бер слева по лопаточной линии с разрывами плевры, полной поперечный разрыв левого главного бронха, кровоизлияние в левую плевральную полость. И вторая группа повреждений на передней поверхности трупа — ссадины на выступающих частях лица и на тыльной поверхности обеих кистей. Отсутствие повреждений ниже центра тяжести тела, массивные повреждения на задней поверхности левой половины грудной клетки давали основание считать, что видом автомобильной травмы было столкновение грузовой автомашины с пешеходом.
Однако уже из собеседования со следователем выяснилось, что повреждения у гр-ки М. образовались в результате столкновения с нею автомашины «Москвич-408». Для выяснения причины такого расхождения были запрошены материалы уголовного дела. Из справки о ДТП стало ясно, что гр-ка М., шедшая по правой стороне шоссе в направлении движения автомашины «Москвич-408», неожиданно изменила направление влево и была сбита автомашиной. При ознакомлении с протоколом осмотра места происшествия было обращено внимание на веерообразную россыпь крупной соли в направлении движения автомашины. Возникла мысль, что первичный удар бампером автомашины пришелся по сумке, в которой находилась соль и, следовательно, на сумке могут быть следы от действия передних частей автомашины, в связи с чем следователю было предложено представить на экспертизу сумку, которая находилась в руках потерпевшей. При осмотре на поверхности сумки из дерматина на фоне горизонтальной полосы загрязнения был обнаружен горизонтальный разрыв ткани, по высоте соответствующий бамперу автомашины «Москвич-408».
Таким образом, при изучении материалов дела и вещественных доказательств было установлено, что первичный удар автомашины пришелся по сумке с солью, а в результате последовавшего за первичным ударом падением тела на капот автомашины и ударе о него образовались повреждения на задней поверхности левой половины грудной клетки, ссадины на лице и тыльной поверхности кистей возникли от скольжения по полотну дороги после падения на него потерпевшей с автомашины.
Изложенное позволило прийти к выводу, что видом автотравмы было столкновение легковой автомашины с пешеходом, находившимся в вертикальном положении, обращенным к движущейся автомашине левой задне-боковой поверхностью тела, что совпадало с материалами уголовного дела.
Приведенный случай интересен тем, что эксперт мог бы ввести в заблуждение правоохранительные органы, если бы автомашина была неизвестна. Ведь по первоначальному заключению эксперта пришлось бы искать грузовую автомашину, а не легковую. Итог таких поисков был бы очевиден, автомашину никогда бы не нашли.
Нередко, решая вопрос о механизме возникновения травмы, эксперт ограничивается суждением о возможности возникновения повреждений при обстоятельствах, указанных в постановлении. Если такому суждению не предшествует методически правильно проведенное исследование, оно не может быть признано в достаточной степени обоснованным.
При обосновании механизма возникновения повреждений необходимо дать экспертную оценку не только отдельно выявленных повреждений, но и провести их группировку по виду травматического воздействия и механизму возникновения, а также установить последовательность образования повреждений.
