Блок 1
Комната Глеба пахла чипсами, шкурками от мандаринов и победой. В прямом смысле. Брат Кира уже третью неделю пытался покорить какой-то хардкорный сервер с обнулением персонажа после смерти, и судя по довольному лицу — сегодня у него получилось.
— Ты видел это? — Глеб развернулся в кресле, ткнув пальцем в монитор. — Я заагрил целый пиглин-трейд, поставил мост через лавовое озеро. Тридцать четыре блока. Ни одного падения. А потом ещё и портал зажёг. Кир, ты просто обязан заценить!
Кир не заценивал.
Он стоял в дверях, засунув руки в карманы худи, и смотрел на экран с таким выражением, будто ему показывали инструкцию по сборке шкафа из Икеа на языке суахили.
— Это квадраты, — сказал Кир. — Ты поставил тридцать четыре квадрата.
— Блока, — поправил Глеб.
— Квадрата. С текстурой, которая напоминает рилсы игры, которая старше меня почти в два раза. И ты гордишься этим?
Глеб вздохнул. Это был его фирменный вздох, означавший: «я старший, я мудрый, а ты ещё просто не дорос». Кир его ненавидел. И обожал. Но сейчас больше ненавидел.
— Ты просто не понимаешь, — сказал Глеб. — Тут не в графике дело. Это свобода. Ты можешь построить всё что угодно. Город, космодром, рабочий калькулятор из редстоуна. Я, между прочим, в прошлом месяце, в Незере, дропнул стак незеритовых слитков. А ты говоришь — квадраты.
— У тебя стак незерита, — медленно повторил Кир. — И это важно. В игре с кубиками.
— В игре, где бесконечные возможности, — отрезал Глеб.
Кир закатил глаза. Он уже хотел развернуться и уйти в свою комнату, где на компе ждало новое обновление Тени Демона. Его любимая игра, в которой атмосфера была мрачной, кровь лилась рекой, а боссы занимали пол экрана и орали при уроне так, что соседи стучали по батареям, если он играл без наушников.
Но Глеб успел сказать волшебное слово:
— Слабо?
Это был запрещённый приём. Глеб прекрасно знал, что Кир не умеет уходить от вызова. С детства. Ещё когда они в футбол во дворе играли, достаточно было сказать что-то вроде «слабо забить с центра поля» — и Кир принимал вызов, даже если дождь лил как из ведра.
— Слабо что? — настороженно спросил Кир.
— Слабо в хардкоре хотя бы до алмазов дойти? — Глеб усмехнулся. — Если умрёшь — начинаешь заново. Я пущу тебя за свой комп.
— А если я не умру?
— Если не умрёшь и добудешь хотя бы один алмаз — я месяц мою посуду.
Кир задумался. Посудомоечная машина у них сломалась ещё в июне, и мытьё тарелок было единственным домашним заданием, которое он ненавидел больше, чем писать сочинения по русской литературе.
— А если я умру сразу?
— Тогда ты признаёшь, что Майнкрафт сложнее твоих игрулек.
— Это невозможно, — фыркнул Кир. — Там, где я играю надо билд под перса собрать, скиллы прокачать, сет-шмот фармить неделями. А тут… что тут? ДПС — ноль. АоЕ — нет. И КД на удар рукой какой-нибудь есть?
— Садись, — сказал Глеб с улыбкой, которая явно что-то скрывала. — И запомни главное правило.
— Какое?
— В этой игре не ты убиваешь монстров. Монстры ждут, когда ты ошибёшься.
Кир хмыкнул и плюхнулся в ещё тёплое кресло брата. Монитор моргнул, и на экране появилось главное меню. Кубический мир, кубическая земля, кубическое небо с квадратным солнцем.
— Графика — кринж, — сказал Кир для протокола.
— Создай новый мир, — Глеб стоял за спиной, скрестив руки. — Сид сейчас продиктую. Свой. Он особенный, тебе понравился.
— Что ещё за сид?
— Секретный код, который определяет, какой мир ты получишь.
Кир пожал плечами. Ему было всё равно. Он нажал «Одиночная игра», потом «Создать новый мир». Глеб продиктовал длинное число с минусом в начале: *-7382215490156485472*.
— Давай, брат, — кивнул Глеб. — Удачи.
На кухне зазвенела посуда. Мамин голос пробился сквозь закрытую дверь:
— Мальчики, ужин через десять минут!
Глеб открыл рот, чтобы ответить, но Кир уже надел наушники и нажал «Создать мир».
— Позже, ма! — крикнул Глеб, но услышала ли его она — неизвестно.
Экран погас на секунду. Потом загорелся снова — и Кир увидел на мониторе пустыню. Бесконечные жёлтые блоки песка, кактусы, сухие кусты и оранжевое солнце, которое висело ровно по центру неба.
Если бы Кир хоть немного разбирался в Майнкрафте, он бы понял, что брат специально выбрал сид, который выбрасывает новичка в пустыне. Нормальный игрок взял бы мир с лесом и горами. А Глеб… Глеб явно хотел, чтобы брат проиграл спор.
— Полдень, — прокомментировал Глеб. — У тебя есть примерно пять минут, чтобы найти дерево.
— Где я найду дерево в пустыне? — возмутился Кир.
— А вот это уже твоя проблема, нуб.
Кир дёрнул мышкой. Экран тоже дёрнулся. Он попробовал WASD — персонаж сделал шаг вперёд. Управление было дурацким. Он привык к играм, где ты просто кликаешь мышкой туда, куда хочешь пойти. А тут — нажимай кнопки, как в каком-нибудь шутере столетней давности.
— Как ломать блоки? — спросил Кир.
— Левая кнопка мыши, — лениво ответил Глеб. — Но сначала надо скрафтить кирку.
— А как крафтить?
— Открой инвентарь.
Кир нажал «E». На экране вылезла сетка 2×2 и куча пустых слотов. В правой части — его персонаж, голый, с тремя сердечками здоровья и полоской голода, которая выглядела полной.
— Ладно, — буркнул Кир. — И куда идти?
Он решил просто идти вперёд. На запад. Или на восток? Солнце висело в зените — направление не определить. Просто в любую сторону.
Шёл он долго. По его меркам. Было откровенно скучно. Сердечки были полные — пока. На горизонте темнело пятно — дерево на границе биома. Сказал бы опытный геймер Майнкрафта.
Для Кира это было, да, дерево. Типа настоящее дерево. Как детский рисунок.
Коричневый ствол и зелёная листва. Но в пустыне.
— Дерево посреди песка? — спросил Кир. — Это твой реализм?
— Не посередине пустыни, — ответил Глеб. — Ты просто нуб. Бей.
Кир подошёл к дереву и зажал ЛКМ. Персонаж начал долбить ствол голыми руками. Блок медленно покрывался трещинами. Медленно. Очень медленно.
— Это какой-то нерф, — пробормотал Кир. — В моих играх я бы уже часть первого акта прошел.
— Здесь тебе не там, — напомнил Глеб. — Выживай.
Блок наконец выпал — маленький кубик с текстурой коры — и исчез в инвентаре.
— Один, — сказал Глеб. — Тебе хватит.
— Один блок, чтобы сделать деревянную кирку?
— Чтобы сделать верстак, — поправил Глеб. — Сначала верстак. Потом из палок и досок — кирку. Потом уже копать. И побыстрее давай, солнце садится.
Кир присмотрелся к небу на мониторе. Оранжевое солнце действительно поползло к горизонту. На западе. Теперь он хотя бы знал, где запад.
Но он назло выбил ещё три блока дерева.
Скрафтил доски (положил дерево в сетку 2×2 — получил четыре доски). Потом сделал верстак (четыре доски в квадрате). Поставил верстак на землю. Правой кнопкой открыл его — и увидел сетку 3×3.
— Ого, — сказал Кир.
— Впечатляет? — Глеб не скрывал сарказма.
— Заткнись. Что дальше?
— Из досок сделай палки. Две доски вертикально — четыре палки. Потом положи в сетку три доски в верхний ряд, а под ними — две палки.
Кир сделал. Через десять секунд у него в инвентаре лежала деревянная кирка.
Да уж, полный отстой.
— Неужели такое может кому-то нравиться, — сказал он тихо. — Палки, доски, верстаки?
— В эту игру люди играют годами, — ухмыльнулся Глеб. — А ты свою тыдыщь бабах можешь забросить через неделю, потому что вышла новая. И прими совет от брата — положи верстак в инвентарь, он ещё пригодится.
Солнце село. Мир за экраном монитора погрузился в темноту. Где-то вдалеке раздался стон.
— Что это было? — спросил Кир.
— Зомби, — Глеб говорил спокойно, даже скучающе. — Через минуту их будет пять. Через две — десять. И ещё скелеты с луками, пауки и криперы. Ты в курсе, что у тебя нет оружия, брони и дома? Твой основной билд — это кирка.
Кир выругался и начал активнее двигать мышкой. Песок сыпался. Он копал вертикальную шахту — вниз, вниз, вниз — пока его персонаж не упёрся в камень. Поставил блок земли над головой, закрыв вход. Остался в полной темноте.
Вокруг была тишина. Только сверху — топот. Очень громкий топот.
— Ты закопался в землянке, — сказал Глеб. — Классика. Каждый нуб так делает в первую ночь.
— Я не нуб, — ответил Кир. — Просто игра тупая.
— Скажи это тем, кто топает над твоей головой. Прикинь, если бы это все происходило в реале? У них ДПС, кстати, побольше твоего будет.
Кир окончательно скис. Что тут у нас? Перс сидит в темноте. У него в инвентаре: деревянная кирка, три блока земли, один блок песка, три блока дерева. И ощущение полного идиотизма от ситуации, в которой он находился. Если бы играл в игру, которую он знал, то бы уже разнёс всё в щепки, собрал легендарный шмот и пошёл фармить следующего босса. А тут — сидит в норе, боится высунуться, а сверху ходят зомби.
Он закрыл глаза на секунду. Или на минуту. Или на час. Он не знал.
А когда открыл — вокруг была не сплошная темнота.
Он увидел чёрный туннель.
— Что за… — Кир дёрнул мышкой. На экране ничего не изменилось.
— Глеб? — позвал он. — Глеб, ты это видишь?
Тишина.
Кир обернулся. Кресла за спиной не было. Комнаты Глеба не было. Был только туннель — бесконечный, чёрный, с едва заметными пиксельными стенами.
Перед Киром всплыло окно. Не как в игре — на весь экран, а как в реальной операционке — прямоугольник с текстом. Шрифт был такой же, как в Shadow of Demon. Жуткий, рваный, будто писал его маньяк окровавленными руками.
В окне было написано:
Нуб.
Добро пожаловать в испытание.
Цель: собрать Кристалл Исхода.
Правило: три смерти — и ты остаёшься здесь навсегда.
Удачи.
У Кира пересохло во рту. С таким он ещё не сталкивался даже на максимальном хардкоре в своих играх. Там ты просто теряешь персонажа. А тут — «остаёшься здесь навсегда».
Он хотел закричать.
Но не получилось.
Вместо крика он услышал свой собственный голос или это были его мысли?
— Это… игра? Я внутри?
Окно моргнуло. Внизу добавилась новая строка:
Вопросов нет? Играй, нуб.
У него было очень много вопросов, но мир вокруг загорелся ослепительным светом.
