Он всего лишь сказал поварам, что в жизни не ел более вкусной стряпни. И ведь даже не обманул. До этого он ел только в тюрьме, где блюда не отличаются особой изысканностью. Конечно, по сравнению с ними дворцовая кухня находилась на недосягаемой высоте. К счастью, повара не знали, с чем сравнивают их шедевры, и были польщены до глубины души комплиментами Фиччика.
