Ещё не все описаны года

В моих стихах, моих воспоминаньях.

О главном забываем, как всегда,

Как забывают люди о страданьях.

Льёт горький пот по детскому лицу,

Копать, пахать, косить. Работа злая.

Беспомощно смотрю в глаза отцу,

Когда идёт он с палочкой, хромая.

Я убегал к природе от работ,

Ромашки укрывали моё тело.

Берёзки те спасали от забот,

И нивы[1] — от колхоза беспредела.

В лесу дремучем я нашёл приют,

В землянке партизаны, видно, жили.

Привёл в порядок и создал уют,

Леса меня кормили и поили.

Здесь нет колхоза и душе приют,

А без работы голодно, но вольно.

Когда поймают, в интернат сдадут,

Ночлег в лесу — пусть страшно, но спокойно.

Я ягоды горстями собирал,

Орехами, грибами объедался.

Но я в лесу был словно генерал,