— Сверкая впалыми глазами, вся в рубище, худа, бледна, стоит, луной освещена… — тихо продекламировал за спиной кот.
— Что за патетика? — насторожился Морок. — Может, валерьянки, в себя прийти?
— Почему бы и да! — покладисто согласился кот, но шиш ему — бармен тут я, и у нас сейчас не наливают, даже за стихи Пушкина с табуретки.
