«А ты думаешь, все надежды рождаются исключительно прекрасными? — ответил Гвилиур. — Надежды бывают разные. Одни и впрямь изначально красивы. А другие появляются из обречённости и отчаяния. Именно они помогают выбраться со Дна мира. Но чтобы подняться со Дна… чтобы из чего-то уродливого родилось что-то прекрасное, нужно очень, очень сильно постараться! Ты молодец, ты смогла. Может… может, ты и права насчёт людей. Может, вы и правда небезнадёжны».
2 Ұнайды
Гнидуза в ладони постепенно наливалась всё более ярким светом; если сначала она едва заметно мерцала, то сейчас напоминала маленького светлячка. Вика смотрела на трепетание язычка света и думала о том, что, пускай для остальных гнидуз всё осталось как прежде, жизнь этой — хотя можно ли вообще говорить о «жизни» применительно к таким странным существам? — совершенно изменилась. А разве одна жизнь, которая поменялась к лучшему, — это мало?
1 Ұнайды
Подумаешь, ещё одна боль предательства, ещё одно разочарование и ещё одна обида. Какая разница? В неё и так уже столько всего попало, пока она барахталась в этом страшном болоте!
Где-то на самом краю сознания мелькнула тревожная мысль: наверное, такая бесчувственность — это симптом очень сильного отравления Тумарьем, но сейчас Вика была этому только рада. Если бы она не потеряла чувствительность, то вряд ли смогла бы снова и снова возвращаться в болото за новой гнидузой.
1 Ұнайды1 түсініктеме
А потом за следующей.
И ещё за одной.
И ещё…
1 Ұнайды
Сначала Двадцать третий сбежал, а теперь вот эта девчонка…
— Да, с Двадцать третьим — это, конечно, интересно,
1 Ұнайды
Ответ появился прямо перед Викой — и ошеломил. И ужасно испугал! Гвилиур широко разинул свою пасть, и из неё хлынул яркий зелёный свет. И стало сразу понятно: вот она, дверь. Нужно всего лишь войти в обрамлённую огромными острыми клыками пасть… Пасть чудовища, которое давным-давно сошло с ума, бормочет какую-то бессмыслицу и явно подвержено перепадам настроения. А что, если Гвилиур забудет, что он делает, захлопнет пасть и просто проглотит Вику вместо того, чтобы направить на ту загадочную «дорогу» между Осколками Восьмирья?
1 Ұнайды
«А ты думаешь, все надежды рождаются исключительно прекрасными? — ответил Гвилиур. — Надежды бывают разные. Одни и впрямь изначально красивы. А другие появляются из обречённости и отчаяния. Именно они помогают выбраться со Дна мира. Но чтобы подняться со Дна… чтобы из чего-то уродливого родилось что-то прекрасное, нужно очень, очень сильно постараться! Ты молодец, ты смогла. Может… может, ты и права насчёт людей. Может, вы и правда небезнадёжны».
— Ну… Я всегда считала, что хорошее настроение помогает и придаёт сил, — осторожно ответила Вика и подумала, что не отказалась бы сейчас от самого мелкого и невзрачного негрустина.
— Нет, — убеждённо помотал головой Юрг. — От хорошего настроения в голову лезут всякие глупости, люди перестают работать и думать о важном и хотят только развлекаться.
Вика промолчала. Отчасти Юрг прав: когда у тебя хорошее настроение, действительно хочется веселиться и радоваться жизни. Но с хорошим настроением и работа получается лучше, чем с плохим, и обыденные дела становятся в радость. Да и сама жизнь кажется куда ярче и красивее.
А разве одна жизнь, которая поменялась к лучшему, — это мало?
Никогда ещё она не чувствовала себя в Восьмирье такой одинокой! В Ово были майстер Нилс и Лукас, в Куидаме — Лукас и тётя Генриетта, и даже в Фортуге оставались Маркус и Николас, а это хоть какая-то поддержка. Но тут, в Куузе, у Вики не было вообще никого! Не считая Ванильки, конечно, но всё-таки мечта — это одно, а человеческая поддержка — это совсем другое.