Море не знает милосердия, оно, как ветхозаветный Бог, никогда не прощает — разве что случайно или из каприза. Когда отдаешь швартовы, слова «милосердие» и «сострадание», как и многие другие, остаются на берегу. И в каком-то смысле, думал Кой, это даже справедливо.
