Оглавление

Посвящение

С искренней любовью и нежностью

посвящаю эту книгу моей жене —

Елене Бортниковой

От автора

Мы с женой пересаживались в Бангкоке на местные авиалинии: летели на остров Самуи. Блуждая в ожидании посадки по бесконечному лабиринту магазинов аэропорта, я натолкнулся на книжную лавку. На глаза попалась обложка книги на английском языке со стандартным рекламным названием: «100 простых советов счастливых людей: что учёным уже известно и как этим воспользоваться». Автор мне не был знаком — некто Дэвид Нивен [1][1].

Я взял книжку в руки и принялся перелистывать, читая фрагменты. Книга начиналась с банального, как мне показалось, утверждения: «Ваша жизнь имеет цель и смысл», после которого следовал пример из жизни о том, как некий Питер из Филадельфии спасал своего престарелого пса по кличке Такет, обратившись не к ветеринару, которого не оказалось поблизости, а к детскому хирургу. Хирург пообещал попытаться спасти собаку, если Питер пожертвует денег для больницы. Питер согласился, и его пожертвование позволило спасти жизнь незнакомому ребёнку. Пёс тоже был спасён. В следующем абзаце приводилось резюме: «Наблюдения за пожилыми американцами показали, что один из важнейших факторов счастья — осознание того, что жизнь имеет смысл и цель». Дальше следовало утверждение в стилистике рекламного слогана: «Без ясно определённой цели семь из десяти индивидуумов недовольны жизнью, а если цель определена, семь из десяти довольны жизнью».

«Господи, на кого же это рассчитано? До какого примитивизма доведено их общество, на какой же убогий уровень ориентируются американские авторы! Просто стыдно!» — мысленно резюмировал я и… купил книгу.

Вскоре объявили посадку на рейс Бангкок — Самуи. Мы провели десять прекрасных дней. Наши ожидания полностью оправдались. Природа острова и безупречный сервис в отеле, которым руководит немолодой голландец с выразительным именем мистер Фак, сделали своё дело: мы были счастливы. Книга же оказалась из тех, прочитав которые хочется написать свою на ту же тему, но лучше. Но было бы несправедливо не выразить благодарность Дэвиду Нивену за труд, послуживший для меня толчком к работе. Вернувшись в Москву, я написал вот эту книгу, первое издание которой вышло в 2011 году.

 ^* Здесь и далее первая цифра в квадратных скобках означает номер источника в списке рекомендуемой литературы, вторая, если имеется — номер страницы при цитировании этого источника.

Предисловие к четвёртому изданию

Надо признать, название моей книги тоже похоже на рекламный слоган для привлечения клиентов в очередную школу счастья. Но к рекламе это не имеет отношения. Автор не ведёт персональных занятий. Эта книга — введение в сложные разделы современной психологии: когнитивную терапию и социальную психологию. И она ориентирована на то, чтобы помочь читателю самостоятельно освоить теоретические знания и практические навыки искусства жить.

Искусство жить — это не научный термин и не название технологии. Это не более чем метафора, образное выражение.

Французы используют выражение «искусство жить» (l’art de vivre), когда говорят об опыте благополучной, спокойной, счастливой жизни. Важнейшей частью этого считают радость жизни (joie de vivre). Есть и третий аспект — умение жить (savoir vivre). Разумеется, не только французы это знают. Вокруг нас немало людей, живущих легко и радостно, несмотря на возникающие проблемы. Можно ли этому научиться? Да. Искусство жить — это умение, которым не так уж сложно овладеть. Можно научиться управлять эмоциями, вызывать по своему желанию радость и хорошее настроение. Кроме того, освоение этих навыков становится инструментом познания себя, своих особенностей.

Призыв, содержащийся в подзаголовке — быть счастливым несмотря ни на что — тоже, конечно, не название инструкции, опираясь на которую можно гарантированно достигнуть счастья. Тем не менее в психологии наработано многое, что может приводить нас к удовлетворённости жизнью, позволяет оставаться в хорошем настроении. Существуют также и подходы, позволяющие освоить жизненную философию, которой владеют счастливые люди.

У вас в руках книга, которая этому учит.

В разделе «Эмоции и мысли» рассказывается о том, как возникают позитивные и негативные эмоции и какова в этом роль наших мыслей: как тех, которые мы замечаем и осознаём, так и тех, которые возникают автоматически и протекают в подсознании. Умение видеть эти мысли, анализировать их — важнейший навык управления эмоциями и основа так называемой когнитивной психологии.

Наша эмоциональная машина находится под влиянием многих факторов. Среди них — персональные природные особенности, а также то, какими мы себя представляем и какими хотим выглядеть в глазах окружающих. Несовпадение наших ожиданий с реальностью рождает негативные эмоции. Умение трезво оценивать свои природные возможности, критичный взгляд на представления о самом себе — важные навыки управления эмоциями, искусства жить. Об этом говорится в разделах «Как мы устроены» и «Каким я себя вижу».

Первые разделы, быть может, покажутся скучноватыми, но их стоит преодолеть: только понимание того, как устроена эмоциональная машина, позволяет ей управлять.

В разделе «Что такое счастье» приведены разные варианты ответа на этот вопрос: с точки зрения философов, политиков, психологов. С практической точки зрения, важная мысль состоит в том, что счастье — это не только благоприятное стечение обстоятельств и вызванные этим переживания, а довольно длительное и устойчивое эмоциональное состояние, к которому можно целенаправленно стремиться и поддерживать его в самых разных жизненных обстоятельствах.

В разделе «Как работать с эмоциями» рассмотрены практические методы и навыки работы с такими эмоциями, как обида, зависть, ревность, гнев, стыд и т. п.

В разделе «Общество и счастье» рассмотрено влияние внешнего мира: коллектива, общества, государства, которые далеко не всегда радуют, нередко огорчают, а порой делают жизнь сложной, даже невыносимой. Как жить в реальном мире, изменить который мы не в силах? Как к нему приспособиться? Об этом — несколько специальных глав.

Искусство жить состоит не только в умении управлять негативными эмоциями и адаптироваться к реальным обстоятельствам. Важно уметь находить и использовать источники, ресурсы хорошего настроения — как в себе самом, так и во внешнем мире. Об этом говорится в разделе «Источники счастья».

Последний раздел — «Советы на каждый день» — шпаргалка-напоминалка, помогающая находить и подключать ресурсы счастья в самых разных жизненных обстоятельствах.

Первое издание книги вышло в 2011 году в издательстве «Феникс». Во втором (2024, «Издательские решения») добавлены новые и переработаны старые главы. Третье (2024, «Перо») дополнено новыми главами, добавлен предметный указатель и расширен список литературы.

Текст настоящего, четвёртого, издания заново отредактирован: он стал более лаконичным, исправлены неточности и опечатки, уточнены библиографические ссылки.

Эмоции и мысли

Счастье — от ума

Мысль, высказанная в заголовке, — очень важна. Она означает, что состояние удовлетворения мы можем обрести с помощью собственного ума, а не одних лишь внешних обстоятельств; что искусство жить — рациональная тактика и стратегия, а не случайное благоприятное стечение обстоятельств.

Словосочетание «горе от ума» мы помним со школьных лет, когда изучали произведение Грибоедова. Его герой Чацкий, человек неглупый, становился тем несчастнее, чем больше познавал окружавшее его общество. Мы помним, что он бросается «вон из Москвы» искать счастья где-то в другом месте.

Чацкий говорит, что у него «ум с сердцем не в ладу» — это очень важное наблюдение. В этом высказывании содержится нечто гораздо более глубокое, нежели разлад между наблюдаемой действительностью и ожиданиями героя. Оно говорит о том, что ум и сердце взаимодействуют, что в нас сосуществуют мир ума и мир эмоций и их можно рассматривать как две подсистемы, влияющие друг на друга.

Словосочетание «горе от ума» стало одним из самых устойчивых в русской культуре, оно перекликается с библейским «во многой мудрости много печали». Не хотелось бы, чтобы эти метафоричные высказывания воспринимались как своего рода приговор, как указание на единственно возможный результат взаимодействия ума и сердца. Хотелось бы, чтобы всеобщим пониманием и руководством к действию стало утверждение не «горе от ума», а «счастье от ума».

Искусство жить — это приведение в лад ума и сердца. В следующих главах мы рассмотрим, как происходит взаимодействие мыслей и эмоций.

Эмоция

Эмоции — это естественная и неизбежная реакция организма на восприятие чего-либо. Всё, что мы видим или о чём думаем, окрашено эмоциями: нравится или не нравится, хорошо или плохо, приятно, неприятно или же безразлично.

В этой связи говорят об отрицательных и положительных эмоциях. Отрицательными называют те, которые вызывают неприятные переживания: зависть, уныние, страх, гнев, отвращение и т. п. Положительными — те, которые связаны с приятными переживаниями: радость, удовлетворение, блаженство, счастье и пр.

Распространено мнение, что отрицательные эмоции вредны, нужно с ними бороться, избавляться от них. Это неверное мнение. Отрицательные эмоции сами по себе ни хороши, ни плохи. Это естественные реакции здорового организма на жизненные обстоятельства и проблемы. Пока человек психически здоров, он будет испытывать отрицательные эмоции. Не стоит считать, что от них нужно избавляться. Проблема возникает, когда они проявляются слишком бурно, длятся долго, сохраняются без видимой причины или начинают нами управлять. Так что дело в мере, в балансе между положительными и отрицательными эмоциями. Важно понимать: отрицательные эмоции не только допустимы, но и необходимы — именно они могут мобилизовать организм в нужный момент, заставить искать новые решения, идеи и подходы.

Зачем природа дала нам способность испытывать положительные эмоции? С отрицательными — страхом или гневом — всё понятно: они нужны для выживания и адекватных реакций на внешние угрозы. Исследования показывают, что радость, связанная с играми и развлечениями, способствует развитию физических и интеллектуальных навыков, стимулирует интерес к изучению мира. Удовлетворённость формирует глубокое чувство гармонии с окружающим, вплоть до ощущения единства и целостности со Вселенной. Любовь укрепляет социальные связи. Так что положительные эмоции помогают накапливать ресурсы: физические, интеллектуальные и социальные. Кроме того, они служат своего рода наградой за правильное — с биологической точки зрения — поведение. Положительные эмоциональные состояния существенно влияют на физическое и психическое здоровье, повышают эффективность работы, способствуют творческим достижениям, развивают общительность и альтруизм.

Отметим, что в психологии различают эмоции и чувства. Эмоция — это реакция, выражающая наше отношение к явлениям, предметам, людям, собственным мыслям, чувствам и другим эмоциям. Чувство — это тоже эмоция, но направленная на кого-то. Чувство отличается большей устойчивостью и длительностью. Чувство может состоять из нескольких эмоций.

Существуют первичные эмоции — врождённые: такие как удовольствие и блаженство. Говорят, что блаженство мы ощущаем ещё в утробе матери, поэтому и утверждают, что человек рождается счастливым, что счастье — его естественное состояние. Дальнейшее развитие, начиная с рождения, формирует в нас все остальные эмоции. Возможно, одной из первых появляется именно страх. Есть предположение, что сам момент рождения — необходимость покинуть лоно матери, место блаженства — вызывает у человека первичную эмоцию, близкую к страху. Во время рождения нервная система ребёнка, ещё чистая и не замутнённая, испытывает огромную нагрузку.

Дальше на базе первичных эмоций формируется сложный эмоциональный мир человека. С учётом индивидуальных особенностей и личного опыта появляются ключевые эмоции, знакомые каждому: страх, стыд, обида, вина, зависть, гордость, любовь и др.

Эмоции и чувства субъективны: одно и то же событие у разных людей вызывает разные реакции. Поэтому нет и никогда не будет универсального рецепта радости и счастья. Но для самого себя рецепт найти можно.

Для наших целей важно научиться улавливать связь между возникшей эмоцией и мыслительным процессом, чаще всего неосознанным, который её вызывает. Эмоции, возникающие от восприятия звуков, запахов, вкусов и тактильных ощущений, мы оставим за рамками этой книги, хотя и они вызывают приятные или неприятные ощущения: вкусно или невкусно, вонь или аромат, музыка или шум и т. д. Предметом книги является другой класс эмоций: эмоции, порождаемые мыслительным процессом. Именно мысли порождают самые сильные и влиятельные эмоции: зависть, страх, ревность, стыд, обиду. Причём это чаще всего те мысли, которые возникают сами по себе, автоматически, мы их не замечаем. Искусство управления эмоциями состоит в умении найти эти подсознательные мысли и научиться ими управлять. Мы будем во многом придерживаться методики анализа мыслительного процесса, разработанной отечественным психологом Ю. М. Орловым [2]. Он назвал её саногенным мышлением (СГМ), а сам процесс анализа — размысливанием эмоций.

Эмоция — это не просто оттенок настроения. Это наш внутренний управитель, и от того, как она нами руководит, зависит вся наша жизнь, её смысл и результаты. Мы часто подчиняемся бессознательным автоматизмам, подсознательной цепочке умственных операций. Бо́льшая часть негативных переживаний возникает именно так.

Мы не видим саму мысль, но ощущаем её следствие — эмоцию: зависть, обиду, стыд, вину и др. Важно понимать, что каждая эмоция порождается своим особенным мыслительным процессом. Эти процессы можно проанализировать и понять причины, которые приводят к возникновению эмоций. Такой подход лежит в основе когнитивной терапии и современной социальной психологии.

Мышление, ум, интуиция

Способность думать, мышление — важнейший инструмент, делающий нас разумными существами.

Мыслительные процессы, протекающие в нашем сознании, имеют вполне определённые цели и задачи, сформировавшиеся в ходе эволюции. Среди них — умение отображать окружающий мир, фиксировать его образы и свойства, моделировать его устройство, создавать языки его описания и общения друг с другом. Другая группа задач и целей — умение устанавливать причинно-следственные связи между явлениями, действиями и их последствиями. Сохраняя в памяти однажды выявленные причинно-следственные связи, мы обретаем способность к прогнозированию и выбору оптимальной стратегии поведения, а также умение решать более сложные задачи: устанавливать возможные причины по видимым последствиям. При этом мы, как существа социальные, оказались способны поставить себе на службу не только собственный ум, но и коллективный разум: мы умеем накапливать, хранить и передавать из поколения в поколение множество разнообразных сведений и причинно-следственных связей, вовлекать в аналитический процесс других людей и вырабатывать коллективные решения.

Познавательные и аналитические способности человека мы называем умом. В обычной речи в качестве синонимов мы используем слова «интеллект», «рассудок», «разум». Ум — это способность запоминать, классифицировать и комбинировать полученные сведения, строить умозаключения и создавать новые знания. Пользуясь им, мы полагаем, что управляем им вполне осознанно. Это не всегда так: существуют и не осознаваемые умозаключения, происходящие вне нашего контроля, на уровне подсознания.

Мышление нам представляется как поток мыслей, связанных между собой в последовательную цепочку ассоциаций и идей. Цепочка может быть строго подчинена логике (логическое мышление), но может иметь характер неких ассоциаций и образов. Образы, хранящиеся в памяти, создают основу нашего воображения и базис для формирования эмоций. Всплытие и погружение образов в глубины сознания во многом происходят вне поля видимости логического ума, в сфере подсознания. Отдельные звенья этого процесса проносятся в нём бесконтрольно, а ясно осознаются либо ощущаются лишь итоги — как некое знание, чувство, эмоция. Такой способ мышления называют интуитивным, а интуицией — способность оценивать ситуацию и практически моментально принимать решения, давать оценки, минуя при этом осознанные рассуждения и логический анализ.

Интуитивное мышление может опираться на разные источники. Иногда её срабатывание наступает как следствие многократно повторявшихся и потому закрепившихся в подсознании ситуаций и умозаключений, ставших автоматизмами ума. Устойчивым может стать и эмоциональный автоматизм, возникший как закреплённая память о переживании. Интуитивными сигналами и действиями могут стать и телесные навыки: например, мимика или балансировка канатоходца. Иногда говорят и об аналитической интуиции — когда, например, опытный шахматист с одного взгляда на расположение фигур оценивает положение игроков, ещё не приступив к его анализу, делая это лишь на основе предшествующего аналитического опыта. Интуитивное знание противопоставляется логическому, искусство — науке, чувства — логике.

В обыденной жизни мы пользуемся множеством поведенческих автоматизмов, то есть закреплённых навыков: от простой ходьбы или чистки зубов, до вождения автомобиля «на автопилоте». Большинство из них — навыки полезные, экономящие время. Умственные автоматизмы тоже дают экономию времени, но их возможности куда больше: они готовы выдать решение, минуя причинно-следственные размышления в условиях неполной информации, что, однако, нередко чревато серьёзными ошибками. Различия этих двух видов мыслительной деятельности известны давно, как минимум со времён Аристотеля, но их продолжают исследовать, противопоставляя интуицию и логическое обдумывание. Не погружаясь в эту обширную тему, посоветую полезную (и не только в этом вопросе) книгу С. Сломана и Ф. Фернбаха «Иллюзия знания» [3].

Чтобы анализировать собственное состояние, надо уметь различать эти функции ума: видимый аналитический, логический аппарат и невидимый подсознательный, интуитивный. И та, и другая функции приводят к эмоциям — как позитивным, так и негативным. Логическое умозаключение, приведшее к той или иной эмоции, легче опознать и контролировать. Подсознательные мыслительные процессы непросто опознавать и брать под контроль, хотя они оказывают сильное влияние на эмоциональную сферу. Часто именно они выводят нас из состояния покоя и гармонии в страну конфликтов, проблем, обид, зависти, в состояние эмоционального переживания. Можем ли мы научиться распознавать и контролировать как сознательные, логические, так и подсознательные, интуитивные мыслительные процессы, которые приводят к возникновению эмоций? Да, это возможно. Для этого надо понять, как работают наши мыслительная и эмоциональная машина.

Процесс рождения эмоции

Всё начинается с потребности: в еде, питье, безопасности, признании, любви и т. д. Эмоции рождаются после того, как появляются потребность и цель, а затем запускается мыслительный процесс. Мышление на уровне подсознания, в режиме автоматизма, осознаёт потребность — и возникают разные варианты поведения. Например, потребность «хочу пить» можно удовлетворить по-разному: утолить жажду прямо сейчас или отложить на потом, выбрать воду или чай. Происходит выбор, формируется цель. Потом мышление — осознанно или подсознательно — оценивает возможности и пути достижения цели, разрабатывает план, диктует необходимые действия и контролирует процесс, внося при необходимости корректировки. Наконец, мышление определяет, достигнута ли цель.

На каждом этапе возникают соответствующие эмоциональные сигналы. Все эти этапы происходят в подсознании почти мгновенно, и мы замечаем лишь уже возникшую эмоцию удовлетворения или неудовлетворения. По такой же схеме формируются и сложные эмоции: страх, обида, зависть, гнев.

Если научиться отслеживать ход мыслей, которые приводят к эмоциям, можно управлять многими своими чувствами и реакциями. Чтобы уметь думать о своих мыслях, нужно освоить самонаблюдение. В психологии анализ собственных мыслей и чувств называют интроспекцией (в переводе с латыни буквально «смотрю внутрь»).

Анализировать мыслительный процесс мы начинаем уже после того, как эмоция возникла. Например, я обиделся на кого-то и хочу понять, какие мысли проходили в подсознании, в какой момент и почему появилась обида. То есть мы пытаемся разбить прошедший мыслительный процесс на этапы. К счастью, структура типичного мыслительного процесса изучена, и мы можем воспользоваться готовыми схемами.

Структура умственного процесса

Структура типичного умственного процесса включает несколько последовательных операций: опознавание, присваивание отклика, присваивание статуса и сравнение. Прежде чем углубиться в детали, рассмотрим пример.

Представим ситуацию: наглая, невоспитанная продавщица на вопрос покупателя «Сколько стоит картошка?» — раздражённо отвечает: «На ценнике всё написано, не видите, что ли?» Покупатель оказался обидчивым, сделал продавщице замечание, а в ответ получил ещё большую грубость. Попробуем увидеть мысли этого покупателя, которые промелькнули у него в подсознании и вызвали эмоцию. Разложим этот процесс на элементы.

Первая операция — опознавание: покупатель опознал продавщицу как человека, торгующего картошкой.

Вторая — присвоение отклика: он предположил, что продавщица знает цену и должна ответить на вопрос. Здесь он подсознательно сделал два предположения. Первое — верное: продавщица действительно знает цену. Второе — что она ответит на вопрос — оказалось ошибочным. Покупатель, исходя из опыта и правил торговли, ожидает вежливого ответа. Его ожидания не совпали с реальностью, и из-за этого расхождения возникла эмоция: огорчение, возмущение, обида.

Следующий этап — присвоение статуса: определение значимости источника и события. Мы подсознательно придаём разным событиям разное значение: одни кажутся важными, другие — нет. Присвоение значения, или статуса — ключевой фактор в формировании эмоций. Чем выше статус объекта и события, тем сильнее эмоция. Поскольку это происходит подсознательно, мы заранее не знаем, какой статус присвоен событию и человеку. Судить об этом можно только по силе возникшей эмоции: чем она сильнее, тем выше статус, который подсознание присвоило.

Большинство людей в ситуации с продавщицей картошки особо не расстроятся: сами посмотрят на ценник и забудут о грубом ответе. Но наш покупатель явно придал событию слишком высокий статус и сильно огорчился.

То, что мы называем присвоением статуса, происходит автоматически и остаётся вне нашего сознания. Мы вообще об этом не думаем. Но думать стоит: осознав, что подсознание завысило статус обидчика или события, мы сможем не так остро реагировать и лучше контролировать свои чувства.

Например, объект «мой начальник» подсознательно наделяется высоким статусом: всё, что он скажет или сделает, кажется важным, его роль в жизни велика. Так же значимы родные, близкие, друзья. Именно поэтому мы так остро реагируем на них. Мы легко и сильно обижаемся на супругов из-за мелочей, которые в общении с чужими людьми остались бы незамеченными, потому что статус близких для нас очень важен. Мы чувствительны к мнению тех, кого считаем авторитетами, от кого зависим или кому хотим понравиться. В повседневной жизни мы это понимаем, хоть и не формируем явных рейтингов значимости среди знакомых.

Наш покупатель не только завысил статус события и значимость незнакомой продавщицы, но и допустил ещё одну ошибку: решил, что задето его чувство собственного достоинства. У него сработал подсознательный стереотип: «Почему она так со мной разговаривает? Ведь я уважаемый человек». Более того, как ответственный гражданин, он добавил чувство социальной озабоченности: «Куда катится государство? Разве такое общество нам нужно?» Сила эмоции зависит и от того, насколько для него важен собственный образ спрашивающего покупателя в глазах окружающих. Нашего обидчивого, чувствительного покупателя всё привело к переживаниям, скачку давления и плохому настроению.

В конце цепочки подсознательных операций происходит сравнение: соответствует ли результат цели, продиктованной потребностью (узнать цену картошки)? Если да — возникает удовлетворение; если нет — неприятные переживания: разочарование, обида, гнев и пр. В нашем случае покупатель, быть может, цену в конце концов и узнал, но в процессе общения возникли побочные негативные эмоции, которые перекрыли позитивный эффект от знания цены.

Как видим, сила эмоций зависит от множества факторов и очень индивидуальна. При многократном повторении похожих ситуаций формируются стереотипные, автоматические, неосознаваемые реакции организма. Так появляются умственные привычки или автоматизмы.

То, что мы описали — упрощённая схема мыслительного процесса, порождающего эмоции. Можно ли управлять им, если он неосознанный и автоматический? Можно, если сделать его осознанным. Именно это мы и сделали, разбирая его по шагам.

Можно ли управлять этим процессом в реальном времени, когда отрицательная эмоция ещё не возникла и её лучше избежать? Да, можно. Тренируясь и анализируя реальные случаи, как в примере выше, мы познаём себя и учимся управлять собой, в частности своими эмоциями. Со временем мы будем заранее знать, чего ожидать от себя, и на каждом шагу будем готовы к неожиданной реакции извне и к нежелательной собственной, сможем её смягчить или вовсе предотвратить.

Повторим важные выводы.

В психической деятельности есть то, что мы контролируем осознанно: когда понимаем проблему и даём себе команду действовать или вести себя определённым образом. Но есть и процессы, которые идут сами по себе, без нашего участия. Эмоции чаще всего возникают именно так. Это отражается даже в языке: мы «вспыхиваем» от гнева или обиды, нас «охватывает» ревность или страх — мы говорим об этом как о чём-то, что происходит с нами, а не что мы сами вызываем. В этой автономности и заключается проблема нашей зависимости от эмоций, причина мимолётности и неуловимости счастья.

Источником и причиной запуска деятельности являются потребности: жажда, холод и пр., которые побуждают искать воду, тепло и т. д. Если вода найдена и жажда утолена — возникает эмоция удовлетворения. Она берёт управление поведением на себя и советует, например, отдохнуть или вернуться к делам. Если воду долго не удаётся найти, появляются беспокойство, тревога, страх — и они начинают управлять нашим поведением.

Эмоции (обида, вина, стыд, зависть, отвращение, гнев, страх и др.), взяв управление на себя, запускают специфические автоматические программы поведения, в том числе нежелательные. В гневе человек делает то, чего не стал бы делать в обычном состоянии, ведь он «не в своём уме»: эмоция полностью захватывает управление. Сознание отходит в сторону, его сфера ответственности сужается, и оно начинает подчиняться эмоции. Эмоция подчиняет интеллект и волю, и мы кричим от страха, бежим куда-то без цели, оскорбляем кого-то чрезмерно или рыдаем от обиды.

О поведении мы говорим: правильное и неправильное. Мыслительный процесс — это тоже своего рода поведение ума. Он тоже бывает правильным и неправильным, хорошим и плохим, если оценивать с точки зрения движения к удовлетворению и хорошему настроению. Наша задача — научиться следить за ходом своих мыслей, менять плохие умственные привычки на хорошие и управлять своим умом.

Алгоритмы управления

Управлять — значит как-то менять ход и содержание процессов, чтобы достичь нужного результата. Мы более-менее хорошо понимаем, что такое управление государством или организацией: ставится цель, продумывается план действий, прогнозируются результаты. Применяется набор приёмов: убеждение, принуждение, воодушевление, манипуляция и т. д. Почти всегда в управлении людьми сочетаются кнут и пряник, наказание и поощрение, насильственное и ненасильственное воздействие.

Суть насильственного управления можно выразить так: «Если ты не сделаешь того, что нужно, или не сделаешь того, что от тебя требуют — тебя ждут неприятности: неприятные эмоции, наказание». При ненасильственном управлении нас стимулируют и вдохновляют делать то, чего от нас ждут, не из страха перед наказанием — его не будет — а из желания соответствовать ожиданиям. Наградой становятся поощрение и приятные эмоции.

Теперь давайте подумаем, как управлять собой и своими мыслями. В управлении всегда есть руководитель и исполнитель. Когда мной кто-то управляет или я управляю кем-то, эти роли очевидны. Но если я управляю собой, то играю обе роли одновременно. Чтобы контролировать этот процесс, нужно научиться распознавать в себе обе роли и ситуацию в целом. Нужно понять, что́ нами руководит: это могут быть физиологические потребности (голод, жажда, холод и т. п.), социально обусловленные потребности, ставшие чертой характера или установками (стремление к успеху, власти и др.), переживаемые эмоции (страх, обида, вина) или черты личности, сформированные культурой и традициями. Они могут конфликтовать: воспитание говорит не вставать во время концерта в филармонии, а физиология настойчиво зовёт в туалет. Если мы осознаём, что наше поведение — это выполнение внутреннего задания, мы получаем возможность эффективно управлять процессом. Когда мы это осознали, нам предстоит выбрать способ управления: насильственный или ненасильственный. Оба варианта у нас есть.

При насильственном подходе формируется алгоритм: «Если ты не сделаешь того, что требуется, тебя охватит неприятная эмоция»; при ненасильственном — другой: «Если ты поступишь так, как я говорю, тебя ждёт позитивная эмоция». Видно, что различия касаются не только подхода, но и последствий. К сожалению, мы чаще всего выбираем насильственный метод — принуждение, потому что он нам привычнее. Цивилизационная культура, в которой мы живём веками, подталкивает именно к этому — к насильственному управлению.

Насильственный метод проник во все сферы жизни. Угроза наказания лежит в основе юридического права. Почти все религии строятся на страхе наказания. Никому пока не удалось построить общество без такого подхода. Страх остаётся главным и надёжным средством манипуляции общественным сознанием. Но в отношениях с самим собой мы можем всё изменить. Научившись управлять собой ненасильственно, мы начинаем делать дела с удовольствием. Мы можем найти позитивную мотивацию даже в самых скучных или неприятных делах, которые приходится делать каждому. Мы можем награждать себя собственным счастьем за правильное мышление и мастерство управления своими эмоциями.

От несчастья или к счастью?

«Если счастье — это отсутствие несчастья, то нужно просто уйти от несчастья — и тогда придёшь к счастью» — вот пример суждения, которое кажется правдоподобным, но на самом деле глубоко ошибочно. Казалось бы, если я иду из пункта А в пункт Б, разве важно, как это назвать: «ухожу от А» или «двигаюсь к Б»? В формальной логике, если между А и Б только одна дорога, разницы нет. Но в психологии это совсем не одно и то же. Оказывается, надо идти не от негатива, а именно к позитиву. Особенность психики — в том, что эффективно двигаться можно только к, а не от. Если я сосредоточен на движении от негатива, на избавлении от чего-то — скорее всего, результата не добьюсь. Я буду ходить вокруг своей проблемы, мысленно возвращаясь к ней, чтобы проверить, ушёл ли я уже от неё. Это ловушка, которая заставляет зацикливаться на предмете. Уходя от, мы программируем мозг на неразрывную связь с тем, от чего хотим уйти. Двигаясь к, мы программируем его на связь с тем, к чему стремимся. Так мы создаём образ желаемого — и только в этом случае его достигнем. Если же мы цепляемся за образ того, чего хотим избежать, то попадаем в ловушку: мозг не умеет отталкиваться от образа, а крутится вокруг него, возвращается к нему, пока не появится другой образ и не подтолкнёт в нужном направлении. Очень важно помнить об этом на протяжении всей книги.

А ещё важно понимать, что уходить от несчастья или идти к счастью — не всегда и не для всех вопрос только свободного выбора. Так же, как оптимисты и пессимисты по-разному смотрят на стакан — наполовину полный или наполовину пустой — так и выбор стратегии «идти к счастью» или «уходить от несчастья» происходит подсознательно и во многом зависит от индивидуального мышления и поведения конкретного человека, его психотипа и характера. Об этом подробнее поговорим в разделе «Как мы устроены».

Когда нам нужно оценить что-то (проект, событие и т. п.), мы пользуемся двумя подходами: первый — оцениваем сами, исходя из внутренних критериев и опыта; второй — ориентируемся на мнения других. Для одних важнее собственные оценки, для других — мнение авторитетов. Выбор зависит в основном от психотипа и характера.

Другой пример. По ТВ идут две рекламы. В одной рекламируют лекарство, «которым пользовались ещё наши бабушки», в другой — «новейшее средство, разработанное на основе высоких технологий». Реакции на рекламу будут разными: для одних важна традиционность, узнаваемость, для других — новизна и уникальность.

Третий пример. Муж говорит жене, что пора сделать ремонт. Жена отвечает: «Давай, я как раз видела чудесную ткань для штор и покрывала». Муж раздражается: «Ну при чём тут покрывало? Надо решить, будем ли мы делать перепланировку, менять полы и окна. До штор ещё далеко». Муж мыслит общими категориями, жена — частными. Оба подхода в жизни нужны.

Эти примеры показывают разные способы оценки реальности, а значит, и подходы «идти от» или «идти к» тоже связаны с особенностями психики. В психологии такие свойства называют метапрограммами.

Метапрограмма

Считается, что так называемые метапрограммы — способы восприятия и связанные с ними стратегии поведения — формируются в детстве и остаются с нами на всю жизнь. Выбор того или иного подхода — «идти от» или «идти к», опираться на внутреннюю или внешнюю оценку, на сходства или различия, на общее или конкретное — из различных дуальностей, присущих метапрограммам, происходит подсознательно [4]. Но это вовсе не значит, что нельзя сознательно выбрать другой вариант. Метапрограмма — это наша особенность, а не приговор: её можно отменить и заменить другой. Давайте рассмотрим некоторые из них.

Метапрограммы достижения и избегания. Обе стратегии могут привести к цели или не привести, но первый тип будет идти к ней напролом, оценивая успех по факту достижения, а второй сначала учтёт возможные препятствия, способы их преодоления и оценит успех с учётом затрат и потерь.

Метапрограммы «я» и «другие». Те, кто ориентируется на «я», прежде всего думают о собственных интересах. Те, кто учитывает общий интерес или потребности других, относятся к полюсу «другие». Очевидно, их поведение будет разным. Соответственно, мотивировать таких людей нужно разными подходами: одним показывать личную выгоду, другим — общее благо.

Наши метапрограммы включаются и проявляются во многих жизненных ситуациях. Мы по-разному смотрим на выполнение планов и проектов: одни видят проект в целом, другим важны детали и процедуры; одни сразу проявляют активность, собирая информацию по ходу, другим важно сначала всё тщательно проанализировать; одни, анализируя что-то, в первую очередь замечают сходство с тем, что уже знают, другие — выделяют отличия. Понимать свой и чужой тип мышления, свои метапрограммы — важно и удобно. Современные руководители, управляющие коллективами, активно используют эти навыки. Знание о себе тоже не помешает: учитывая свою природную метапрограмму, можно, опираясь на рациональный анализ, вносить нужные коррективы. В психологической литературе описаны десятки типичных метапрограмм [4].

Патогенное и саногенное мышление

Иногда в памяти всплывают неприятные моменты: например, ситуация, когда вас обидели. Всплывают лица обидчиков, звучат их слова. Вы проигрываете всё это снова и снова, переживаете обиду и ищете слова, которые могли бы сказать, но не сказали… Знакомо? Конечно. Мы все так устроены, и я не исключение. Но теперь я знаю: это неправильный способ думать, вредный во всех отношениях. Нужно уметь контролировать своё воображение. Как? Это несложно, но совсем не так, как мы обычно пытаемся: типа не думать о плохом. Мы стараемся прогнать навязчивый образ, забыть об обидчике и ситуации, но чаще всего возвращаемся к ним снова и снова. Мы уже говорили: правильное мышление — это не уход от неприятного, а движение к чему-то другому.

Помните классический психологический трюк: «Не думай о зелёном медведе или белой обезьяне»? Как это сделать? Для этого надо создать другой образ, постараться пережить то, что хотелось бы чувствовать. Например, думайте о жёлтой розе, парящей в небе птице, журчащем ручье, закате на берегу моря — обо всём, что приятно и легко представить.

Пока вы зациклены на неприятном, на тяжёлых чувствах — стыде, обиде, ревности, подозрениях — и переживаете их снова и снова, вы обречены на несчастье. Такое мышление называют патогенным — оно ведёт к болезням и проблемам.

Юрий Орлов выделяет следующие характерные черты патогенного мышления [5, 87]:

• Воображение выходит из-под контроля: вы постоянно проигрываете негативные образы и ситуации, что вызывает непроизвольные эмоциональные реакции и рождает поведенческие модели. Например, обдумывая обиду, человек невольно представляет наказание обидчиков, строит планы мести, воображает, как они получат по заслугам. То же происходит с другими чувствами: ущемлённым достоинством, стыдом, ревностью.

• В результате повторяющегося накручивания негативные переживания только усиливаются и закрепляются: обиженный ещё больше обижается, агрессивный — сильнее впадает в агрессию, ревнивый превращается в патологического ревнивца, трусливый — в патологического труса (ведь он сам постоянно пугает себя, независимо от реальных событий). Аналогично человек, который постоянно прокручивает в голове ситуации стыда и унижения, приобретает глубокое чувство неполноценности.

• Патогенное мышление лишено рефлексии — способности взглянуть на себя и своё состояние со стороны. Человек полностью погружается в ситуацию, даже когда она уже разрешилась. Его «я» сливается с образами, которые он создаёт в сознании. Он с возбуждением и страстью вновь проигрывает ситуацию, забывая, что это уже не реальность, а воображение.

• Патогенное мышление склонно лелеять и сохранять негативные переживания: обиду, ревность, страх, стыд. Человек не стремится избавиться от них и не понимает, что именно эта привычка постепенно ведёт к патологиям. Такая особенность обычно сочетается с незнанием, а порой и неприятием принципов психогигиены.

С горечью приходится признать: именно так думает и переживает большинство из нас. Нам редко удаётся сознательно управлять воображением. Обычно переключение на другие образы происходит случайно. Когда образы и чувства становятся невыносимыми для нас, мы принимаем таблетки, выпиваем что-то крепкое или пытаемся разрядиться другими способами. Но есть иной путь, который может кардинально изменить нашу жизнь, способствовать формированию у нас новой философии: саногенное, или оздоравливающее, мышление (СГМ). Мы будем говорить о нём на протяжении всей книги: оно снижает напряжение и стресс, помогает разрешать конфликты, находить согласие с окружающими и самим собой, приносит счастье.

Как управлять мыслями

Мысли — это продукт работы мозга, результат неких электромагнитных взаимодействий и биохимических реакций, которыми мы не можем управлять напрямую. Мы, конечно, можем влиять на них с помощью лекарств, наркотиков, галлюциногенов и прочих веществ, но такое управление ненадёжно и наносит вред организму.

Мыслями мы можем управлять косвенно: через образы, которые сознательно вызываем в воображении. Как только появляется образ, меняются и биохимические реакции: представьте, что вы режете лимон и из него течёт кислый сок — у вас сразу начнёт выделяться слюна. Если бы вы просто пытались отдавать приказы слюнным железам без образа лимона, ничего бы не вышло. Но образ лимона уже есть в нашей памяти, и умственные автоматизмы срабатывают, когда мы его представляем. Так, с накоплением жизненного опыта мы формируем в подсознании базу образов, к которой обращаемся, запуская процессы, завершающиеся физиологическими и психическими реакциями. Сознание может управлять ходом мыслей, если вовремя вызовет нужный образ. Умение вызывать нужные образы, чтобы получить желаемую эмоциональную реакцию — вот что такое искусство управления мыслями. Но, если мы не научились делать это осознанно, что-то подобное всё равно происходит, просто подсознательно, автоматически.

Автоматические реакции, сформировавшиеся в подсознании, создают систему привычек — очень влиятельную подсистему нашей психики. Всё что возможно организм старается делать по привычке. Действовать так удобно: это экономит время и силы. Можно сказать, внутри нас живёт человек привычки.

Но внутри есть и человек воли. Он может остановить действия, которые предлагает человек привычки, и предложить другой вариант поведения. Именно это мы называем волевым усилием. Человек воли может быть очень эффективным: он не просто подавляет человека привычки, а разыгрывает более сложные сценарии, становится умной силой, которая управляет привычками без насилия и угроз. Наша воля — не тупой полицейский, который только запрещает, а умный воспитатель, который мягко приостанавливает готовое действие и предлагает обдумать и сделать что-то другое. Человек привычки и человек воли могут быть союзниками.

Совокупность навыков и способностей человека распознавать эмоции, понимать намерения, мотивацию и желания других людей и свои собственные, а также управлять своими и чужими эмоциями для решения практических задач в современной психологии называют эмоциональным интеллектом (EQ). Эмоциональный интеллект включает такие компоненты, как самопознание, саморегуляция, мотивация, эмпатия и социальные навыки. Подробнее об этом — в главе «Искусство общения» в разделе «Общество и счастье».

Вопросы к себе

Задавать себе вопросы — главный инструмент самоанализа и работы с сознанием и подсознанием, это основной приём интроспекции. Но большинство людей этого не делает — ни вслух, ни про себя. Даже те, кто склонен к философским размышлениям и поиску смысла жизни, редко формулируют свои мысли в виде вопросов к себе. Они могут анализировать свои поступки, и в этом анализе скрыто присутствует вопрос «зачем я это сделал», но он остаётся, к сожалению, невысказанным. Если такой незаданный вопрос выявить, осознать и мысленно сформулировать, многое меняется. Вопрос, который раньше был лишь подразумеваемым, становится чётким и требует ответа. Пока он не задан, мысли и образы текут свободно, не подчиняясь требованию вопроса. У большинства из нас нет ни привычки, ни умения задавать себе вопросы.

В интернете полно материалов с заголовками вроде «200 важнейших вопросов для самоанализа». Их стоит почитать, но польза их ограниченна, ведь это не ваши вопросы, они не придуманы вами и не рождаются из вашей ситуации. Вопрос, возникший из вашей конкретной ситуации и из ваших переживаний, будет гораздо эффективнее, чем заимствованный. Попробуйте осознать ситуацию так, чтобы она сама стала вопросной, чтобы вопрос возник естественно. Подсказки со стороны, особенно когда вы только учитесь задавать себе вопросы, конечно, полезны, но не ищите готовых списков в интернете. Вот мой первый вопрос-подсказка: «Зачем я читаю эту книгу?» Это не самый простой вопрос, потому что «зачем» требует осознания цели, а она может быть расплывчатой и трудно поддающейся описанию. Проще вариант: «Почему я читаю эту книгу?» Здесь достаточно назвать причину: «Мне посоветовали», «Понравилось название», «Привлекла обложка» и т. д.

Другой вопрос-подсказка, который пригодится, если вас тревожит обида: «Почему я обиделся на этого человека? Что именно меня задело?» Начните с простого. И продолжайте в том же духе, копайтесь в ситуации. Играйте с вопросами к себе, тренируйте мышление и самонаблюдение. Не стремитесь задавать только умные и глубокие вопросы, а также сложные. Иначе вам сложно будет сформулировать ответ, игра быстро надоест, а ваша цель — в игровой форме развить способность вести диалог с самим собой.

Как мы устроены

Умение управлять эмоциями — своими и чужими — ценилось всегда. Обычные люди специально этому не учатся, но жизненный опыт позволяет многим овладеть.

Мы многое понимаем интуитивно, неплохо перенимаем чужой опыт. Вот только такой метод проб и ошибок не слишком эффективен, да и ошибки часто бывают болезненными. Гораздо надёжнее освоить проверенные методики. Методы, изложенные здесь, позволяют управлять собой осознанно и без посторонней помощи.

Приступим к знакомству с нашей эмоциональной машиной и узнаем, какие врождённые качества участвуют в формировании эмоций.

В этом разделе рассказывается о том, какую роль играют инстинкты, темперамент, телесная конституция, характер и психологический тип личности — тот базис и каркас, с которым мы живём всю жизнь. Этот набор свойств — фундамент нашей индивидуальности, матрица, на которой формируются эмоции и модели поведения. Можно этот комплекс свойств назвать я-матрица.

Важно понимать, что наряду с я-матрицей — тем, что дано нам от природы, существует я-концепция — наше представление о самом себе. Подробнее об этом будем говорить в следующих главах. Сразу отметим, что наше представление о себе может быть неточным и даже глубоко ошибочным. Из-за этого возникает противоречие между тем, кто я есть на самом деле (я-матрица), и тем, каким я себя считаю (я-концепция). Именно это противоречие и лежит в основе большинства неудовлетворённостей, разочарований и прочих неприятных переживаний, лишающих нас покоя и счастья.

Каждый из нас уникален, у каждого свой характер, внешность, привычки, взгляды на жизнь. Поэтому не существует единого рецепта, который гарантировал бы счастье всем. Чужой опыт или образец счастья применить сложно, чаще — невозможно. Чему-то можно научиться, но просто взять и повторить — нет. В одних и тех же обстоятельствах одни чувствуют себя отлично, а другие — плохо: одним для счастья нужны тишина и уединение, а другим — шумная компания; одним важно руководить, отдавать приказы, поощрять и наказывать, а для других такая роль — тяжёлый крест. Поэтому очень важно понимать, что в нас врождённо, устойчиво и неизменно, а что мы можем изменить.

Поверхностное понимание своей природы ведёт к бесплодным, а порой и губительным попыткам изменить себя, добиться успеха, стать счастливым по чужим образцам. Тысячи людей, прочитав популярные книги на тему «как добиться успеха», «как избавиться от негативных эмоций» и т. п., стремятся изменить себя, пытаясь сломать в том числе свои неизменные, не поддающиеся трансформации свойства. Результаты чаще всего плачевные: человек теряет веру в себя, разочаровывается в своих возможностях и становится ещё менее успешным и счастливым, чем был раньше.

Чтобы с нами подобного не случилось, надо проявить терпение и прочитать несколько следующих глав. Они могут показаться скучноватыми, но это важный учебный материал. Итак, в нескольких следующих главах рассказывается о том, что такое инстинкты, темперамент, конституция, психотип и как определить свои индивидуальные характеристики.

Инстинкты

Сам факт наличия инстинктов у человека некоторыми учёными отрицается. Признаётся, что инстинкты — врождённая последовательность действий, вызванных некоей потребностью — есть у животных, а то, что мы этим словом называем у людей, на самом деле разного рода рефлексы, некие автоматические действия, привычки и т. п. Спор об этом идёт не первую сотню лет и сам по себе интересен и поучителен. Вопрос о том, стоит ли употреблять термин «инстинкты» по отношению к человеку, даже в научной литературе относят ко второстепенным, полагая, что каждый вправе предпочесть то словоупотребление, которое является традиционным для его научной школы [6].

Учитывая цели этой книги, я буду пользоваться словом «инстинкты» так, как мы им пользуемся в обычной жизни. Мы говорим, например: «Я инстинктивно отдёрнул руку от горячей поверхности только что вскипевшего чайника». При желании можно начать спорить: мол, такое поведение — вовсе не инстинкт, а автоматическая реакция, возникшая на основе либо собственного опыта (уже обжигался), либо подражательного поведения и послушания (видел, как другие обожглись; мама сто раз говорила: «Не трогай, он горячий»). Можно спор продолжить и указать, что даже такие биологически обусловленные стремления, как поиск пищи и размножение, не все считают инстинктами, поскольку не только у человека, но и у высших приматов эти стремления не подкреплены автоматическими действиями, заложенными в природу: и поиску пищи, и даже размножению надо научиться.

Для целей этой книги важно знать о наших устойчивых поведенческих реакциях, независимо от того, являются они врождёнными и приобретёнными. С учётом сделанных оговорок, будем использовать слово «инстинкты» применительно к людям, сознавая меру научной неточности.

В литературе встречается множество разных списков человеческих инстинктов. Чаще всего в них включены: продолжение рода, самосохранение, альтруизм, исследование, доминирование, свобода, сохранение достоинства.

Содержание и направленность инстинктов понятны из их названий, хотя иногда нужны уточнения.

Например, инстинкт продолжения рода — это чаще всего комплекс из инстинкта спаривания и заботы о потомстве.

Инстинкт самосохранения включает множество поведенческих реакций, направленных на адаптацию к меняющимся условиям и стремление избежать угроз.

Инстинкт альтруизма, присущий людям как существам общественным — это готовность помогать другому (латинское слово alter означает «другой»).

Инстинкт исследования сформировался в процессе выживания. Человек должен постоянно искать новое, приобретать знания, развиваться — в этом одно из его преимуществ, это помогало выживать и приспосабливаться к условиям конкуренции.

Инстинкт доминирования — стремление к лидерству и превосходству — относится к качествам, необходимым для реализации механизмов естественного отбора.

Инстинкт свободы — термин неудачный и сбивающий с толку, потому что мы обычно понимаем свободу в социальном смысле. Однако связанное с этим поведение проявляется на самых ранних этапах эволюции человека. Его суть — стремление проверить на прочность разные ограничения: подойти к огню — и лишь потом обжечься, чтобы понять, что это больно и опасно; попробовать прыгнуть с большой высоты — и испытать боль, узнав, что с определённых высот прыгать опасно. В этом смысле он тесно связан (а может, и совпадает) с инстинктом исследования.

Инстинкт сохранения достоинства подсказывает, что со мной можно делать, а чего нельзя. Социальное понятие чести и достоинства отличается от биологического инстинкта сохранения достоинства. В жизни мы чаще всего сталкиваемся с социально обусловленным комплексом собственного достоинства. Для нас, однако, важно не то, врождённое это свойство или нет, а то, что этот фактор очень влиятелен. Те, у кого этот комплекс сильно развит и даже доминирует, становятся невольниками чести, готовыми ради сохранения достоинства — как они его понимают — подавить инстинкт самосохранения. Жить с обострённым чувством достоинства нелегко.

Завершая условный список инстинктов, скажу: не называйте какие-либо из них низменными. Низменных инстинктов не бывает. Это естественная, важная и нужная часть нашей природы. Есть низменные поступки, противоречащие морали и нравственным нормам.

То, что мы условно и упрощённо называем инстинктами, есть у каждого человека, но в разных дозах и с разной иерархией. В этом мы и отличаемся друг от друга. У одних главным является инстинкт доминирования — такие люди стремятся лидировать; у других — инстинкт альтруизма — и они становятся отзывчивыми и сопереживающими. Психологи выделяют семь типов людей по доминирующему (главному) инстинкту: эгофильный (себялюбивый), генофильный (ставящий превыше всего род и семью), альтруистический, исследовательский, доминантный, либертофильный (свободолюбивый) и дигнитофильный (лат. dignitas — достоинство). Подробное описание каждого типа можно найти в психологической литературе.

Каждому важно понимать, что для него гармонично и естественно, а что противоречит его природе. Зная это, можно избежать ситуаций, в которых счастья не видать. Советую проанализировать себя, понять, какой инстинкт у вас главный, и учитывать это при самоанализе. Помните: нет плохих типов и плохих инстинктов. Инстинктов не стоит стыдиться. Они хороши в любом сочетании и порядке. Проблемы возникают, когда какой-то инстинкт настолько подавляет остальные, что человек впадает в патологическое состояние — инстинктопатию: если исследователь становится фанатиком — ради познания он может пойти на жестокие эксперименты на живых людях; при чрезмерном развитии инстинкта самосохранения — получаем сверхэгоиста; при патологии инстинкта доминирования — диктатора или тирана. Инстинктопатии, как и другие психопатологии, должны лечить профессионалы.

Важно понимать, что опасно не только чрезмерное доминирование инстинкта, но и его подавление, которое ведёт к проблемам и неудовлетворённости. Психологи отмечают: подавление инстинкта самосохранения вызывает тревогу и страх; инстинкта продолжения рода — неудовлетворённость, агрессивность и тоску; альтруистического — чувство вины и муки совести; исследовательского — неудовлетворённость, агрессивность, печаль; доминирования — неудовлетворённость, агрессивность, враждебность, презрение; свободы — протест или депрессию; сохранения достоинства — гнев, отвращение или депрессию. В целом подавление инстинктов вызывает две универсальные эмоциональные реакции: агрессивно-протестную или капитулятивно-депрессивную. Мы должны не подавлять инстинкты, а сдерживать их чрезмерные порывы, вовремя осознавать их и направлять в приемлемое русло.

Темперамент

Поведенческие реакции, которые мы упрощённо называем инстинктивными, у разных людей проявляются по-разному: в разных формах, с отличающейся интенсивностью и скоростью. У кого-то — бурно и быстро, у кого-то — медленно и неярко, в зависимости от темперамента. Типы темпераментов хорошо известны: холерик, флегматик, сангвиник и меланхолик. Напомню их основные черты, опираясь на удачные формулировки из книги В. Гарбузова «Человек — жизнь — здоровье: древние и новые каноны медицины» [7, 121—124].