Может быть, Валентине Ивановне казалось, что смеяться все начнут не над Славой, а над ней. Что Слава заразит ее своей грядущей чмошностью, как чумой в Средневековье. Или же она просто считала, что Слава преследует какую-то макиавеллиевскую цель — снимет ее на видео, например, и выложит в «ТикТок», или будет пошло шутить и смущать нежных девчонок, или украдет у нее дрожжи и кинет их в школьный унитаз.
