Когда власти приняли решение формализовать процедуру обращения мусульман, за этим, вероятно, стояло желание избежать дипломатической конфронтации с Османской империей [541]. Указ 1750 года гласил, что иноверцев нельзя крестить, не получив от них предварительно добровольной письменной петиции. Формуляр петиции был подготовлен заранее, и в него было достаточно вставить свое имя. Проситель-мусульманин должен был заявить, что Мухаммед — «самый студный и лживый пророк и предтеча антихристов, тако ж и закон его (Коран или Алкоран названный) есть самый же лживый, богомерзкий же и богопротивный», и подтвердить, что он «с истинною совестию возжелал прияти ту христианскую спасительную веру и пребыти в ней до скончания моея жизни непоколебимо и непревратно». Формуляры, предназначавшиеся для язычников, были существенно короче: по всей видимости, было решено, что язычникам нет нужды долго проклинать своих идолов и восхвалять добродетели христианства [542].
