и они оба стоят молча, а ветер раздувает парус и волосы, и волны бьются о нос лодки, перехлестывают на палубу
Нечего мне делать на Дюльгье, говорит Алида
Ну да, говорит Ослейк
Ссади меня на берег где-нибудь в другом месте, говорит она
Но там-то ты что станешь делать, говорит он
А что мне делать на Дюльгье, говорит она
и опять оба молчат
Н-да, говорит Ослейк
и опять молчит, и Алида тоже не говорит ни слова
Ну, мамаша моя померла, и мне нужен кто-нибудь, чтоб присматривать за домом, говорит Ослейк
а Алида молчит, не говорит ни слова
Ты не отвечаешь, говорит он
Я ищу Асле, говорит она
Так ведь я же рассказал тебе, что с ним сталось, говорит Ослейк
и Алида слышит его слова и не слышит, ведь Асле должен где-то быть, иначе невозможно, никак невозможно
Я рассказал тебе вчера, что с ним сталось, говорит Ослейк
и это неправда, он же просто так говорит, думает Алида
Вот так с ним случилось, говорит Ослейк
Я сам видел, говорит он
и оба стоят молча
Я видел, как его повесили, видел, как он висел, говорит он
а Алида думает, что они с Асле по-прежнему любят друг друга, по-прежнему вместе, он и она, она и он, он в ней, она в нем, думает Алида, смотрит на море и в небе видит Асле, видит, что небо – это Асле, чувствует ветер, и ветер тоже Асле, он здесь, он ветер, коли и нет его, то он все же есть, и она слышит, как Асле говорит, что он здесь, что она увидит его, пусть глянет на море и увидит, что он – небо, раскинувшееся над морем, говорит Асле, и Алида глядит и вправду видит Асле, но не только его, она видит и себя там, в небе, и Асле говорит, что он и в ней тоже, и в малыше Сигвалде, и Алида говорит, что так оно и есть и так будет всегда, и думает, что теперь Асле живет только в ней и в малыше Сигвалде и что она вроде как живой Асле, думает Алида и слышит, как Асле говорит, что он здесь, с нею, и будет с ней всегда, так что не надо бояться, он всегда будет с ней, говорит Асле, а Алида смотрит на море и там, в небесах, видит его лицо, видит словно незримое солнце, видит его руку, она поднимается и машет ей, и Асле говорит, что ей не надо бояться, говорит, что теперь она должна хо
