Кроме того, греки называли амазонок Αντιάνειραι — «мужененавистницы» или «равные мужчинам» [10]. А скифы дали им имя «эорпата» — «мужеубийцы»
После рождения детей мужского пола передавали мужьям, и эти последние вскармливали новорожденных молоком и какими-то другими отварами, подходящими для детского возраста. Если же рождалась девочка, то ей выжигали груди, чтобы по достижении зрелости эта часть тела не могла развиваться. Ведь, по мнению этих женщин, торчащие груди немало мешают в походе. Поэтому-то таких безгрудых женщин эллины и прозвали амазонками
пишет:
«По преданию, в западных частях Ливии, на краю обитаемого мира, некогда действительно существовало племя, управлявшееся женщинами, по образу жизни несхожее с нами. Так, у них женщины по обычаю занимались военным делом и в установленное время были обязаны выступать в поход, сохраняя в течение этого периода времени свою девственность. По истечении же срока военной службы они сходились с мужчинами ради деторождения, причем сохраняли в своих руках всю верховную власть в общине и высшие должности. Напротив, мужчины у них, подобно нашим замужним женщинам, проводили свои дни дома, выполняя приказания своих жен; они не участвовали в походах, не занимали никаких общественных должностей и не пользовались свободой речи в общественных делах, отчего они, возгордившись, могли бы восстать
Преобладало же мнение, что амазонки выжигали своим дочерям правую грудь, чтобы они лучше стреляли из лука…
Но чаще всего название «амазонка» ассоциировалось со словом «грудь» (μαζός) [8], перед которым стояла отрицательная частица или предлог «без». Однако эта этимология имела двоякий смысл
означало «живущие не с мужчинами». Слово «амазонка» пытались связать с отрицательной частицей (α) [4] или предлогом «без» (ἄνευ) [5] и словом «лепешка» (μάζαις) [6], подразумевая, что эти женщины не употребляли хлеба (по сообщению Элия Геродиана [2], они ели «змей, скорпионов, ящериц и черепах
Гора, непрерывно пылающая огнями, — это, скорее всего, вулкан Камерун, а остров — расположенный напротив него Биоко
Непонятно, сражались амазонки верхом или же спешивались. Если верить Квинту, то по крайней мере Пенфесилея билась именно верхом. В качестве оружия ближнего боя она использовала топор и пригодные для метания копья; кроме того, имела при себе лук со стрелами.
Одним из первых среди них был Беллерофонт — внук печально известного Сизифа. Время жизни Беллерофонта определяется тем фактом, что внуки героя воевали под Троей. Его деда, обреченного в загробном мире заниматься сизифовым трудом — вечно вкатывать в гору тяжелый камень, неизменно скатывающийся обратно, — знают, наверное, все. Беллерофонт известен чуть меньше, хотя он и свершил немало подвигов. Но первое его деяние было, увы, отнюдь не героическим — юноша нечаянно убил собственного брата. Для того чтобы очиститься от скверны убийства, Беллерофонт отправился к царю Тиринфа, Пройту [1]. Но здесь его ожидали очередные неприятности: в него влюбилась жена Пройта. Поскольку страсть царицы осталась безответной, женщина оклеветала юношу перед мужем, обвинив его в попытке достичь того, от чего он на самом деле категорически отказался. Тогда оскорбленный супруг вручил Беллерофонту письмо, адресованное Иобату, царю Ликии (находившейся в юго-западном «углу» Малой Азии). В этом письме Пройт предлагал своему тестю убить юношу.
Иобат, который принял Беллерофонта как гостя, счел неудобным лично выполнять столь деликатную просьбу и решил дать внуку Сизифа какие-нибудь опасные и трудновыполнимые задания.