Беда, говорят, не приходит одна. Только под Новый год «ушли» со скандалом отца Эдика, Михаила Евстафьевича, зав отделом ТАСС, который посмел иметь своё мнение, как беда постучалась и к сыну. Вдруг его вызывают к главному редактору. Эдик уж подумал, что светит ему командировка в Лондон или в Вашингтон и чуть не пустил слюну в сладких мечтах.
— А скажи-ка мне, Федеряев, не ты ли был в декабре в Минске? — с порога встретил его Владимир Николаевич, в простонародье Владник, не приглашая сесть, что было явно не к добру.
— Была такая командировка, Владимир Николаевич. Тема — автозавод.
— А у тебя, похоже, была другая тема — разврат! Тебе что, московских шлюх не хватает? Свой член не можешь в штанах удержать?!
— Простите, не понял.
— Всё ты понял! Обрюхатил внучку члена ЦК компартии Белоруссии и ничего не понял?!
До Эдика вдруг дошло. Да это же та блондинка, Света!
В декабре, во время его командировки от «Известий» в Минск, он в ресторане познакомился со сногсшибательной блондинкой Светой. Она сама подсела к нему за столик, чтобы «скрасить одиночество», и после третьего бокала шампанского выглядела уже совсем обворожительно. Потом была бурная ночь в его номере в гостинице с уже более крепкими напитками, и при расставании он дал ей свою визитку: «Будешь в Москве — звони». Ещё месяц-два Эдик с мечтательной улыбкой вспоминал эту знойную блондинку, а потом забыл. Не одна же она была в его бесчисленных командировках по Союзу и за рубежом.
— Простите, я познакомился с местной девушкой, — стараясь придать приличный вид пьяной оргии, говорил Эдик. — Она меня знакомила с местными достопримечательностями. Это входит в обязанности журналиста…
— Все достопримечательности у тебя ограничились постелью! И это не входит в обязанности журналиста од
... 
