Ты как будто ищешь, не знаю, другие части, что ли.
Либби сморщилась.
– Другие части чего?
– Мне-то откуда знать? Себя, наверное. – Он тихонько хмыкнул, а потом добил ее, сказав: – Короче, нет никаких других частей, Роудс. Нет больше ничего. Только ты.
– Что это значит вообще?
– Ты либо целая, либо нет. Хватит искать. Все, мать твою, уже здесь, – высказал он, хватая ее за руку и чуть не кидая ей же на грудь. Либби в ответ сердито посмотрела на него и, чувствуя себя оскверненной, высвободилась. – Ты либо довольствуешься этим, либо тебе всего будет мало.
