нализировала, успела переодеться в то самое, единственное платье, заботливо лежащее на краю кровати. Нежно-кремовое, подчёркивающее нездоровую серость моей обмазанной составом кожи. Отвратительно смотрелось с блёкло-тёмными волосами, а обтягивающий на талии фасон лишь усугубил картину «гуманней добить».
Вздохнула, вспоминая златовласую, голубоглазую с нежной кожей прелестницу, порхающую на своём дебюте в ярком лазурном платье. Как же вкусно я тогда покушала.
