Отечество. История о войне, семье и совести в нацистской Германии
Қосымшада ыңғайлырақҚосымшаны жүктеуге арналған QRRuStore · Samsung Galaxy Store
Huawei AppGallery · Xiaomi GetApps

Кітаптан алынған дәйексөздер  Отечество. История о войне, семье и совести в нацистской Германии

Александра И.
Александра И.дәйексөз келтірді1 жыл бұрын
«Люди не хотят слышать о виновности, о прошлом, их не заботит мировая история. Они хотят просто перестать страдать, хотят выкарабкаться из нищеты, хотят жить, а не размышлять»
9 Ұнайды
Комментарий жазу
Наталия С.
Наталия С.дәйексөз келтірді1 жыл бұрын
Чтобы выжить, людям приходилось играть сразу несколько ролей — добропорядочных нацистов и тайных франкофилов, борцов сопротивления и коллаборантов. На улице они выкрикивали «Хайль Гитлер!», потом спешили домой, чтобы послушать Шарля де Голля по коротковолновому радио. На парадном крыльце они вывешивали флаги со свастикой, а в подвале — французский триколор. В каждой стране есть две страны, как говорил Милтон Майер, но в Эльзасе под этими двумя странами лежала еще одна — не Франция и не Германия, а некое сложное переплетение их обеих
3 Ұнайды
Комментарий жазу
Николов Анатолий
Николов Анатолийдәйексөз келтірді1 ай бұрын
Люди не хотят слышать о виновности, о прошлом, их не заботит мировая история. Они хотят просто перестать страдать, хотят выкарабкаться из нищеты, хотят жить, а не размышлять»[
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Екатерина
Екатеринадәйексөз келтірді3 ай бұрын
Когда немцы отказались прощать непосильные долги греческого правительства и временно закрыли границы для сирийских беженцев, когда Volkswagen поймали на махинациях с вредными выбросами, все это воспринималось не просто как бессердечность, а как своеобразные окна, в которых видно было душу страны
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Екатерина
Екатеринадәйексөз келтірді3 ай бұрын
Казалось, если ты немец, значит, всегда отчасти фашист
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Екатерина
Екатеринадәйексөз келтірді3 ай бұрын
Но то было время ярости и скорых расправ: справедливость сложно было отличить от самооправдания, а невиновность, казалось, давала право на месть
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Олли М
Олли Мдәйексөз келтірді8 ай бұрын
Я не мог просто осуждать их как бы со стороны, — сказал Герхард. — Не мне судить. Я не знаю, как бы я сам отреагировал в такой ситуации. Я мог лишь понять для себя, что что-то произошло, и это был ужас».
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Олли М
Олли Мдәйексөз келтірді8 ай бұрын
встал, достал со стоявшего за диваном стеллажа тоненькую коричневую книжку и протянул мне. «Есть вещи, которые мне нужно исправить, чтобы обрести внутренний покой, — сказал он. — Вещи, которые не даются легко. А для этого нужна философия». Книжкой оказался «Вопрос о виновности» Карла Ясперса.
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Олли М
Олли Мдәйексөз келтірді8 ай бұрын
«Мне всегда было интересно, откуда я взялся, — сказал он. — Я был нервным. Хаос чувств. Я плохо справлялся со стрессом, и силы воли у меня не хватало. Так что пришлось как-то структурировать сознание. А для этого надо было в нем сначала разобраться. В какой-то момент я начал соображать, что помочь мне в этом может литература».
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Олли М
Олли Мдәйексөз келтірді8 ай бұрын
руде: осенью по ночам нужно было таскать на себе собранный урожай, летом пахать босиком поля. Лошадь так часто наступала ей на ногу, что один палец у нее на всю жизнь остался больше других. Потом она рассказывала о мрачных тайнах войны. Ее дядя Франц-Йозеф был водителем фельдмаршала Паулюса в Сталинграде и, насмотревшись на все , что творили там немцы, вернулся душевно сломленным человеком. Брат Франца-Йозефа Оскар, тоже воевавший в России, отказывался ему верить. Была еще соседская девочка Амалия — милая и яркая, но не совсем в себе. Во время войны ее отправили в психбольницу, через две недели прислали обратно — в виде пепла в коробке.
1 Ұнайды
Комментарий жазу