Кітаптан алынған дәйексөздер Дитя переменавтор Армен Гаспарян
В те времена — о которых я говорю не понаслышке — контроль был железный: каждую неделю приезжал приглашенный специалист из МГУ, выписывал каждую оговорку, каждую неточность и составлял подробный отчет: кто, где и сколько ошибок сделал. Этот отчет фиксировал все нарушения: неправильно произнесенные ударения, неверно построенные смысловые конструкции и прочие ошибки. Затем этот список с ляпами вывешивался в коридоре, и вся редакция проходила, смотрела, сколько раз ты, выражаясь на профессиональном жаргоне, «залетел». И потом это разбиралось на редколлегиях. Сейчас, конечно, ничего подобного нет. А я бы
1 Ұнайды
Чудовищное время. Остатки денежных средств у населения благополучнейшим образом были изъяты посредством всяческих пирамид. У нас обычно принято вспоминать несколько таких мошеннических схем. Первая, это, разумеется, «МММ». Вы не поверите, сколько людей с высшим образованием неслись вкладывать туда деньги. Мы всегда гордились тем, что у нас страна с очень высоким уровнем образования. Что же это за образование такое, если все отдают деньги в этот «лохотрон»? И вторая — это невообразимая ситуация с приватизацией. Куда пропали все компании, в которые были вложены алмазные рудники, нефтяные скважины и прочее? Москва той эпохи — это тотальная серость, абсолютная униженность города, который славился своей культурой и в результате был превращен в одно сплошное алкоголическое действие. Водку пили в метро, на любом из
1 Ұнайды
Эпоха перестройки — это по большому счету самый обыкновенный «лохотрон», на который повелась вся страна. В свое время, ну, тогда мы еще об этом не знали, это я позже уже прочту, в начале девяностых годов, донской атаман Каледин в 1917 году очень точно сказал: «Господа, говорите короче, от болтовни Россия погибла».
1 Ұнайды
Я говорю: «А наши кто?» Он говорит: «Ну, вот ЦСКА». Так они стали для меня «нашими». Клуб один в сердце навсегда. Но по игре, конечно, мне безумно импонировал «Спартак», в частности, Константин Иванович Бесков. Я думаю, что не было в Москве никого, даже включая болельщиков «Динамо», кто не восхищался бы этой очень тонкой, очень умной игрой, которую ставил великий Константин Иванович. Не было такого человека. Могли не любить «Спартак», могли не признавать, могли костерить его в дворовых спорах — но я уверен, что в глубине души все восхищались этой командой. Дасаев, Поздняков, Морозов, Хидиятуллин, Бубнов, Шалимов, Мостовой, Черенков, Родионов, Шмаров — можно перечислять очень долго. Сколько лет прошло, а я всех их помню. Потому что это они дарили праздник людям, которые любили футбол.
1 Ұнайды
К сорокалетию победы советского народа в Великой Отечественной войне, в 1985 году, был выпущен многосерийный документальный сериал «Стратегия победы» (он есть в интернете).
В 2021 году я делал большой одиннадцатисерийный цикл «Хроники распада»,
Что значит дефицитная? Творчество Владимира Семеновича Высоцкого пользовалось невероятным спросом среди советских граждан, что отражалось на стоимости его изданий. Книги Валентина Пикуля тоже были дорогим удовольствием. Конечно, в этот элитный список входил и зарубежный детектив. В Советском Союзе детективная литература издавалась в большом количестве, и она была разная. Но, например, чтобы Агату Кристи купить, надо было потрудиться достать ее, и цена там была соответствующая.
Например, по «зарубежке» был журнал «Иностранная литература», ежемесячный и очень толстый. А также литературные журналы «Юность», «Новый мир», «Знамя», «Дружба народов»
Для воспоминаний не осталось ничего хорошего, а апогеем этого мрачного периода, безусловно, стал дефолт. Когда только-только начали люди хоть как-то выправляться после шоковой терапии, хоть какое-то движение вперед начало происходить, и опять все вернулось в ад.
Безусловно, время, в которое живешь, не выбираешь. И правильно древние говорили, что очень страшно жить в эпоху перемен. Мое поколение это счастье хлебнуло, что называется, полным ситечком. Мы были этими детьми перемен. Это ужасно. В очередной раз повторяю: это был один сплошной мрак. И когда сейчас мне рассказывают про девяностые годы, что тогда Россия вошла не в ту дверь и все было хорошо, и приводят в пример экспозиции в небезызвестном центре, то я обычно говорю, что я через это прошел лично, и то, что видел лично, вы в музеях не показываете.
Аналогичная ситуация была с Лениным. У нас этого никто не понимал, принимая написанное за подлинные взгляды. У Владимира Ильича был НЭП: «Давайте тоже что-то такое сделаем». Сделали — Кооперативное движение. Вроде хорошо и солидно, только опять не включили голову. Кооператоры получили возможность вывоза товаров за рубеж, и в Советском Союзе начинают пропадать телевизоры, магнитофоны и все то, что нужно соцлагерю, потому что они стоили дешевле западных образцов. И отправились на Запад эшелоны, пока советский человек остался у разбитого корыта.