарму нужно реализовать и какое Дао нужно взращивать? Чего вам сейчас еще не хватает? Что вам нужно добавить к тому, чем вы являетесь?
мы скоро увидим, путь освобождения не может иметь положительного определения. Его можно определить косвенно, через то, чем он не является, подобно тому как скульптор раскрывает образ, отделяя от глыбы куски камня.