Журналист — отдается и продается. Он обязан писать не то, что видит и думает, а то, что от него требуют, да еще симулировать страсть и наслаждение, делать вид, что он так действительно думает, что это — его собственная правда.
Видимо, справедлив парадокс историка В. Ключевского: «О Пушкине всегда хочется сказать слишком много, всегда наговоришь много лишнего и никогда не скажешь всего, что следует» [138].
Чемодан:
что он вывез
Преподнося сюрприз
суммой своих углов,
вещь выпадает из
миропорядка слов.
Воскресный полдень. Комната гола.
В ней только стул. Ваш стул переживет
И еще раз — в одном довлатовском эссе: «Юмор... — не цель, а средство, и более того — инструмент познания жизни: если ты исследуешь какое-то явление, то найди — что в нем смешного, и явление раскроется тебе во всей полноте» [48].
Что это значит, чуть подробнее объяснено в записных книжках: «Юмор — инверсия жизни. Лучше так: юмор — инверсия здравого смысла. Улыбка разума» (5, 89).
