Дмитрий Ивницкий

Внедрение по легенде

Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»

© Дмитрий Ивницкий, 2017

Лейтенант милиции Фёдоров Денис оформляется (под легендой) работать заготовителем на крупнейший мясокомбинат соседней области. Ему дано задание — установить преступные методы создания излишков мяса, обналичивания денежных средств, а также выявление лиц, причастных к совершению данного преступления. Здесь он пересечётся с военным преступником, предававшим советских людей в годы Великой Отечественной войны. В этом городе Денис встретит девушку, любовь к которой пронесёт через всю жизнь…

18+

ISBN 978-5-4485-5627-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оглавление

1. Внедрение по легенде
2. Пролог
3. Глава первая
4. Глава вторая
5. Глава третья
6. Глава четвёртая
7. Глава пятая
8. Глава шестая
9. Глава седьмая
10. Глава восьмая
11. Глава девятая
12. Глава десятая
13. Глава одиннадцатая
14. Глава двенадцатая
15. Глава тринадцатая
16. Глава четырнадцатая
17. Глава пятнадцатая
18. Глава шестнадцатая
19. Глава семнадцатая
20. Глава восемнадцатая
21. Эпилог

Все персонажи этого повествования, их имена, названия организаций и их местоположение, обстоятельства сюжета являются художественным вымыслом автора и не имеют прообразов в реальности. Любые возможные совпадения являются случайными.

Пролог

Совещание затягивалось. Генерал посмотрел в сторону окна, где уже сгущались сумерки. «И сегодня не удалось вовремя вырваться с работы. Лена уже дважды звонила, просила прийти домой пораньше, сетовала, что по-видимому вновь не сможем съездить к Веронике» — вздохнув, с печалью в душе, подумал он. Вот уже две недели, как их дочь Вероника родила им внука, и живёт за двести километров от них, а вот съездить к ним никак не удаётся.

Начальник областного УВД, сожалеющее вздохнул, и вновь обратил внимание на полковника Нестерова, своего заместителя по тылу. Тот, как обычно отчитывался последним из замов. Выслушав его о результатах обеспечения личного состава райотделов форменной одеждой, он поднялся из-за стола.

— На сегодня все вопросы рассмотрели, можете, товарищи офицеры быть свободными! — и подошёл к начальнику управления БХСС и его заместителю. — А, вас, Борис Петрович и Иван Григорьевич, попрошу задержаться.

Когда дверь, за вышедшими офицерами закрылась, генерал Борисенко вернулся к столу и сел на своё место.

— На следующей неделе мы начинаем операцию «Заготовитель», Борис Петрович, как обстоят дела на сегодняшний день в подготовке проведения оперативных мероприятий по внедрению нашего сотрудника на мясокомбинат?

— Александр Иванович, как я и Максимов вам уже докладывали, наши коллеги из соседней области направляют к нам оперуполномоченного нашей службы, молодого, способного лейтенанта Фёдорова. Он, как вы нам и советовали подобрать, земляк первого секретаря райкома партии Смоленского. По легенде Фёдоров его родственник и будет устраиваться по его рекомендации.

— Не всполошатся фигуранты, которых мы будем разрабатывать, раньше времени?

— Мы это учли, товарищ генерал, директор этого предприятия — пенсионного возраста, а мы до внедрения нашего сотрудника, через наших людей запустим слух среди рабочих мясокомбината, что первый секретарь хочет, чтобы его родственник набрался немного опыта, а затем назначить его директором.

— Но это сразу настроит против лейтенанта ныне работающего директора и ему будет сложно проводить оперативные комбинации в такой обстановке! — возразил генерал.

— Мы и это учли, лейтенант будет проинструктирован, чтобы он сразу дал понять директору, что на его место не стремится, и всячески будет показывать, что ему нравится, как тот работает. Кроме этого, Фёдоров, от случая к случаю, будет в беседе с ним рассказывать, что не раз хвалил его методы работы Смоленскому. Вероятнее всего, они изучат поведение своего нового заготовителя, а затем начнут постепенно втягивать в свои махинации.

Генерал встал, подошёл к окну, посмотрел на освещённую уличными фонарями улицу и, повернувшись, спросил:

— Мы направляем парня на очень опасное задание, как будем его прикрывать?

— Вновь назначенный начальник райотдела майор Сидоренко уже определил надёжных сотрудников из всех служб, они конечно о нашем сотруднике ничего знать не будут, но по мере надобности будут задействованы для его прикрытия. Связь с Фёдоровым будет производить старший лейтенант Борисов. Он также переведён из другого райотдела на должность начальника отделения БХСС. К тому же он учился в институте на одном курсе с Фёдоровым. Они друзья, и жили в одной комнате общежития. Правда парни пока не знают об их предстоящей встрече и совместной работе. Мы решили, будет лучше, если они узнают об этом во время инструктажа, перед внедрением, — доложил Королёв.

— О внедрении нашего сотрудника на предприятие, где совершаются крупнейшие замаскированные хищения, я доложил в министерстве, там одобрили наш план, но просили принять все меры в его безопасности. Как мне там сообщили, за прошедшие месяцы этого года погибло три сотрудника, внедрённых в преступные группировки, не смогли уберечь ребят. Поэтому перед нами стоит задача, не только определить методы совершения хищений мясной продукции и установления документации, по которой будем доказывать преступную деятельность фигурантов, но и самое главное обезопасить жизнь нашего парня. О проведении операции будете мне докладывать ежедневно! — потребовал начальник УВД.

— Есть, товарищ генерал! — произнёс полковник Королёв.

— Мы, товарищ генерал, учли всё, чтобы обезопасить работу нашего сотрудника! — добавил его заместитель Максимов.

Генерал встал и, пожав им на прощание руки, пожелал:

— Тогда, товарищи офицеры, как говорится — в добрый путь!..

Глава первая

Перед тем как скрыться от своих хозяев, Макарчук Григорий больше семи месяцев находился в Вологде. В этот город он был заброшен после шести месячного пребывания в специальной разведывательной школе Абвера. На обучение его направил начальник Абвер-команды сто четыре подполковник Ганс Шнайдер, имеющий кличку Шиммель, по рекомендации своего приятеля — заместителя начальника гестапо города Гродно Эриха Шота, когда на его лучшего агента начали охоту партизаны Белоруссии.

В составе других курсантов Григорий изучал структуру советских вооруженных сил, знаки различия личного состава, основы топографии, картографию и ориентацию с компасом и картой; определение по памяти места своего нахождения, стрелковое дело и тактику. Он осознанно много внимания уделял занятиям по отработке приёмов рукопашного боя.

Макарчук изучал методику сбора разведывательной информации. В качестве основных способов сбора ему и другим курсантам рекомендовали личное наблюдение, зашифрованный опрос знающих лиц, подслушивание разговоров, спаивание военнослужащих. Получение интересующих сведений через женщин, имеющих связи с военнослужащими и лицами руководящего звена. В курс обучения агентуры входила тактика перехода линии фронта, поведение в советском тылу, как вести себя при задержании, на допросах и в местах заключения.

Кроме этого, он изучил радиодело, умение работать ключом рации на слух, как правильно вступать в сеанс радиосвязи с Центром, виды шифрования текста и дешифровки полученных сообщений. За время пребывания в школе он научился виртуозно принимать и отправлять без ошибок до ста знаков азбуки Морзе в минуту.

Перед переброской Макарчука доставили в посёлок Стремутка, Псковской области, где находился разведывательно-диверсионный центр немецких войск «Цеппелин». С ним встретился начальник Абвер-команды. Он предварительно изучил отзывы преподавателей о курсанте. Затем побеседовал с агентом и сообщил ему, что у него сложилось хорошее впечатление о нём, как и охарактеризовал его Эрих Шот. Подполковник Шиммель поставил перед Макарчуком, а он и здесь числился под псевдонимом «Бухгалтер», задачу и проинструктировал его.

На аэродроме Пскова агента провожал обер-лейтенант Фогель. Он назвал ему пароль «Флорида» для возвращения после выполнения задания в место дислокации школы. Самолёт доставил «Бухгалтера» в точно назначенное место, где он был сброшен в лесу недалеко от города Сокол. Григорий спрятал парашют в одном месте, а рацию в другом. Затем, по указанным ему Шиммелём приметам, нашёл тайник, где взял для себя надёжные подлинные документы на фамилию Воропаев. Они заранее были положены туда глубоко законспирированным немецким разведчиком. В их числе были справка о медицинском освидетельствовании и прохождении военно-врачебной комиссии из эвакогоспиталя, расквартированного в Вологодской области, и удостоверение об освобождении его по тяжёлому ранению. По легенде он до войны проживал в Харькове, где у него погибла семья во время бомбёжек. После того, как его комиссовали, ехать ему было некуда, поэтому устроился работать истопником в баню. Когда он остался в прифронтовом городе, проверку по нему, как и предполагалось, провели поверхностно.

В его задачу входил сбор информации о передвижениях военных эшелонов и грузов Красной Армии. Особое внимание разведчик должен был уделять установлению резервов живой силы и техники красных, перебрасываемых к линии фронта, устанавливать место нахождения различных армейских складов, баз и аэродромов. Именно через Вологду шла одна из главных железнодорожных магистралей, обеспечивающих до тридцати процентов нужд Карельского, Ленинградского и Волховского фронтов. Вологодчина являлась важнейшим тыловым стратегическим пунктом, здесь были оборудованы огромные склады боеприпасов, обмундирования, продовольствия. Макарчук оказался способным разведчиком. Все добытые сведения он шифровал и вкладывал в тайник. За весь период нахождения на территории красных он только два раза передал сам по рации ценные сведения о противнике.

Но последние месяцы он начал регулярно слушать фронтовые сводки Советского Информбюро. Собирая сведения для Абвера, он видел, какая мощь накапливалась у Красной Армии. Всё чаще стал задумываться о том, какая его ждёт расплата за совершённые военные преступления, в июне тысяча девятьсот сорок четвёртого года принял решение скрыться от немцев. Макарчук уже не надеялся на их победу и знал, что Красная Армия дойдёт до Берлина. Пришло к нему понимание, что если он выживет в этой войне и попадёт к американцам или англичанам, они также будут использовать его в качестве агента разведывательных служб против СССР, а это значит — снова рисковать жизнью, постоянно бояться разоблачения. А как верил в победу Германских войск, когда они напали на Советский Союз и стремительно продвигались к Москве!.. Он добровольно перешёл на сторону армии Вермахта. Ведь иначе и быть не могло.

Его семья имела богатый хутор в Житомирской области. На хуторе работали постоянно три батрака, а на сезон уборки и до десяти человек. В тысяча девятьсот тридцатом году, когда Григорию было девять лет их семью «раскулачили» и сослали в Сибирь. Его отец был очень деятельным человеком, даже в такой обстановке он втёрся в доверие к начальнику эшелона. На период движения он был назначен старостой вагона, поэтому их семья не испытывала больших страданий во время пути. Это помогло им поселиться в Красноярске, Ефим Макарчук устроился работать на железной дороге. В тридцать третьем году он нашел работу на Красноярском машиностроительном заводе, сначала чернорабочим, а через некоторое время был назначен кладовщиком склада готовой продукции. Заводом выпускалось оборудование для золотодобывающей и нефтедобывающей промышленностей, а также катера и баржи. На этой работе, изворачиваясь, стал активистом, был на хорошем счету у руководства завода. Но дома это был другой человек, ненавидевший Советскую власть и большевиков. В кругу семьи постоянно сетовал о прошлом и потерянном имуществе. Ненависть к «Советам» и коммунистам передалась и сыну.

По изворотливости Григорий пошел в отца. Обучаясь в школе, он скрыл, что их семью раскулачили. Стал пионером, а в девятом классе вступил в комсомол, да еще считался активистом. На эти действия его наставлял отец. В тридцать седьмом году закончил десять классов. Учеба в школе ему давалась легко, поэтому в «аттестате зрелости» были только хорошие отметки по всем дисциплинам. По совету родителей окончил двухгодичные бухгалтерские курсы и поработал три месяца в бухгалтерии машиностроительного завода до призыва в Красную Армию. Полученная специальность помогла ему попасть в интендантский взвод, а затем его направили на годичные курсы интендантов. Окончив обучение перед самой войной и получив звание техник интендант второго ранга, что соответствовало общевойсковому званию лейтенанта, он был направлен в двадцать девятую танковую дивизию, входившую в состав одиннадцатого механизированного корпуса Третьей армии Западного особого военного округа. Дивизия дислоцировалась в Гродно. Его назначили помощником начальника склада горюче-смазочных материалов пятьдесят девятого танкового полка, расположенного в западном городке. Укомплектованность дивизии боевой техникой и вооружением была очень низкая. Макарчук наблюдал, что в войсках не все слаженно. Полки не были обеспечены необходимым боекомплектом. Не было указания доставить к войскам необходимое количество горюче смазочных материалов. Ему было понятно, что в высшем составе командования войск имеются командиры, умышленно саботирующие обеспечение войск всем необходимым для ведения боевых действий на отражение противника, в случае его нападения.

Польшу оккупировали немецкие войска и сосредоточились на границе с Советским Союзом. В войсках поговаривали о надвигающей войне, Всем было известно, война близка, она неизбежна. Но были запрещены мероприятия по приведению войск в боевую готовность. А еще больше была усыплена бдительность. Однако Макарчук ждал, надеясь, что Германия приступит к боевым действиям против Советов и начнет освобождение страны от большевизма. Как и советовал ему отец, он был готов сразу перейти на сторону немцев, вместе с ними участвовать в «освободительном» движении. Он жил недалеко от военного городка. Снимал квартиру, как узнал впоследствии, у бывшего купца Зинкевич Маркела Антоновича. У них были одинаковые взгляды, тот также ненавидел коммунистов и Советскую власть. Постепенно они сошлись на этой «почве», не раз обговаривали, как поступить в случае войны.

Накануне войны, то есть в субботу, 21 июня 1941 года, часть командиров была отпущена в город к семьям. Григорий пошел в Дом офицеров. Вернулся домой поздно и лег спать. Проснулся от страшных взрывов. Он выскочил во двор, откуда увидел большое количество бомбардировщиков бомбивших вокзал и военные городки. Взглянул на часы, было четыре часа пять минут утра.

— Это война, — подумал он. — Наконец-то! А что теперь делать мне? Вдруг красные отобьются? Необходимо явиться в полк, узнать точную обстановку, а затем принимать решение о дальнейших действиях.

Наспех оделся и побежал в расположение полка. На склад он не решился идти, так как боялся попасть под бомбёжку. Пошёл к штабу, куда прибывали командиры батальонов и другой начальствующий состав. Зайдя в помещение штаба, он прошёл в коридор и стал ждать дальнейшего решения командования. В шестом часу прибыл из дивизии командир полка майор Егоров. Он собрал командиров у себя в кабинете. Макарчук зашёл в «приемную», дверь в кабинет была открыта, Интендант слышал, как командир полка приказал поднять часть по боевой тревоге и в рассредоточенной колонне в боевой готовности двигаться по маршруту: Барановичи, Богатыри, Голынка и далее на запад. При встрече с противником, во взаимодействии с пятьдесят седьмым танковым полком и частями четвёртого стрелкового корпуса, уничтожить прорвавшегося противника. Границу не переходить. Командиры в спешке начали расходиться по своим подразделениям. Помощник командира полка по снабжению, интендант третьего ранга Рябиченко, выходя из кабинета, увидев в приемной Григория, возмутился:

— Ты почему здесь, а не на складе ГСМ? Где начальник склада Переверзев?

— Я был на складе, но Переверзева там нет, решил узнать в штабе о дальнейших действиях.

— Приказываю! В цистерны пяти бензовозов залить горючее для танков и двигаться за колонной на расстоянии пятисот метров в район рассредоточения. Командование возлагаю на тебя.

Прибыв на склад, интендант второго ранга отдал приказ залить горючее в цистерны бензовозов. К этому времени батальоны наспех сделали боевую укладку и под воздушными бомбежками пятьдесят девятый танковый полк, насчитывающий более пятидесяти танков, выступил по дороге к Сопоцкину. Бензовозы двинулись за колонной танков на удаленном расстоянии. Во время движения Григорий находился в кабине головного автомобиля, под управлением водителя Дворникова Николая. С вражеской пехотой и бронетранспортерами батальоны полка встретились в одиннадцать часов, на полпути движения к границе. Танки с ходу вступили с ними в бой. Он шел с переменным успехом. То полк отбрасывал немцев на несколько километров. То они вновь контратаковали и вынуждали батальоны полка отходить, оставляя горящие танки.

— Остановись! — приказал Макарчук водителю.

Выскочив из кабины, он побежал вдоль колонны, крича на ходу:

— Всем свернуть с дороги и двигаться к лесу!

Бензовозы съехали с дороги и остановились возле соснового леса. Водители наблюдали бой со стороны. Полк снова отбросил немцев на несколько километров. В воздухе появились немецкие бомбардировщики и сбросили бомбы на танки. Около десятка самолетов начали пикировать на бензовозы и бомбить. Григорий и водитель Дворников отбежали от автомобилей и залегли в небольшом овражке. На их глазах от прямых попаданий бомб все бензовозы взлетели на воздух. На месте их стоянки все было в огне. Огонь подбирался к ним. Кроме них все водители погибли. Выскочив из укрытия, они увидели как после бомбежки и артобстрела оставшиеся танки их полка стали пятиться, оставляя на холмах горящие машины и отходить в сторону Гродно.

Углубившись в лес и двигаясь в сторону города, Григорий размышлял: «Необходимо выбрать момент, чтобы уйти к немцам. Но как узнать время перехода? Ведь сгоряча, могут и пристрелить. Что делать с Дворниковым?»

Он, не сбавляя шага, обернулся к подчинённому:

— Николай, ты видел какая сила у немцев!

— Да, техники у них много, да и солдаты откормленные на европейских харчах. Но у нас тоже имеется чем их бить! Их преимущество в том, что они напали неожиданно.

— Хочу услышать твоё мнение: что нам предпринять далее?

— Двигаться к Гродно, там находятся наши войска! Я в плен не пойду! Лучше смерть!

— Ты, комсомолец?

— Да, вступил на заводе. Даже был комсоргом в автотракторном парке.

— Будем двигаться в Гродно, — произнёс Макарчук, а сам подумал: «Мне с ним не по пути. Но пока ничего предпринимать не буду. В городе легче затеряться».

Первоначально они шли по лесу, прислушиваясь к взрывам и канонаде. Затем вышли на лесную дорогу и пошли по ней. Услышав гул автомобиля, забежали в придорожные кусты, где притаившись наблюдали за дорогой. Показалась полуторка с красноармейцами. Выбежав на дорогу, интендант крича начал махать рукой:

— Остановитесь! Возьмите нас с собою!

Дворников вслед за ним выскочил из кустов. Автомашина остановилась, из кабины выскочил лейтенант с забинтованной головой, направив пистолет на них.

— Я пограничник, лейтенант Дорошенко! Кто вы такие? Предъявите документы!

С кузова спрыгнули два красноармейца, встав у них за спиной. Интендант передал лейтенанту свои и солдата документы.

— Мы из двадцать девятой танковой дивизии! Наш полк с боем отступил в сторону Гродно. Я, интендант второго ранга, по приказу командования полка вёл колонну автоцистерн с горюче-смазочными материалами. Их полностью уничтожили вражеские самолеты в период боя наших танков с немецкими войсками. Из личного состава в живых остались только мы вдвоем. Если вы двигаетесь в сторону Гродно, прошу принять нас под своё командование.

— Хорошо, садитесь на кузов! По приезду в Гродно разберёмся с вами, — ответил Дорошенко и приказал водителю: — Продолжить движение!

Когда выехали из леса и съехали на проселочную дорогу, увидели в небе барражирующие вражеские самолеты. Водитель прибавил газу. Он выжимал из двигателя, сколько мог и гнал полуторку, не снижая скорости даже на ухабах. Через час они уже въезжали на окраину города. Время было за полночь. В Гродно никаких войск и никого из командования не оказалось. Подъехав к складам, они увидели пожилого мужчину грузившего в тачку разбросанные на земле ящики с продовольствием. Больше вокруг никого не было. Григорий, узнав в нём хозяина своей квартиры, подошёл к нему:

— Что, склады никто не охраняет?

— Три часа назад сюда прибыли танки, как я узнал, остатки вашего пятьдесят девятого танкового полка. Заправившись горючим, боеприпасами и продовольствием, двинулись вслед за отступавшими частями, как мне послышалось, на Лиду. Но один командир сказал мне, что через несколько дней они вернуться, — ответил Зинкевич.

— Я решил двигаться дальше на Лиду, — сообщил лейтенант, обращаясь к Макарчук. — Вы с нами?

— Нет! Буду здесь ждать возвращения своих.

Как только Дорошенко сел в кабину, а солдаты погрузились в кузов грузовика, Макарчук подошёл к своему подчинённому.

— Дворников! Ты уезжай с ними, а мне необходимо остаться, так как я отвечаю за сохранность складов! — и тут же у него мелькнула мысль: «Вот и появился повод от всех избавиться, остаться в Гродно и ждать прихода германских войск».

Когда грузовик с пограничниками уехал и они остались вдвоём, Макарчук помог Зинкевичу дотащить тачку и выгрузить продукты в его дом. В своей комнате он переоделся в гражданскую одежду и положил пистолет во внутренний карман пиджака. Снятое обмундирование занёс в комнату хозяина.

— Маркел Антонович, вы можете надёжно спрятать моё обмундирование? — +попросил он его.

— Я пока спрячу твою форму, а потом её необходимо сжечь. Слушай, Гриша! Что ты предпримешь далее?

— Отсижусь несколько дней, а как установится новая власть, пойду, предложу свои услуги в борьбе с коммунистическим режимом. Раньше опасаюсь выходить, так как любой солдат наступающих войск может пристрелить, не разобравшись.

— Я также пойду служить немцам. Как ты думаешь, они вернут мне моё имущество, отнятое коммунистами?

— Предполагаю, что должны вернуть!

Он подошел к окну и слегка отодвинув штору, выглянул на улицу. Она была пустынна. Город притаился и ждал. Но на окраинах Гродно ещё велись бои. Оттуда слышались выстрелы и взрывы, были видны зарева пожаров.

«Хорошо, что я вовремя отстал от красных, а то лежал бы сейчас в поле с пробитой головой. Мне за них кровь проливать нет надобности», — подумал Макарчук.

От мыслей его оторвал голос Зинкевича:

— Григорий, у меня под домом имеется тайник, где мы можем спрятаться и отсидеться. Я его создал ещё в четырнадцатом году, перед приходом немцев в Гродно, а они начали с грабежей. Ты помоги мне снести туда самое ценное и продукты питания. В тайном подвале мы будем в безопасности, даже если дом будет гореть. Из подвала у меня имеется замаскированный выход наружу.

— Ты, Маркел Антонович, неплохо подготовился к непредвиденным обстоятельствам! А не боишься меня?

— Не боюсь! Мы теперь с тобой одной верёвочкой повязаны и держаться должны друг друга. Так легче выжить.

Почти до утра они переносили вещи и продукты в подвал, который оказался очень просторным. Поставили две кровати с постельными принадлежностями. Когда Зинкевич запер на засовы квартиру, замаскировал и закрыл все входы в тайник, они легли спать. В подвал не доносились выстрелы и взрывы. На некоторое время они отрешились от внешнего мира. Здесь не было крови и смертей…

…А наружный мир был наполнен смертью. На Советскую землю пришел страшный, безжалостный враг. Гусеницы танков и сапоги вражеского солдата бесчеловечно топтали мирную жизнь людей. Зомбированные Гитлером и его соратниками солдаты Вермахта заливали кровью города и села. Но честный Советский народ вставал грудью против врага. Солдаты Красной Армии с первых дней начала войны смело вставали на пути неприятеля. Ценой своей жизни отважно пытались сдерживать натиск вооруженного до зубов противника.

Советские войска покинули Гродно. Командование третьей армии оставило для прикрытия бойцов шестьдесят восьмого Гродненского укрепрайона в дотах и дзотах. Стремясь ликвидировать эти очаги сопротивления, немцы неоднократно наносили бомбовые удары с воздуха, подвергали долговременные огневые сооружения массированным обстрелам артиллерии и минометов, атаковали пехотой при поддержке танков. Но ничто не могло поколебать защитников железобетонных крепостей. Мужественно и стойко сражались они с врагом. Гарнизоны дотов оказывали врагу ожесточенное сопротивление, сковывая его значительные силы. По всей линии обороны фашистов встречал сильный артиллерийско-пулеметный огонь героических крепостей. Лишенные поддержки своих полевых войск, окруженные врагом, гарнизоны дотов вскоре стали ощущать острую нехватку боеприпасов, продовольствия, воды. За ними воины пробирались к ротным складам под сильным огнем противника, что вызывало лишние потери личного состава. Но вскоре немцы обнаружили местонахождение этих складов и подорвали их, значительно ухудшив положение обороняющихся советских воинов. От попаданий бомб и снарядов замолкали капониры, доты уже не были в состоянии прикрыть огнем друг друга. Воспользовавшись этим, вражеские саперы пробирались к железобетонным крепостям и забрасывали их связками гранат, пускали в ход огнеметы, через вентиляционные шахты травили гарнизоны газами. Все больше и больше умолкало дотов, но борьба уцелевших продолжалась. Люди теряли сознание, из ушей текла кровь, воздух сотрясали прямые попадания немецких снарядов, но гарнизоны держались и надеялись на скорую помощь подразделений Третьей армии. Из подземелий глухо доносилось пение. Безымянные солдаты из «безымянных мавзолеев» пели «Интернационал», «Варяг» и «Катюшу». Герои уходили из жизни несломленными…

Бойцы двести тринадцатого стрелкового полка прикрывали отход отступающей армии в недостроенных дотах под Сопоцкином, без пулеметных взводов, с легкими танками разведывательного батальона. В боях горючее закончилось. Танкисты закопали свои машины в землю и вели бой, пока не кончились боеприпасы. Они держались в непрерывных боях два дня с двадцать второго июня, теряли боевых товарищей, друзей. Но держались и надеялись…

Однако каждый погибший солдат, ценой своей жизни, самоотверженно, защищая Родину, внес частицу в общее дело по разгрому фашистских полчищ. С каждым шагом, с каждым километром враг терял свои силы, как человеческие, так и технические ресурсы.

Но имелись нелюди, предавшие свою Родину и сотрудничающие с оккупантами в годы Второй мировой войны. Большие человеческие жертвы, страдания и разрушения, принесли полицаи и каратели. К предательству, к изменникам Родины, выступивших с оружием в руках на стороне фашистов, гитлеровской Германии, присягнувших на верность Адольфу Гитлеру, отношение советских людей было однозначным — ненависть и презрение.

Глава вторая

В этот день, как обычно Федоров Денис вышел из дома в семь часов утра и направился в районный отдел внутренних дел. Была середина мая. Он любил это время, когда еще не наступила летняя изнуряющая жара, а вся окружающая природа благоухала своей зеленью и цветением. До здания милиции было десять минут ходьбы. Вот уже год он работает в должности оперуполномоченного ОБХСС.

О службе в милиции Денис никогда не думал, все произошло случайно. Окончив сельскохозяйственный институт по специальности инженер-механик, он был направлен работать в транспортное предприятие механиком, где проработал более трех лет. И вот на прежней работе как-то не сложилось. Стало больше нареканий от главного инженера. Он постоянно, в нарушение требований, приказывал производить выпуск неисправного транспорта на линию, в том числе и автобусов. И вот после очередного скандала, уведомив руководство предприятия, Денис направился искать работу по специальности в других организациях города.

Первоначально Федоров пошёл в одно из строительных предприятий, где требовался специалист с техническим образованием. Первым, кого он встретил на проходной, был заместитель по политической части районной милиции Воронов. Они были знакомы с ним довольно давно. Денис был ответственным за дежурство общественной дружины от предприятия в городе. Воронов проводил инструктажи и зачитывал «ориентировки» дружинникам, заступающим на дежурство, по преступникам, находящихся в розыске.

— Ну что не решил перейти работать в правоохранительные органы? В РОВД имеется вакантная должность оперуполномоченного ОБХСС, — обратился к нему Виктор Петрович, пожимая руку.

Он и ранее неоднократно приглашал его на работу в милицию. В этот раз Денис сразу заинтересовался предложением:

— Я согласен перейти работать в милицию на эту должность. Что требуется мне предпринять?

— А ты приходи завтра ко мне на работу, я расскажу тебе порядок поступления в правоохранительные органы, а сегодня по этому вопросу поговорю с начальником РОВД. На следующий день Фёдоров прибыл в милицию. Замполит Воронов пригласил его в кабинет начальника РОВД Коваленко. Василий Петрович побеседовал с Денисом и дал согласие принять его на службу в должности оперуполномоченного ОБХСС. Оформление прошло быстро и без препятствий.

В отделе борьбы с хищениями социалистической собственности, на этот период было два сотрудника: старший оперуполномоченный Васильев Николай, перешедший на данную должность полгода назад из розыска, и Мухин Валерий, находившийся более трех месяцев на первоначальном обучении в Харькове. Поэтому Федоров сразу окунулся в работу. Уже на второй день службы ему начали передавать заявления граждан и материалы для проверки фактов, правонарушений, указанных в них. С помощью Васильева начал постигать и оперативно-розыскную деятельность.

За год работы в должности оперуполномоченного ОБХСС, имея небольшой опыт, Федоров Денис уже раскрыл три «замаскированных» преступления и выявил ряд правонарушений.

Когда Денис проходил мимо дежурной части РОВД, услышал голос дежурного Левичева:

— Федоров, зайди к начальнику РОВД!

Денис поднялся на второй этаж, постучав, открыл дверь кабинета начальника.

— Товарищ майор, разрешите войти!

Василий Петрович кивнул головой. Как только Денис зашел в кабинет, начальник сразу начал разговор по существу:

— Денис Иванович! Вчера звонили из областного УВД, приказали вам выехать в областной центр и явиться к начальнику управления борьбы с хищениями социалистической собственности. По какому вопросу вызывают, не знаю. В девять часов от автостанции отправляется рейсовый автобус. Вы на него еще успеете. Переодеваться в милицейскую форму не нужно, отправляйтесь в гражданской одежде. Дежурный автомобиль довезет до автостанции.

До областного центра расстояние было сто пятьдесят километров, и все время движения автобуса, составившее два с половиной часа, Дениса не покидала мысль: «Зачем вызывают? Нарушений по службе у меня нет. Имеются благодарности от руководства РОВД. Может, сообщат о направлении на первоначальное обучение? Однако об этом могли известить начальника».

Так, терзаемый мыслями Денис прибыл на автостанцию областного центра, вышел на остановку, где сел в троллейбус. Проезд в общественном транспорте у него был бесплатный, по предъявлению удостоверения. Однако по привычке купил билет и прокомпостировал его. При выходе из троллейбуса на остановке «Почтам», расположенной недалеко от здания областного УВД, он машинально подал билет в руки одного из контролёров, проверяющих наличие билетов у пассажиров, и пошел на выход. Не успел Денис выйти из троллейбуса, как один из контролёров, мужчина, взял его за руку, выше локтя и потребовал билет. Контролеров было три человека — один мужчина и две женщины. Они вывели Дениса из троллейбуса на остановку, предъявили удостоверения и вновь потребовали билет на проезд. Дениса возмутила их наглость.

— Я покупал билет и когда выходил из троллейбуса, передал его вам в руки! — и указал на контролера мужчину. На что тот произнёс на повышенном тоне:

— Билет ты мне не предъявил, поэтому плати штраф три рубля!

То же самое начали высказывать и другие контролеры. Вокруг начала собираться толпа людей, падких до развлечений. Денис вначале растерялся. Но когда вспомнил, что у него проезд бесплатный, он предъявил удостоверение оперуполномоченного БХСС и заявил ревизорам:

— Я запомнил номер билета! Он находится сейчас в кармане мужчины! Вы все трое пройдете со мной в отделение милиции, для выяснения факта вымогательства взятки, — и обратился к окружающим гражданам: — Желающие могут пойти с нами в райотдел.

Граждан, желающих дать свидетельские показания, не нашлось, и они разошлись. Ревизоры начали извиняться перед Фёдоровым. Он понимал, что доказать вымогательство взятки невозможно. Чтобы проучить «прохиндеев» Денис продолжил «спектакль» переписав их фамилии, и уведомив, что сообщит о данном факте их руководству по месту работы.

«Что–то вызов в УВД начинается с приключений», — подумал Денис.

Неожиданное происшествие заняло около двадцати минут, поэтому он поспешно направился в областное УВД. Войдя в здание управления, Денис подошёл к дежурному сержанту, предъявил свое служебное удостоверение и попросил сообщить в УБХСС о его прибытии. Начальника на месте не было, и Федорова принял его заместитель, подполковник милиции Соболев. За год работы в милиции Денис встречался с Алексеем Максимовичем неоднократно. Первый раз — во время представления руководству управления БХСС, при поступлении в органы МВД. Второй раз — на межрайонном совещании сотрудников службы. Следующие встречи происходили, когда привозил ему на изучение материалы проверки по факту хищения денежных средств заведующим фермой колхоза «Рассвет». Он тогда посодействовал в возбуждении уголовного дела в отношении расхитителя. Оказал грамотную практическую помощь в процессе расследования, а также спас его от «репрессий» со стороны прокурора района. В милицейской среде о нем рассказывали легенды. Имея большой опыт работы, Алексей Максимович требовательно относился к выявлению замаскированных преступлений сотрудниками структурного подразделения. В тоже время его считали справедливым. Он постоянно оказывал сотрудникам практическую помощь в сборе доказательств по вскрытым преступлениям. Защищал сотрудников от необоснованных нападок со стороны властных структур, в чём Денис убедился сам.

Жестом руки, он предложил Денису присесть на один из стульев, стоящих по другую сторону его рабочего стола:

— Я ознакомился с вашим личным делом и рассмотрел результаты работы. У вас имеются задатки оперативника. Проработав только три месяца, вы вскрыли хищение в крупных размерах.

Соболев встал и прошел к сейфу, откуда извлек дело с материалами оперативно-розыскной деятельности, которое Федоров сразу узнал. Полистал его и положил на место.

— Мною вновь изучены собранные предварительные материалы, доказывающие преступную деятельность заведующего фермой Анисимова. Результаты проделанной работы показывают, что вы обладаете оперативной интуицией и можете самостоятельно принимать правильные решения по сбору данных, способствующих раскрытию преступления. Тем более, я узнал вас как «бойца», не стушевавшего перед нападками районного прокурора.

К нам обратились коллеги из соседней области о направлении к ним способного начинающего сотрудника, еще не испытавшего на себе привилегии и не отягченного бюрократией службы БХСС. Кроме этого, сотрудник должен быть родом из вашего района или близлежащих к нему населённых пунктов.

Подполковник подошёл к столу и сел на стул рядом с Денисом.

— Мы предложили вашу кандидатуру. Но в данном случае необходимо ваше согласие, потому что какое-то время придётся работать по «легенде» на предприятии для установления лиц, причастных в совершении преступления и «механизма» хищения.

Не ожидая такого предложения, Федоров был в растерянности.

— Алексей Максимович, я благодарен вам за оценку моей работы! Но у меня нет опыта. Опасаюсь, что не смогу выполнить такое задание.

— Начальник управления Максимов и я рассмотрели ваши возможности, пришли к выводу, что вы с поставленной задачей справитесь. По плану управления с первого июня вас должны были направить на шестимесячное обучение в Каунасскую школу милиции. Начальнику РОВД доложите о направлении вас на первоначальные курсы. Требование на приобретение железнодорожного билета и командировочные выдадут в бухгалтерии УВД. Об этом предварительно мы уведомим его. О вашей истинной командировке имеют сведения лишь начальник УВД, Максимов и я. Больше никто об этом знать не должен.

Соболев достал из ящика стола деньги и ведомость, которые передал Денису.

— Получите командировочные в сумме четыреста рублей и распишитесь за них в ведомости. По выполнению задания представите отчет на имя начальника управления БХСС. Вам необходимо прибыть в управление БХСС УВД соседней области тридцатого мая к десяти часам утра, где получите задание и инструкции по его выполнению.

Денис взял деньги, положил в карман и расписался в ведомости.

— Я приложу все усилия для выполнения задания, чтобы оправдать доверие руководства УВД! Разрешите идти?

Соболев подошел к Федорову и пожал ему руку.

— Иди сынок, и не забывай слова Дзержинского — «у чекиста должны быть холодная голова, горячее сердце и чистые руки»!

Весь путь по возвращению домой Денис размышлял о разговоре в управлении и порученном ему задании. Вспомнил он в подробностях все свои действия по выявлению замаскированного преступления, о котором упоминали в УБХСС. Сбор доказательств в совершении хищения поголовья КРС, свиней и денежных средств заведующим фермой Анисимовым. Сколько нервов стоило ему это уголовное дело. Как его пытались перевести из обвинителя в обвиняемого.

Все началось с обычного рапорта одной из групп, участвующей в проведении очередных профилактических мероприятий по предупреждению, выявлению преступлений и административных правонарушений. Сотрудники милиции между собой называли такие мероприятия «рейдами». После совещания о результатах «рейда» замполит Воронов передал рапорт Денису. В нём было указано, что группой сотрудников милиции остановлена лошадь, запряженная в телегу, на которой житель села Верховье Мокроусов Иван Сергеевич вез месячных поросят, в количестве двух голов. Он пояснил, что купил их за наличный расчет на свинотоварной ферме, расположенной в соседнем селе.

Наутро, следующего дня Фёдоров выехал в село Верховье, где в беседе с Мокроусовым подтвердились данные, что он купил поросят на СТФ села Западное. Заведующий фермой Анисимов взвесил при нем поросят и получил от покупателя деньги в сумме двадцать три рубля и дал расписаться в ведомости. Во второй половине дня Денис прибыл в колхоз «Рассвет». Под предлогом получения данных по падежу сельскохозяйственных животных, осмотрел в бухгалтерии месячные отчеты заведующего фермой. В отчете за март имелась ведомость на продажу поросят за наличный расчет. Анисимов сдал в кассу хозяйства деньги за проданных поросят, в том числе и двадцать три рубля, полученные от Мокроусова.

По прибытию в РОВД лейтенант доложил старшему оперуполномоченному Васильеву и начальнику РОВД Коваленко о результатах проверки, что деньги за проданных поросят оприходованы в кассе и в действиях заведующего фермой отсутствует состав преступления. Казалось бы, надо удовлетвориться — проверка проведена, начальству доложено. Но у него были сомнения, что он все сделал правильно. Интуиция подсказывала, что проверяемое должностное лицо злоупотребляет служебным положением. Возникал вопрос, почему он продает поросят сам, а не в составе комиссии?

На другой день Денис снова выехал в село Верховье и вновь поговорил с Мокроусовым. Тот сообщил дополнительно о приобретении им поросят на данной ферме в предыдущие два года. Назвав месяцы покупки и суммы денег, переданных им заведующему. Указал он и других односельчан, приобретавших поросят. При проведении разведывательных бесед с жителями села, оперативный работник установил ещё покупателей молодняка свиней на ферме села Западное. В результате зашифрованного осмотра бухгалтерских документов в колхозе «Рассвет» за последние три года Фёдоров определил, что часть денежных средств, полученных за поросят от населения Анисимов, в кассу хозяйства не сдал.

На ежедневном совещании он доложил начальнику РОВД о выявленных фактах. Коваленко дал указание составить план мероприятий, а в дальнейшем ежедневно докладывать о результатах работы. К концу следующего дня Денис предоставил начальнику план. Первым пунктом в нём было направление сообщения в районное управление сельского хозяйства о назначении документальной ревизии в колхозе «Рассвет» по движению поголовья свиней, имеющихся в подотчете заведующего СТФ Анисимова за три года. Ознакомившись с планом мероприятий, майор сразу задал вопрос:

— Почему на ранней стадии проверки назначается ревизия?

— Василий Петрович, я предполагаю, что жители других близ лежащих сел также покупали поросят. Особое внимание хочу уделить сёлам, расположенным рядом с железной дорогой, так как в селе Западное имеется остановка для пригородного поезда недалеко от фермы. Проведение ревизии на данном этапе необходимо по двум обстоятельствам. Во-первых, для срочного проведения пересчета поголовья свиней, имеющихся в подотчете заведующего СТФ Анисимова. Во-вторых, будет предлог получить его материальные отчеты за три года. Мне предстоит проехать порядка тридцати семи сел и побеседовать с жителями. Установленные факты покупок поросят на интересующем нас «объекте» будут оперативно проверяться по отчетам. У меня не будет возможности после каждого посещения села зашифровано осматривать в колхозе бухгалтерские документы.

— Сколько дней необходимо для выявления покупателей молодняка свиней, от которых получены наличные денежные средства, но в кассу не сданы? Может к выполнению намеченных мероприятий привлечь и других сотрудник отделения БХСС?

— Планирую посетить все намеченные села за две недели. Затем необходимо проехать по этому маршруту с ревизором. Он должен получить объяснения от интересующих нас покупателей поросят. В итоге, на проведение этих мероприятий необходимо не менее двадцати пяти дней. Сроки проведения ревизии и написания акта будут зависеть от ревизоров.

— Денис Иванович, на выполнение намеченных мероприятий вам предоставляется срок не более полутора месяцев. По результатам проверки принять решение в соответствии с законом.

Денис вложился в предоставленные сроки. Утром следующего дня он пришел в управление сельского хозяйства и зашёл в приемную начальника. Поздоровавшись с секретаршей, поинтересовался у неё:

— Пётр Васильевич на месте? Кто у него?

— Он один в кабинете! — ответила она и нажала кнопку на селекторе: — Пётр Васильевич, к вам на прием работник милиции, Федоров Денис Иванович.

— Пусть войдет! — донесся голос Пархоменко из селектора.

Зайдя в кабинет, лейтенант поздоровался с начальником управления и подал ему предписание. Они были в дружеских отношениях. Часто бывали в одной компании на охоте или рыбалке.

— Пётр Васильевич! Я к тебе по срочному делу! У тебя ревизоры очень заняты? Возникла срочная необходимость провести ревизию в колхозе «Рассвет» по подотчету заведующего фермами СТФ и МТФ села Западное. По нашим данным, он не весь молодняк свиней и КРС приходует по материальным отчетам. Только бухгалтерские документы с его отчетами я заберу в РОВД. Работать с ними ревизоры будут у меня в кабинете.

— Хорошо Денис! Я завтра с утра направлю к тебе Петрову Надежду Павловну и Ратникову Наталью Васильевну. На какой период они тебе нужны?

— Думаю, за месяц управимся.

— По окончании ревизии ты сообщи мне результаты проверки.

— Обязательно сообщу, да и один экземпляр акта ревизии положу тебе на стол!

На второй день, оперуполномоченный БХСС выехал с ревизорами в колхоз «Рассвет», где уведомили председателя и главного бухгалтера о предстоящих мероприятиях. Руководитель хозяйства направил с ними бухгалтера по животноводству. В результате проведения внезапного пересчета поголовья свиней на СТФ выявлено двадцать восемь голов поросят, возрастом больше месяца, не оприходованных по бухгалтерским документам. На молочно-товарной ферме обнаружены излишки в количестве трех голов молодняка КРС.

В дальнейшем он объехал все запланированные села и провел беседы с большинством их жителей. Им установлены пятьсот семьдесят восемь покупателей. За трехлетний период они приобрели на СТФ села Западное восемьсот двадцать шесть голов молодняка свиней и уплатили наличными семь тысяч двести пятьдесят шесть рублей заведующему Анисимовому. Эти деньги он в кассу колхоза «Рассвет» не сдал, а присвоил себе. Кроме этого, были установлены факты продажи с фермы сорока двух голов молодняка крупнорогатого скота, на общую сумму тысяча триста семьдесят рублей. Данная сумма денег в кассу хозяйства им не сдана.

Проверка показала, что он в течение трех лет, создавал излишки молодняка свиней, путем неоприходования новорожденных поросят. Излишки поголовья крупнорогатого скота создавались путем внесения в журнал «учета осеменения КРС» искаженных данных. В журнале производил запись по коровам отеливших живых телят, как «мертворожденные». В случае рождения у коровы двух телят, одна голова не приходовалась.

В это время, ревизоры управления сельского хозяйства проверили приход и расход поголовья по СТФ и МТФ села Западное за период трех лет. Затем Федоров вновь проехал с ними все эти села. Покупатели, приобретавшие поросят и молодняк КРС, написали объяснения на имя ревизора. В них они указывали, где покупали животных, дату приобретения, количество голов, сумму денег, уплаченную заведующему фермой. При этом ревизоры просматривали материальные отчеты, убеждаясь, что данные лица в ведомостях на реализацию молодняка сельскохозяйственных животных не значатся и денежные средства, переданные покупателями Анисимову, в кассу колхоза «Рассвет» им не сданы. По результатам проверки они составили акт документальной ревизии.

Лейтенант вызвал повесткой Анисимова в РОВД. В присутствии ревизоров заведующий фермой не спеша прочитал акт, приобщенные к нему объяснения покупателей и другие бухгалтерские документы, уличающие его в создании излишков поголовья сельскохозяйственных животных и присвоении денежных средств.

— Это всё неправда! Меня оговаривают! Да, по указанию председателя я продавал поросят на ферме, но все деньги сдавал в кассу колхоза. Подписывать этот сфальсифицированный акт отказываюсь! — заволновался Анисимов.

— Как вам не стыдно! Вы нас обвиняете в фальсификации данных! А кто, как не вы, в течение трёх лет не полностью приходовали молодняк свиней и крупнорогатого скота, реализовывая его населению! Приход денег, полученных от покупателей за этих поросят и телят, в кассе колхоза не значится, что доказано проведенной ревизией, — возмутилась ревизор Петрова, — надеюсь, компетентные органы дадут правильную оценку вашим действиям!

— Николай Андреевич! Мы предупреждаем вас, в акте будет указано, что вы, ознакомившись с результатами документальной ревизии, подписывать его отказались, — вмешалась в разговор ревизор Ратникова.

В итоге акт, в количестве пяти экземпляров, подписали только ревизоры, указав в нём, что заведующий фермой результаты документальной ревизии не признал и подписывать его отказался. После этого Фёдоров довёз ревизоров до места их работы и зашёл к начальнику управления сельского хозяйства.

— Пётр Васильевич, как я обещал, передаю тебе акт ревизии. Ещё один экземпляр у твоих ревизоров.

Пархоменко просмотрел материалы ревизии и прочитал выводы.

— Ну и хлюст! А куда смотрел председатель колхоза! Ну и взгрею я его! С завтрашнего дня направлю ревизоров и специалистов по колхозам, чтобы проверили приход и реализацию молодняка в животноводстве. А в отношении этого стяжателя ты, Денис, прими все законные меры, чтобы он понёс должное наказание.

В конце рабочего дня Денис доложил начальнику РОВД:

— Товарищ майор, документальная ревизия по подотчёту заведующего фермой Анисимова закончена. За три года он создал излишки молодняка свиней в количестве восемьсот двадцать шесть голов и сорок две головы молодняка крупнорогатого скота. Покупателями являются жители близлежащих сёл. Общая сумма денежных средств, не сданных им в кассу колхоза, составила восемь тысяч шестьсот двадцать шесть рублей. Он не признал достоверность ревизии, хотя в период проведения его постоянно приглашали и знакомили с вновь открывшимися эпизодами его деятельности. Подписывать акт отказался.

— Денис Иванович, какие ваши дальнейшие действия? — задал вопрос Коваленко.

— Моё мнение — передать материалы следователям для возбуждения уголовного дела в отношении материально ответственного лица Анисимова, по статье 92 часть 3 УК РСФСР — «хищение общественного имущества, совершенное путем злоупотребления, служебным положением», причинившего крупный ущерб общественной организации.

— Я согласен с вашим решением! Передавайте в следственное отделение, но предварительно ознакомьте с материалами проверки прокурора района.

После планёрки Денис, не задерживаясь, ушёл домой. Уставший после напряжённых дней он решил пораньше лечь спать. Тем более была пятница, а в субботу у него был выходной и он договорился с другом Сергеем поехать на рыбалку. В десятом часу вечера он был уже дома. Мама собрала ему поесть в летнем доме, а сама вышла во двор. Не успел он поужинать, как она зашла в дом.

— Сынок, к нам подъехали на грузовой машине двое незнакомых мужчин, один из них в возрасте, а второй молодой парень. Они просят тебя выйти к ним. Что им нужно? Как только ты пошёл работать в милицию у меня постоянная тревога за тебя.

— Не беспокойся, у меня всё в порядке! Это приехали товарищи по рабочим делам.

Выйдя из своего двора на улицу, он увидел рядом с грузовым автомобилем ГАЗ-53 Анисимова и его сына Александра. Заведующий фермой подошёл к нему.

— Денис Иванович, я приехал к тебе с просьбой о снисхождении. Да, были у меня некоторые недостатки в работе, но они обыденные и незначительные. То, что написали в акте документальной ревизии, это наговор. Просто люди завидуют мне, что я умею жить в достатке. Пускай меньше пьют, а больше работают, тогда и они будут жить не хуже меня. А для тебя мы закололи сто килограммового кабанчика. Прошу принять от меня этот подарок, а также четыреста рублей. А ты уж постарайся замять это дело.

Лейтенанта возмутила наглость просителя.

— Николай Андреевич! Вы предлагаете мне взятку! Что вы себе позволяете? За кого меня принимаете? Имейте в виду, что таких посетителей, как вы я принимаю только в служебном кабинете государственного учреждения!

— Не хочешь по–хорошему! У меня есть связи «наверху»! Найдём и на тебя управу! Я приму все меры, чтобы тебя выгнали из милиции!

— Вы меня не запугаете! А в отношении вас будет принято решение в соответствии с законом.

Анисимов пытался ещё что–то сказать, но Фёдоров осознал, что полемику с ним вести бесполезно. Круто развернулся и скорым шагом ушёл к себе во двор. Он увидел маму. Она стояла на крыльце дома с заплаканным лицом.

«Она всё слышала! Теперь ещё больше будет переживать за меня», — мелькнула у него мысль, и начал успокаивать маму.

— Мамочка, нет причин для волнения. Просто они пытались меня купить, а не запугать. А как меня учили дорогие родители? Быть честным и справедливым, чужого не брать! То, что ты услышала просто обычная бравада: а вдруг подействует. Ну а если придётся уволиться из милиции, вы спокойней будете. Но так как это не произойдёт, то придется вам с отцом, а в будущем и моей жене, беспокоиться за меня ещё лет двадцать пять, пока не выйду на пенсию.

— Всё шутишь сынок!

— Хорошо, давай о серьёзном! Завтра, часов в пять утра мы с Кудряшовым Сергеем едем на рыбалку, где будем до вечера. Снасти у меня приготовлены заранее, остаётся приготовить что-нибудь из еды.

— Это я тебе приготовлю. Всё оставлю на столе в летнем доме.

— Спасибо, мам! — он обнял её и поцеловал в щёку.

На рыбалку они выехали с Сергеем ранним субботним утром. Лес, где находился пруд, встретил их птичьим пением. Над водой стоял небольшой туман, но берега были видны. Кроме них на водоёме ещё никого не было. Закинув удочки, Денис стал ждать клёва рыбы и невольно начал обдумывать вчерашнее происшествие с приездом Анисимова: «Зачем приезжал? На что надеялся? Неужели рассчитывал, что соглашусь? Ведь он знал, что материалы дела я не смогу скрыть, так как проведена ревизия. В проверку включился определённый круг лиц. Да и по сёлам, где встречались с покупателями, уже пошёл „резонанс“. Однако по его поведению можно судить, что перед приездом ко мне он с кем-то „высокопоставленным“ встречался, а тот посоветовал ему дальнейшие действия. И мой адрес проживания ему кто-то сказал? Или, может, он самонадеянно рассчитывал на авось?»

От мыслей его отвлёк возглас Сергея:

— У тебя на правой удочке клюёт!

Денис взял удилище, поплавок потянуло в сторону, подсёк и потянул на себя, леска натянулась. Он начал с усилием накручивать катушку, подводя рыбу к берегу, и вдруг почувствовал, что напряжение исчезло.

— Сорвалась! — с досадой махнул рукой Фёдоров, а в голове потекли мысли: «Анисимову не дам „соскочить“! Снова у меня все мысли о нём. Сегодня отдыхаем, и необходимо отключиться от рабочих проблем. Все дела будем решать в понедельник. Схожу к прокурору, посоветуюсь с ним и передам материалы начальнику следственного отделения».

Сумев все-таки отвлечься от проблемных мыслей, он сменил наживку на крючках обеих удочек, закинул вновь снасти в сторону камыша, ожидая поклевки, и сосредоточил своё внимание на поплавках. К этому времени друг уже выловил двух карпов, до килограмма каждый. Да и клёв улучшился. У Дениса появился азарт. Вдруг поплавок замер, а затем медленно и уверенно поплыл в сторону, одновременно медленно уходя вглубь воды. Сердце его ёкнуло. Он схватил удочку, сделал резкую и уверенную подсечку, одновременно держа левую руку на ручке катушки. Почувствовав тугие толчки крупной рыбы, рыбак постарался не дать ей уйти в сторону, в тростник. И когда на поверхности воды показался круглый жёлтый бок с розовыми плавниками, сердце у него просто сжалось в кулак. Теперь главная задача была не дать карпу уйти в камыш. Но вот первые рывки погашены. Удерживая рыбу в натяг, дав ей глотнуть воздуха, стал подтаскивать её к берегу. Поднять над водой, как это делал с килограммовыми карпами, было просто невозможно. Эту затею он сразу оставил, так как такая крупная рыба могла запросто разогнуть крючок или порвать леску. Но вот карпу всё-таки удалось слегка захлестнуть леску за камыш. Он повис на ней, высунув над водой голову и часто открывая рот. Натяжка лески всё равно сохранялась. Фёдоров потянулся назад и взял подсак. Но рыба находилась далековато, а длины подсака явно не хватало. Он зашёл в воду, на весу размотал леску с камыша и левой рукой начал накручивать её на катушку. Тут рыба делает сильнейший рывок и снова уходит в сторону камыша. Весь мокрый от брызг он гасит её рывки. Притапливает подсак, выбрав чистое место, медленно пытается завести туда карпа. И вот, наконец, улов погружается в подсак. Денис волоком вытаскивает его на берег. К двенадцати часам дня было выловлено, не считая окуней и пескарей уже больше десятка карпов. Среди них экземпляры больше килограмма, но такой крупной рыбы, как утром, больше не было. К нему подошёл Сергей:

— Как улов!

— Вот смотри, особенно вот этот экземпляр!

— Я тоже неплохо порыбачил, но такого большого карпа не сумел выудить.

Денис поменял на крючке насадку и намеревался закинуть снасть в воду, как увидел на другом берегу подъехавший к пруду служебный автомобиль начальника милиции. Сержант Бредихин, подменявший находившего в отпуске основного водителя Парфёнова, вышел из кабины и через мостик пошёл в сторону рыбаков. Как и ожидал, Фёдоров услышал от него:

— Денис Иванович, вас вызывает начальник РОВД!

— Ты знаешь, зачем вызывает? Что-то случилось?

— Я не знаю, сказал, что вы должны срочно прибыть к нему в отдел.

— Андрей, ты поезжай сам в РОВД, а я поеду на своём автомобиле. Сергей, ты полови ещё рыбу, я съезжу к начальнику, узнаю, в чём дело, а затем приеду сюда. Должны же мы половить и на вечерней зорьке!

Зайдя в здание милиции, лейтенант сразу зашёл к начальнику, предварительно постучав в дверь. Начальник сидел за столом, изучал и отписывал сотрудникам милиции поступившие материалы, заявления и жалобы граждан. Увидев лейтенанта, он отодвинул изучаемую документацию на край стола и посмотрел на него, явно подбирая слова.

«Что-то его беспокоит?» — мысленно сказал себе Денис.

— Денис Иванович! Я не знаю, откуда прокурор узнал о материалах проверки в отношении Анисимова, но он требует предоставить их ему для изучения. Он ждёт тебя в прокуратуре. Материалы просил предоставить без сопроводительной записки.

— Василий Петрович! Вам не кажется, что прокурор засуетился? У меня создаётся впечатление, что Анисимов уже вышел на него. Вчера вечером он приезжал ко мне домой и предлагал взятку, чтобы я прикрыл материалы в отношении него, а когда ему было отказано в этом, он начал угрожать каким-то высокопоставленным лицом.

— В любом случае, ты отнеси прокурору материалы проверки.

— Безусловно, передам ему материалы, но только через сопроводительную записку. Я её напечатаю, а вас Василий Петрович прошу подписать.

С материалами проверки, и приложенной к ним сопроводительной опер пришёл в прокуратуру. Секретарша прокурора была на рабочем месте.

— Здравствуй Люба! Что это ты работаешь в выходной день? — спросил он у неё.

— Да вот, необходимо срочно напечатать доклад прокурора. Завтра в понедельник он едет в областную прокуратуру на совещание.

— Мне необходимо передать прокурору материал проверки, ты зарегистрируй его в журнале.

Она вписала материал в журнале «поступающей корреспонденции» и поставила на обоих экземплярах сопроводительной штамп, занесла входящий номер, дату регистрации и расписалась за него.

— Денис Иванович, мне передать материал Полетаеву или сами зайдёте к нему?

Лейтенант не успел ответить, как в это время в приёмную вышел прокурор.

— Фёдоров, ты прибыл, заходи! — он пренебрежительно кивнул посетителю, пропуская его к себе в кабинет. — Акт документальной ревизии по колхозу «Рассвет» принёс? Что же это ты, «накопал» факты хищения в крупных размерах, а мне не сообщаешь?

— Виктор Григорьевич, мы планировали предоставить вам результаты проверки, на ознакомление и посоветоваться с вами о привлечении к уголовной ответственности заведующего фермой Анисимова, — объяснил Денис, передавая бумаги Полетаеву.

Он полистал их, внимательно читая некоторые документы.

— Лейтенант, оставь бумаги у меня, я их изучу, а дня через три извещу тебя, что предпринять в отношении Анисимова. А это, что сопроводительная записка? Я же говорил начальнику милиции, чтобы документы были переданы без сопровождения.

— Передачу материала проверки через регистрацию в журналах РОВД и прокуратуры я произвёл по своей инициативе. Результаты ревизии получили огласку и произвели резонанс в районе. Мне не хочется, чтобы какой-нибудь документ, случайно потерялся.

— Ты, что не доверяешь работникам прокуратуры и мне в частности?

— Доверяю, но порядок при передаче документации между адресатами должен соблюдаться.

— Ты меня утомил своей настырностью! Всё иди, работай!

О разговоре с прокурором оперуполномоченный незамедлительно доложил Коваленко, который ждал его возвращения.

— Ничего не предпринимай, пока он изучит материалы дела. Нам остаётся только ждать его решения, — на всякий случай предупредил начальник на его доклад.

В течение трёх дней Фёдоров не дождался звонка из прокуратуры. Не было сообщения по результатам изучения материала и к понедельнику следующей недели. Зато к этому времени он узнал, что Анисимов лежит в больнице. Ему в срочном порядке оформляются медицинские документы на врачебно-трудовую экспертную комиссию, для признания его инвалидом.

Денис зашёл в кабинет старшего оперуполномоченного Васильева.

— Николай мне необходимо с тобой посоветоваться. Как ты знаешь, я передал прокурору материалы проверки по факту хищения денежных средств заведующим фермой на изучение. Он их держит у себя больше десяти дней и, как мне кажется, специально затягивает время. В это время Анисимов оформляет себе фиктивную группу инвалидности, чтобы попасть под амнистию, которая в ближайшее время будет принята правительством.

— Что ты хочешь предпринять?

— Предлагаю позвонить в областное управление нашей службы и попросить оказать практическую помощь в передаче материалов в следственное отделение, для возбуждения уголовного дела и проведения расследования.

— Я согласен с твоим предложением, только необходимо сегодня посоветоваться с Коваленко на вечерней планёрке.

Начальник РОВД поддержал их инициативу. На следующий день, с утра, лейтенант позвонил заместителю начальника управления БХСС УВД Соболеву:

— Здравия желаю товарищ подполковник! Вас беспокоит оперуполномоченный БХСС Э-нского района Фёдоров. Мною выявлено хищение денежных средств материально-ответственным лицом на сумму свыше восьми тысяч рублей. Преступная деятельность фигуранта доказывается проведённой ревизией и приобщённой к ней документацией. Готовый к возбуждению уголовного дела материал запросил прокурор района для изучения, и вот уже длительное время он находится у него. В его действиях усматривается попытка затянуть время, до оформления виновному фиктивной группы инвалидности, чтобы его деяния попали под будущую амнистию.

— Сошлитесь на меня и затребуйте в прокуратуре всю документацию по этому факту. Завтра, к десяти часам утра, доставь материалы мне для изучения.

Лейтенант пошёл в прокуратуру, где дождался, когда от Полетаева выйдут посетители. Войдя в кабинет, он сразу обратил внимание на недовольное лицо прокурора, связанное с его приходом.

— Зачем ты пришёл! Я ещё не изучил материалы! У меня было много работы в эти дни, поэтому зайди на следующей неделе.

— Виктор Григорьевич, вы знаете, что в ЦРБ готовят Анисимову медицинские документы на ВТЭК, где он должен получить вторую группу инвалидности, а в ближайшее время ожидается амнистия и он хочет под неё попасть.

— А что здесь такого, если он болен!

— Что-то он заболел, когда у него исчезла возможность совершать хищение, и пришло время его ответственности за содеянное преступление. Я пришел к вам за материалами проверки. Меня вызывает заместитель начальника управления БХСС УВД Соболев с актом ревизии и приобщёнными к нему документами.

— В таком случае получай свои бумаги, — с недовольным лицом, произнёс прокурор, передавая их Фёдорову. — Но не советую тебе выставлять меня в роли защитника правонарушителя перед своим руководством. Помни, тебе ещё не раз придётся обращаться ко мне!

Уходя из его кабинета, он услышал, тихий голос Полетаева:

— Какой настырный! Но я его обломаю!

Подполковник Соболев в присутствии лейтенанта внимательно изучил доставленные им документы предварительной проверки, по факту присвоения денег заведующим фермой Анисимовым.

— Молодец! Хороший акт документальной ревизии. Профессионально отработаны и собраны доказательства, обличающие преступную деятельность фигуранта. Даже не подумаешь, что эту работу проделал сотрудник, проработавший всего три месяца в милиции. В дальнейшем необходимо поступить следующим образом: сам выносишь постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Анисимова. Карточки на регистрацию преступления отправишь в информационное отделение УВД за подписью начальника РОВД, я с ним это согласую. В прокуратуру направишь копию постановления. Вызовешь повестками человек тридцать покупателей, живущих поближе к городу. Опросишь их на протокол допроса свидетелей, проведёшь между ними и Анисимовым очные ставки. Затем, в этой части предъявишь ему обвинение и опросишь на протокол допроса обвиняемого. Всё это ты должен проделать в течение девяти дней, после чего передашь уголовное дело в следственное отделение по сопроводительному письму. О ходе проведения предварительного расследования на стадии дознания, в период десяти дней будешь докладывать мне ежедневно по телефону до десяти утра. Мой рабочий телефон ты знаешь. В случае непредвиденных обстоятельств, осложняющих проведение расследования, звони сразу.

— Спасибо за поддержку и совет, Алексей Максимович!

— Это моя работа! Всё, поезжай, и сегодня же выноси постановление. У тебя мало времени, а сделать необходимо много.

Прибыв в отдел, Федоров написал рапорт об обнаружении признаков преступления и завизировал его у начальника. Дежурный РОВД зарегистрировал рапорт в журнале КУП. Затем, он напечатал постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Анисимова в двух экземплярах и постановление о принятия его в производство. Далее заполнил статистические карточки на выявленное преступление и подписал их у Коваленко. И только поздним вечером он отобрал тридцать пять объяснений покупателей молодняка свиней, проживающих недалеко от города, и заполнил на их имя повестки. Одним из них Денис указал дату явки в РОВД через два дня, остальным в последующие даты, распределив их на всю рабочую неделю. Одновременно он выписал повестку Анисимову на прибытие в милицию на эти же числа. По пути домой он забросил конверты с повестками в почтовый ящик. Утром следующего дня оперативный работник передал карточки сотруднику регистрационно-учетного подразделения, который в соответствии с их данными зарегистрировал уголовное дело в журнале, присвоив ему номер. Копию постановления о возбуждении уголовного дела направил через секретариат в прокуратуру.

В течение девяти дней Фёдоров провел все запланированные следственные действия. Допросил покупателей поросят и провёл между ними и Анисимовым очные ставки, оформив протоколы в соответствии с общими правилами допроса. Во время очных ставок все покупатели опознали заведующего фермой и дали показания, что именно он выдавал им поросят на ферме, и они передали за них ему наличные деньги, в соответствии с весом. Анисимов отрицал их показания, указывая в протоколах, что это всё наговор на него. За весь период проведения следственных действий Денис ждал реакции прокурора, но все эти дни он не реагировал на происходящее. На десятый день лейтенант предъявил обвинение фигуранту, допросив его в качестве обвиняемого, в части проведённых следственных мероприятий и передал уголовное дело в следственное отделение для дальнейшего предварительного расследования. О результатах проводимых следственных действиях он ежедневно докладывал Соболеву.

Уголовное дело принял следователь Кириллов Александр, а на следующий день он зашёл к Фёдорову в кабинет:

— Денис, своими материалами ты втянул меня в конфронтацию с Полетаевым. Он, оказывается, две недели отсутствовал. Якобы был на «семинаре», а когда вернулся, сразу запросил уголовное дело. Я отнёс его ему. Как он бранился в отношении нас, что возбудили его по «сырым» материалам, не доказывающим вину Анисимова.

Уголовное дело более недели находилось в прокуратуре. Старший оперуполномоченный БХСС Васильев по просьбе Фёдорова позвонил прокурору. В тот же день дело передали нарочным, в секретариат РОВД, где Денис его получил. К материалу было приобщено постановление прокурора об отмене постановления о возбуждении уголовного дела, как вынесенное преждевременно, за недостаточностью улик в совершении преступления виновным. Фёдоров, с согласия начальника РОВД снова позвонил Соболеву:

— Здравия желаю, товарищ подполковник! Это вас беспокоит Фёдоров. Алексей Максимович, я опять обращаюсь к вам за советом и помощью. Прокурор отменил вынесенное мною постановление о возбуждении уголовного дела. Материал находится у меня.

— Здравствуй, лейтенант! Срочно привози материал, я сегодня пойду с ним в областную прокуратуру.

Уже через полтора часа Денис был у здания областного УВД, куда он приехал на своём автомобиле. Зашёл к заместителю начальника управления БХСС и передал ему документацию. Просмотрев материалы дела, вчитываясь в протоколы очных ставок, Соболев поднял голову:

— Доказательства виновности Анисимова в совершении хищения денежных средств неоспоримые. На что надеется Полетаев. Ох, не чист он на руку! Вечером схожу к заместителю прокурора области, с ним у меня всё уже договорено о встрече. Ты поезжай назад, а завтра я позвоню вашему начальнику, и ты приедешь за этими бумагами.

Когда Фёдоров вернулся и заходил в здание РОВД, в вестибюле он увидел Анисимова. Тот сразу подошёл к оперативному работнику:

— Денис Иванович, жду вас! Я готов кое о чём поговорить с вами!

— Проходите, Николай Андреевич, ко мне в кабинет.

«О чём это он хочет со мной побеседовать?» — подумал Денис, пропуская заведующего фермой в кабинет.

Около часа Анисимов рассказывал ему, какая у него трудная и ответственная работа. О том, что свинарки воруют корма и поросят, а он никак с ними не может справиться. Много чего за это время посетитель наговорил о нехороших людях окружающих его, но, ни слова о своей вине.

— Николай Андреевич! Вы зачем пришли? Я думал, вы осознано раскаялись и пришли с явкой о повинной. Если вам больше нечего сказать, не занимайте моё рабочее время. Мне необходимо работать. А вину вашу мы докажем, и это будет в ближайшее время!

— Это как посмотреть, может, и вы окажетесь на моём месте. Знаете поговорку — «от сумы и тюрьмы не зарекайся»!

Денис не придал значения его последним словам. Когда он ушёл, достал из сейфа дела оперативно-розыскной деятельности и начал изучать некоторые документы…

Глава третья

…В то время как Макарчук и Зинкевич несколько дней отсиживались в тайнике, восьмой Армейский корпус группы армий «Центр» Вермахта сломил сопротивление Советских войск западнее реки Неман. Двадцать третьего июня тысяча девятьсот сорок первого года восьмая пехотная дивизия взяла Гродно.

Согласно новому административному устройству Гродно стал центром уезда в составе округа Белосток провинции Восточной Пруссии. Гаулейтером был назначен Эрих Кох. Функции администрации в городе стала осущест

...