Бедная кисонька. – Варвара Николаевна расчесывала шерсть Баюна. – Похудела как наша кисонька. Пушистенький наш котеночек.
Баюн млел. Он лежал на диване, вытянувшись и раскинув все четыре лапы и хвост. Когда щетка (специальная, между прочим, щетка для кошачьей шерсти) проходилась по животу чудовища, Кот дрыгал лапкой, чем приводил маму в состояние крайнего умиления. Иногда зверюга игриво прикусывал руку Варвары Николаевны, но потом спохватывался и принимался зализывать ущерб.
Мама таяла, Кот наслаждался, дедушка читал газету. Все были при деле.
– Папа, посмотри, пожалуйста, мне не кажется, что котик сильно похудел?
– По дому, наверное, скучает. – Дедушка окинул Кота внимательным взглядом. – Когда его там забирают?
– Надеюсь, нескоро. – И мама почесала Баюна за ушком.
– Подытожим, – мрачно вещал Волк тем временем в комнате Пети. – Змей Горыныч не в курсе, Кота последний раз видел три дня назад. У Бабы Яги алиби. От богатырей в тех краях просто деваться некуда. А главное, знаешь что?
– Что?
– Что все неприятности с Котом и богатырями начались практически одновременно. Тебе не кажется это странным
