Оглавление

Авторские права

1. ШУМ ВЕТРА

Простота

Давайте встретимся в стихотворении

Давайте встретимся в стихотворении

как в открытой книге.

Как в пылающем кустарнике,

как в потерянном слове,

которое теперь стучит в дверь памяти…

Мы падаем под тяжестью страха,

под тяжестью нужды на этой покинутой планете.

Мы глотаем ужасы плена,

покрытые передниками газет,

личных наслаждений и успехов —

для смеха.

Наш мир состоит из важных стен

и гнева,

из пренебрежения тем,

что на нас не похоже,

что нам сопротивляется,

что нас не понимает,

что не достигает нашего

предполагаемого превосходства.

Мы — тела из мяса, крови, костей.

И всё-таки:

Давайте перевернём страницу и подружимся

с другим инструментом, с другим

миром с другим

зерном,

с другим

светом, который не знает ни шипов, ни

желчи,

ни плача.

Ни бессилия ночи…

Давайте станем

оттаявшими сердцами!

Страсть твоих пространств

Страсть твоих пространств падает с домов как вес,

падает и заходит как солнце в закатах,

заходит-падает, падает-заходит…

Мы здесь одни и даже желания больше нет,

иссохшее долгими миражами, оно садится,

отдыхает, как старик, изнурённый жаждой,

и вспоминает давние моменты жизни,

безрассудство таяния, сдавленные рыдания,

горечь взросления…

На этой земле

На этой земле

моё тело

больше мне уже не принадлежит.

Я остаюсь здесь

только ради нежности, чтобы принести

свободу от цепей печали,

глубокой, как колодец,

от цепей, будоражащих во мне

повсюду

потребность видеть…

Моя скорбь перетекает берега

и привязывает меня к этому физическому миру.

Когда

я проснусь,

мы пойдём вместе

на поиски неизведанного…

И жёлтый запах жасмина

И жёлтый запах жасмина сыплется из хрупких

жаворонков, которые машут утихшими шейками.

Есть лес, есть тишина, есть трава.

Руки мнут зелёное тесто лугов.

Вода в ручье облизывает свои камешки,

и буханка хлеба на меже

добровольно выносит свою судьбу.

Ждёт, пока я её надкушу.