Она одарила Кляйнерта последней улыбкой и направилась к выходу. Взялась за ручку двери, и ее нежность превратилась в гнев, а любовь – в ненависть. Она задумалась о жене Кляйнерта, его детях, его упорядоченной семейной жизни, и ее затошнило от переизбытка посредственности
