Оглавление

Михаил Стародуб и Татьяна Кулакова. Авторские стихи и песни из альбома «Обними меня, будь ближе!»

Солнца луч занавеску колышет

1.

Солнца луч занавеску колышет.

Смолк за печкой сверчок, слышишь?

— Обними меня, будь ближе!

Мы от счастья едва дышим.

Слышишь — падает с тополя пух.

Вяжет ловчие сети паук.

Слышишь — первая капля дождя,

охнув, шлёпнулась, пыль бороздя.

2.

Ветер гонит с полей дух гречишный.

Шелестят о своём листья вишни.

На губах твоих свежесть и мёд.

Стрелки дрогнут, и время замрёт.

Слышишь — падает с тополя пух.

Вяжет ловчие сети паук.

Слышишь — первая капля дождя,

охнув, шлёпнулась, пыль бороздя.

4.

Солнца луч занавеску колышет.

Смолк за печкой сверчок, слышишь?

— Обними меня, будь ближе!

Мы от счастья едва дышим.

За новеньким рассветом

Ночь. Километры расстоянья.

Бесстрастно скорый поезд скорый,

бесцеремонный в расставаньях.

Он странствует в соседний город.

Бесстрастно скорый поезд скорый,

он странствует в соседний город —

как связка ёлочных игрушек.

Однако, скоро свет потушат.

Ночь. Темнотища. Может быть,

тьму распахнув, нырнуть и плыть?

Гроздь невесомых сновидений.

Роскошных небылиц стада.

Фигуры, знаки, тени.

Событий череда.

И плыть за новеньким рассветом

Туда, где судьбы не приручены,

Туда, где к счастью не приучены.

Ночь. Темнотища. Может быть,

тьму распахнув, нырнуть и плыть?

Почему же… все девчонки?

Почему же? Почему же?

Все девчонки ищут мужа?

Для чего же, для чего?

Для чего искать его?

Почему же так он нужен?

Почему же? Почему же?

Отчего же? Отчего?

Нелегко найти его!

Почему же так он нужен?

Почему же? Почему же?

Отчего же? Отчего?

Нелегко найти его!

Без подружки — жизнь горбушка

и сплошная напряжёнка!

Без прирученной девчонки

ты не муж, а мужичонка…

Без подружки — жизнь горбушка

и сплошная напряжёнка!

Без прирученной девчонки

ты не муж, а мужичонка…

Так скажу я вам на ушко

по секрету и вдогонку:

Без подружки — жизнь горбушка…

и сплошная напряжёнка!

Пусть он будет непослушен,

ростом мал и простодушен,

но зато он будет нужен.

Но зато он будет Мужем.

Но зато он будет нужен

к завтраку, в обед и ужин,

и… конечно, перед сном

будет нужен в основном!

Но зато он будет нужен

к завтраку, в обед и ужин,

и… конечно, перед сном

будет нужен, в основном!

Без подружки — жизнь горбушка

и сплошная напряжёнка!

Без прирученной девчонки

ты не муж, а мужичонка…

Песня про кошку со спичечный коробок размером

К одному дяде, рассеянному немножко

(как поэт или философ, к примеру!),

приходит в гости задумчивая кошка…

со спичечный коробок размером!

Не потому, что этой кошке негде было бы жить,

а надо ведь животному с кем-то дружить?

Да и случается тоже: рассеянному дяде

хочется кого-нибудь приласкать и погладить.

А кроме нашей кошки-то и некого ещё

(хотя, конечно, это у них не в счёт)!

Так вот, к одному дяде, рассеянному немножко,

приходит в гости задумчивая кошка.

Витает дядя в облаках, а в ладошке —

со спичечный коробок задумчивая кошка.

Повздыхают. Помолчат. Поулыбаются

(а что каждый о своём, у них не считается)!

Старик в тельняшке

Старик в тельняшке —

в руке ромашка —

войдёт в избушку,

найдёт старушку.

В рябой ладошке

дрожит ромашка.

А счастье — пташкой!

Орёл ли? Решка?

А жизни — крошка!

И поздно мешкать…

Стоит избушка,

дверь нараспашку.

Щенок в кудряшках,

В полоску кошка.

Старик в тельняшке,

а с ним — старушка.

В рябой ладошке

дрожит ромашка.

Луны горбушка.

Спит деревушка.

Вздыхает тяжко

старик в тельняшке.

А жизнь — насмешка,

любовь — ловушка.

И сердце, вишь как,

набрякло слишком.

Была старушка,

и нет старушки.

В цветной стекляшке

торчит ромашка.

Игорь Столяров. Стихотворения из книги «Травокосень»

Знойно-июньское

В июне запад превратился в юг

И ослепил сияньем летней ночи,

Когда до первых тополиных вьюг

Я мерил путь в полсотни новострочий.

Давай немного помолчим с тобой

О том, что день был жёлт, как Бонифаций;

Что знойный ветер, мерный, как прибой,

В пыли полощет заросли акаций,

А прежде в них, меж листьев, у коры,

В неутолимой жажде изнывая,

От злой жары скрывались комары.

Давай заметим, тайны открывая,

Как пляшет бражник, облетая клён

В пути к луне пленительно-холодной…

Вот так же я в одну тебя влюблён.

Красиво.

Неизбывно.

Безысходно.

Сны из прошлого

I. О несбыточном

Плыли строфы истоки —

Речка, сугроб, мосты.

В них оживали строки,

Что сотворила ты;

Что, закружив, отметил

Лёгким касаньем губ

II. О невозвратимом

Ждёт у ночей во власти

Память о давнем дне.

Что ж ты всегда в ненастье?

Что ж ты опять во сне?

Это, наверно, странно —

Переступать Рубеж?..

Время забыть пространство,

Чтобы вернуться в прежь:

Я — «водолазка-парень»,

Скрытник почти для всех;

Ты, кто печаль гитары

Прятала в лёгкий смех;

Время, что гнало в пропасть

Души кнутом грехов.

Сбросив смешную робость

С наших недостихов,

Юность зарю трубила —

И отступала мгла…

Помнишь, и лето было?

Помнишь, и ты

была…

Истории любви

***

…Где-то там без меня засыпает Твоё Полуночество.

Запах снов этой ночью берёзов, соснов и ольхов.

Отчего-то сегодня к тебе так особенно хочется —

До глубин, до смятения, до обнажённых стихов.

Золотая пора над руинами лета бессильного,

Травный шелест примят наступленьем осенних примет…

Мне б дожить до утра, до дрожащего сердца мобильного,

До звучащего в нём долгожданного слова: «Привет!»

***

Одари меня в ответ

Рифмою весёлой,

Свет мой, женщина-поэт!

У поэтов, в общем, нет

Потолка и пола:

Им бы к Богу на порог,

Чтобы петь повыше.

И неведом потолок

Их беспечной крыше.

Им Вселенная — размер,

Звезды — многоточья,

А изгибы тонких сфер —

Под двухстопьем почва…

Но порой для кратких встреч

Выдаётся время —

И спадает с хрупких плеч

Неземное бремя.

Снова твердь тебе и мне

Кажется родною…

В поднебесной тишине

Я с тобой наедине —

С женщиной земною.

***

…Срывался. Мчался, словно пёс,

По волновому окоёму,

Где, точно прядь твоих волос,

Мне пены локоны знакомы.

Как пот прибоя вниз бежит

По истомленным, знойным скалам, —

Морская соль твоих обид

Так по щекам моим стекала.

Я эту соль на сердце нёс,

Меня иные звали страны,

Где я сменил бы море слёз

На безмятежность океана.

Где, в штиль спокойно-величав,

Дыханьем свежести размерен,

Меня б как брата он встречал —

По крови и по странной вере

В бездонность вод, в веков песок…

Но даже в миг успокоенья

Я от тоски — на волосок,

Мне до тебя — одно мгновенье.

И, одинокий меж людьми

В круженьи дней, в событий гуще,

Я — пёс бездомный, от любви

По кромке берега бегущий…

***

…Да, было всё! — и всё ушло куда-то:

Дрожащий шепот непокорных губ

И мы — в луче бесстыдного заката,

Что рвал покровы туч, хмелён и груб…

Я стал другим, — не ветреным, не пылким.

Но нежных рук горячий непокой,

Скользящий вниз от ямки на затылке, —

Ужель забыть? Что ж, пусть я не такой, —

И все слова звучат давно избито,

И серебро мне холодит виски, —

Но не укрыть с годами не избытой,

В колючий взгляд укутанной тоски…

Юлия Элер. Авторские песни из альбома «Сказочки», «Новая звезда», «Осенний закат»

Циркачка

Цирк, балаган — называй как хочешь —

Сказочный мир, жить да поживать бы —

Сотню свечей зажигать бы к ночи,

Слушать пение звёзд

И так бы

Месяц за месяцем, год за годом…

Вот он, тот самый рай — на манеже,

Где я танцую над всем народом,

Чьи следы ветер унес…

Жизнь моя — сон, огоньки мгновений,

Танец мой — пламя, а я — снежинка,

Много на свете еще движений,

И музыка сил мне даст,

И очень

Прочен канат мой под звездным диском,

А если и нет — что за рай без риска,

Вовсе не страшно сорваться вниз, но

Страшно не знать, когда…

А вдруг сегодня мой час настанет —

Кто дотанцует тогда мой танец?

Не дрейфь, циркачка, канат натянут,

Забудь, забудь, забудь о страхе!

Туш, балансир, в облаках парящий,

Благослови, всемогущий Боже!

Все б ничего, если б не манящий

Странный, неведомый взгляд

Из ложи.

Не слышать зова! Не видеть взгляда!

Рука дрожит и нога как вата…

Зовет — иду. Только так и надо.

И мимо, мимо, мимо каната.

Новая звезда

Из темноты,

Из пустоты холодных дней,

Движений рук,

Забытых снов, потухших глаз,

Наперекор

Шипам искусственных огней

Рождалась новая звезда

И согревала нас.

Сначала луч,

Едва заметный до поры,

Внезапный взрыв,

Непредусмотренный судьбой,

А после — свет

Заполнил души и миры

И два созвездия в одно

Соединил собой.

Неважно всё,

Что будет с нами на Земле,

Как долог путь —

На век ли или лишь на час,

Особый мир мы сотворили в вечной мгле,

И будет новая звезда

Светить и после нас.

Сиреневая сказка

Языческой сказке, должно быть, без малого тысяча лет.

Там лес, зачарованный в мае, в сиреневый люрекс одет,

Колдует Хранитель огня день за днём над волшебным костром

И маленький Эльф прилетает на пламя, забыв обо всём.

С завидным упорством разводит их осень по разным мирам,

Зима заметает брильянтовым снегом осколки костра,

Но только лишь вновь по весне замерцает сиреневый блеф,

Как тут же огонь оживает и в путь собирается эльф.

Замёрзшие крылья любовью согреет волшебный костёр,

Настроит гитару Хранитель огня и начнёт разговор,

Движениям рук будет вторить с улыбкой задумчивый Эльф

И сузится мир до мгновения вечности, в искре застыв.

И время замрёт, и никто не посмеет нарушить покой

Сиреневой сказки в волшебном лесу над застывшей рекой.

Те двое уже далеко — не услышат, зови — не зови.

О чём разговор их? Да всё о любви, о любви, о любви…

Осенний закат

Какой красивый закат:

Багрянец листьев прямо с дерева летит в небеса!

Какой красивый закат:

Художник кисточкой взмахнул и замер в изумленьи сам…

Слышится струнный квартет тишины,

Время исчезло, слова не нужны…

Какой красивый закат!

Конец бурливого дня,

Где остаются все тревоги, суета и дела.

Конец бурливого дня

Сжигает искрами огней обиды, бедствия дотла…

Миг между гомоном и немотой

Ошеломляет своей красотой —

Конец бурливого дня.

А можно думать и так:

Начало нового этапа на пути к высоте.

А можно думать и так:

Ещё не поздно развернуться и приблизиться к мечте.

Музыка с миром звучит в унисон,

Всё — гармоничность и всё — полутон.

Какой красивый закат!..

Адмирал

(Песня Анны Тимиревой)

Как нас сводила судьба

И раз, и два, и три, и раз…

Ах, не кончалась бы ночь —

Кто знает, что нас завтра ждёт.

Нет нам дороги иной —

Звезды стремительный полёт.

Зимний вокзал — первый бал —

Первый вальс.

От Гельсингфорса до любви

Несло нас, как на гребнях волн,

И возвращались корабли.

Сердце до края полно,

Нужно мне знать лишь одно:

Что где-то есть Вы среди вод и войн.

Где Вы теперь, адмирал,

Огонь родного маяка?

Словно икона — лица

Тепло живое на стене.

Пули Вам вместо венца,

Скитания до смерти — мне.

Зимний иркутский вокзал…

Сашенька!

Мы заплатили за любовь,

За счастье сбывшейся мечты.

Полвека вижу вновь и вновь

Эту февральскую ночь

И невозможность помочь,

И как уходишь за вечностью ты.

От Гельсингфорса до небес

Твоей любовию жива,

Я — только память о тебе.

Наперекор тьме и лжи

Вечной голубкой кружить

Будет над всеми морями наш вальс.

Александр Товберг. Стихотворения «Октябрьский блюз»

На Земле ещё так рано,

На Земле ещё так сонно.

В серых сумерках ждут страны,

Своего страны ждут Солнца.

А рассвет ещё лишь только —

Только начал светлить небо,

И сметать начал звёзд точки,

Будто крошки со стола — хлеба.

А в озёрах, а в морях — рыбы,

А в лесах да в степях — звери.

Выбирай — это твой выбор —

Быть собою, в себя верить.

В небесах вместо звёзд — птицы,

В городах вместо трав — люди.

Им так сладко сейчас спится,

И так тихо их спят судьбы.

А ещё в небесах — ангел

Пролетит, протрубит — Вечность.

Как момент не проспать нам бы,

Да грехи побросать с плеч бы?..

На Земле ещё так рано,

Пробудиться нам так трудно.

В серых сумерках ждут страны,

Своего люди ждут чуда…

***

Посмотри, разве можно

Предсказать хоть чуть-чуть

Этот свет осторожный,

Освещающий путь?

Кто-то пролил над нами

Этот белый поток,

Он над будущим замер,

Он сознанье отторг.

Мы идём вверх ногами,

Отражаясь в реке

И касаясь руками

Тех вершин вдалеке, —

И за ними ли, над ли —

Наш спаситель поёт,

Отправляя кораблик

В невозвратный поход.

Не противься наитью,

Оттолкнись от ручьёв.

Ариадниной нитью

И христовой свечой

Будет путь наш означен.

Хорошо видеть свет

И идти наудачу,

И куда-то наверх.

***

Снег, пыля, поля окутал —

Гномы мы, мы — лилипуты —

Нас опутали минуты —

Кто ты, где ты, почему ты?…

Так приятны эти путы…

Нам с тобою будто снится

Ледяная колесница —

По просёлкам мчится, мчится —

И на ломкие ресницы

Снег ложится…

Замерзаем, исчезаем

В смене медленных мозаик —

Знаем будто, и не знаем —

А о чём — не угадаем —

И снежинкой угасаем

В распростёртых снах зимы —

Мы…

***

Давай подумаем о прошлом —

Хоть о хорошем, хоть о страшном…

…А миром управляет пошлость,

Как я — рисунком карандашным.

Давай подумаем хотя бы

О том, кем стать с тобой могли бы…

…Я с бородой, но не Хоттабыч,

И не могу исправить выбор.

Давай подумаем о чём-то,

Что нас могло б соединить так,

Чтоб каждый не был перечёркнут,

Но связан красочною нитью.

Давай подумаем — а нужно

Ли вообще дорисовать нас?..

…А миром управляет нужность

И — злая целесообразность.

Давай подумаем негромко

О завершении всех сует…

Рисунок вымаран и скомкан,

И нас никто не дорисует.

Октябрьский блюз

Тепло и прохладно попеременно.

Осень крадётся к нулю, к нулю.

И излучают дороги, стены

Чуть уловимый октябрьский блюз.

Время упрячется в жёлтых кронах,

Станет пейзажем, замрёт в нигде,

И то ли Кранах, а то ли Хронос

Нас зашифрует в штрих-код дождей.

Но о дождях ещё рано, рано.

Мы смыслы вкладываем в сейчас.

Сверхсветовые дрожат мембраны

И отражаются эхом в нас.

И лица, лица, и пятна звуков —

Мы наблюдаем со стороны.

И подступающею разлукой

Уже подспудно разобщены.

Наш светофор встрепенётся красным,

И время выметнется к нулю,

И общность снова вернётся в разность —

В чуть уловимый октябрьский блюз.

***

Какая летальная осень…

Какие последние дни!..

Нас ветром по городу носит,

И мы листопаду сродни.

Нам хочется выжить, и жить бы

Отсюда — и до навсегда —

До самой последней женитьбы —

Её нам не предугадать.

Беспечный диспетчер отправил

Метелицу птиц на юга,

И вслед, избавляясь от правил,

За ними мы мчим наугад.

Не нужно искать ничего нам —

За нас всё определено —

Мы в небо влетаем с разгона

И пьём золотое вино.

Какое пьянящее действо —

С тобой в унисон отзвучать,

На твой отголосок надеясь —

От вечности и — до сейчас.

Евгения Витальская. Стихотворения из книги «Взмах окрылённости»

Я собираю себя по крупицам —

В солнечных бликах, где небо искрится,

В каплях дождя и в изменчивом свете,

Если я есть у него на примете,

В розовой мягкой вуали заката,

В гуще дремучего старого сада,

В трепете ласк бархатистого ветра,

В запахе кожи морщинистой кедра,

В сонной воде без единого всплеска,

В эхе, застигнутом мной в перелеске,

В мареве призрачной толщи тумана,

В боли от незаживающей раны,

В мире, где быль именуется сказкой,

Где не найти однозначной развязки,

Где, растерявшись, как дикая птица,

Я исчезаю легко, по крупицам…

***

Снежный пух ускользал мимолётом

В ореолах ночных фонарей.

Я привыкла к твоим старым нотам,

К блеску заиндевелых скамей.

За дорожкой, протоптанной к дому,

Над сугробами царствовал джаз.

Каждый такт здесь звучал по-иному,

Словно смысл некий чувствуя в нас.

Ты играл — было слышно с террасы —

Всплеск аккордов, высот и синкоп

Бился в воздухе, схваченный сразу

Стужей, небом и вихрем взахлёб.

Вьюга крепла из музыки той же,

Сумрак в кипенных хлопьях клубя.

Ничего не хотелось мне больше,

Чем войти — и увидеть тебя…

***

Было лето одно на двоих,

Где-то в сумерках иволги пели.

Ты казался задумчив и тих,

Вечер таял в тонах акварели.

У крыльца, над мансардой, в лесу

Тонким эхом их клики порхали.

Я не помню, в котором часу

Мы забыли о прежней печали.

Сквозь перила веранды до стрех

Млела пышность персидской сирени.

Мне почудилась прелесть во всех

Старых липах, бросающих тени.

За садовую изгородь лёг

Тёмный сон из еловой аллеи.

Ночь сама отдавалась в залог

Нашей близости, чуть холодея.

В одичалой душистой глуши

Пахла жизнь земляникой и мятой.

Стыли мальвы — легки и свежи,

Длилось время июньской усладой…

***

Я была в сотне лет одиночества

Без тебя,

Всё чужое, по имени-отчеству,

Невзлюбя.

С крыш слетала, как птица бездумная,

Вкривь и вкось,

Над морскими металась просторами,

Где пришлось.

Проносилась над дикими скалами,

Накренясь,

И, гонима норд-остами шалыми,

Вдаль рвалась.

Днём искала безлюдья поистине

Невпопад,

Вновь встречая у вымокшей пристани

Чей-то взгляд.

Бесприютная, слишком нелепая,

Без крыла,

Боль глотала от горя и в креп её

Проросла…

***

Есть на челе моём Божие имя

В благе небес.

Тайна даётся мне снами святыми

С миром вразрез.

Пульс вознесения в облаке свеян

Горней волной.

Издали вкраплен и явен извне он

Высью живой.

Белых одежд обозримые складки

Очень легки.

Пятна теней ускользающих шатки

Возле руки.

Блещут венца вековечные звёзды

Дрожью огней.

Вспышки величат видения грёз те

Негой своей.

Флёр фимиама сквозит ароматом

Ангельских стай.

И, проницав их, я вижу, что рядом

Светится рай…

Эвелина Цегельник и Майкл Мерино. Авторские песни из альбома «Любовь в воздухе»

Найди меня

Так хочется с душой твоей совпасть

давно забытыми мечтами,

историей, что началась,

совместными друзьями и врагами.

Относимся мы к клану одному,

друг с другом запросто зависнем.

В холодной мгле и в сумрачном дыму

мы помним каждый миг из жизни.

Из века в век мы движемся по кругу,

И наши души тянутся друг к другу.

Мы ищем души родственные,

с кем столкнулись в прежних воплощеньях.

Мы все принадлежим одной семье,

Мы на взаимном притяженье.

Меняем оболочки-лица,

связь энергетическая длится.

И память прошлых лет внутри живёт,

и души вместе просятся в полёт.

Родным по духу многого не надо:

Тепла души, приветливого взгляда;

ласкать смычком изнеженную скрипку,

и строить планы до утра в обнимку.

Всех законов не знаю Вселенной,

Только знаю, что души нетленны.

Верю в лучшее, верю я в чудо,

то что души находят друг друга.

Суламифь, Жанна Д’Арк, Беатриче —

Мне не важно в каком ты обличье.

Твою душу из тысяч узнаю,

благодатным огнём запылаю.

Прикоснёмся друг к другу душою,

Одним целым вновь станем с тобою.

О сколько душ без плоти и без лиц

В пыли космической зависли.

Тасуют звёзды души мастью вниз:

Но души порознь не мыслят.

И те, что выпадают из колод,

стремглав несутся к жизни прежней,

к родной земле, душе, что любит-ждёт,

Обнять так теплится надежда.

Родись со мной в одно и то же время,

без любящей души осиротею,

и будто птичка певчая в неволе,

я буду таять медленно от горя…

Всех законов не знаю Вселенной,

Только знаю, что души нетленны.

Верю в лучшее, верю я в чудо,

то что души находят друг друга.

Элвис Пресли, Пол Ньюман, Феличе —

Мне не важно в каком ты обличье.

Твою душу из тысяч узнаю,

благодатным огнём запылаю.

Мы магнитным притянемся полем,

и не важно нам всё остальное,

и не важно уже остальное…

Одна у наших душ земная память,

Одна мечта, ай-кью и темперамент,

один язык, один на небе бог,

запас энергии и болевой порог.

Я верю, души вечны и нетленны.

Мы встретимся с тобою во Вселенной.

И даже если вдруг я опоздаю,

Тебя я обязательно узнаю…

Всех законов не знаю Вселенной,

Только знаю, что души нетленны.

Верю в лучшее, верю я в чудо,

то что души находят друг друга.

Элвис Пресли, Пол Ньюман, Феличе —

Мне не важно в каком ты обличье.

Твою душу из тысяч узнаю,

благодатным огнём запылаю.

Прикоснёмся друг к другу душою,

Одним целым вновь станем с тобою.

Не снимешь боль с души удобной позой:

она сильней физической и дольше,

и в апогее душу рвёт на части,

когда чужой душою строит счастье.

Последний ангел

То весь в узорах, то жутко грязный,

Мир, будто ящик Пандоры, разный.

Путь до конца мы прошли б едва ли,

Если бы ангелы не помогали.

В радости с нами, и с нами в печали

Ангел мохнатый по имени Счастье.

Сколько любви в той собачьей опеке,

Чтоб в человеке спасти Человека.

Ангелы звали её в небеса:

«Брось ты людей и спасайся сама!»

Плакали дождиком с серых небес,

Звали собаку в свой сказочный лес.

Только собака осталась с людьми.

Только собака так может любить…

Солнечный лучик в сумрачной тьме-

Ангел последний она на Земле.

Только собака осталась с людьми.

Только собака так может любить…

Души собачьи на небе не спят,

Души собачьи вернуться хотят.

Переживают, ну как мы без них,

там на земле в лабиринтах пустых?

Крылья свои по земле волоча

Ангел заходит в наш дом неспеша.

С взглядом лучистым. Неведомой масти.

Ангел пушистый по имени Счастье.

Души собачьи наполнены светом,

Делятся щедро сиянием этим.

Всю израсходовав душу свою,

В мир излучают сердец теплоту.

Только собака осталась с людьми.

Только собака так может любить.

Солнечный лучик в сумрачной тьме-

Ангел последний она на земле.

Ну а собаке немного надо:

Чтобы хозяин любимый был рядом,

Чтобы лизнуть его раз и ещё…

Радостным лаем с работы встречать,

В парке любимом вдвоём погулять.

…чтобы навстречу дул ветер в лицо…

Только собака осталась с людьми.

Только собака так может любить…

Солнечный лучик в сумрачной тьме —

Ангел последний она на земле.

Мир наш устроен так:

в нём не прожить без собак.

Вытянет к жизни из-под лавины,

в щели пролезет к живым сквозь руины.

Теплом согреет вас в лютую стужу

друг самый преданный,

друг самый лучший.

Скатится с морды собачьей слеза,

а с небосклона сорвётся звезда…

Сколько любви в той собачьей опеке,

чтоб в человеке спасти Человека.

Нежность

Хочешь, я стану травой:

Выстелю бархатом путь,

Буду былинкой сухой

Нежно к ногам твоим льнуть.

Или из складок плаща

Пуговкой выкачусь вдруг.

И оживу, трепеща,

Перерождаясь в звук…

И, воплощаясь в крик

Птицы печальной, ночной,

К женщине той, что приник,

Я опущусь на ладонь.

И бирюзовую нить

Вставит подруга в иглу,

Чтобы от сглаза пришить

Нежность к плащу твоему.

Как хочу твоих губ я касаться!

И дыханье твоё ощущать…

Без остатка в тебе растворяться,

И к утру на тебе оживать… оживать…

И к утру оживать… оживать… оживать.

Хочешь, я стану звездой:

Высветлю-высвечу путь.

Можешь не быть ты со мной,

Только, пожалуйста, будь.

Можешь не быть ты со мной,

Только, пожалуйста, будь…

Как хочу твоих губ я касаться!

И всю нежность свою отдавать…

Без остатка в тебе растворяться,

И к утру на тебе оживать… оживать…

Как хочу в твою жизнь я ворваться!

И звездой путеводною стать.

Словно ангел незримо являться,

И душевный покой охранять… охранять…

Твой душевный покой охранять, охранять… охранять…

Одиночество

Тихий вечер в пустой квартире. И никто не придёт на ужин.

Одиночество накатило сразу в душу, глаза и уши.

Поплотнее задерну шторы, чтоб в тоску не вгоняла осень.

Потеряла точку опоры, и достала я папиросы…

На диване лежу как дура. Нет ни форы. Ни сил. Ни огня.

Ну давай же, литература, делай что-то, спасай меня!

А болит лишь вначале сильно, а потом даже очень смешно:

Одиночество облаком пыли затянуло в моё в окно!

А счастье на полке лежало в печали.

Его позабыли. Его потеряли.

Куда-то спешили, куда-то бежали,

А после и сами бесследно пропали.

Отыщется счастье? Едва ли, едва ли.

Ведь счастье лишь там, где нет места печали.

В кровь свои искусала губы. Передернула нервно затвор.

На звонки отвечала грубо, обрывала тотчас разговор.

Потеряла я точку опоры. И в глазах не осталось огня.

Поплотнее задёрнула шторы. Всё, планета, не стало меня.

Смотрим с кошкой семейные фильмы, надеемся, что вот-вот,

Одиночество стулом скрипнет, молча встанет и тихо уйдёт.

Ну оставь же в покое душу, хватит рыться в моей голове.

Разве будешь кому-то нужен, если даже не нужен себе.

От любви отстирала мысли, разложила по полкам обиды.

Кто же даст точку опоры? Сердце вдребезги разбито…

А счастье на полке лежало в печали.

Его позабыли. Его потеряли.

Куда-то спешили, куда-то бежали,

А после и сами бесследно пропали.

Отыщется счастье? Едва ли, едва ли.

Ведь счастье лишь там, где нет места печали.

Одиночество накатило сразу в душу, глаза и уши.

Словно мерзкий маньяк Чикатило, поимело и насмерть душит.

Всю истыкало душу заточкой, нож втыкая опять и опять…

И в конце не поставить точку, и душевную боль не унять.

Перед зеркалом ела голой, чтобы тело держало форму.

Слышишь, хватит! Довольно!!!

Одиночество, вон из дому!

Слышишь! Хватит! С меня довольно!

Одиночество! Вон из дома!

А счастье на полке лежало в печали.

Его позабыли. Его потеряли.

Куда-то спешили, куда-то бежали,

А после и сами бесследно пропали.

Отыщется счастье? Едва ли, едва ли.

Ведь счастье лишь там, где нет места печали.

Следуй за мечтой

Следуй постоянно за мечтой,

даже если та недостижима.

Кажется неправильной, чудной.

Следуй за мечтой неудержимо.

Сколько раз, не вспомнишь ты теперь,

Птицей залетала в дом Возможность…

Сколько на твоём счету Потерь?

Счёт ведёт потерям Осторожность.

Жизнь причудливым образом

Постепенно отнимет всё.

— Что здесь делаешь? — спросит собственно —

Что забыла ты здесь ещё?

Ты босая стоишь на облаке,

То ли мертвая. То ли в обмороке.

Смотришь с облака сверху вниз.

Чья-то там продолжается жизнь.

Никогда не пройдёт боль от глупых потерь.

Ты поверь, ты поверь, ты поверь!

Без мечты проживала за годом ты год.

Боль от этих потерь никогда не пройдёт.

Никогда не пройдёт, никуда не уйдёт…

Без мечты не летала, не пела ты…

Что же ты с собой, девочка, делала?

Что же ты с собой, девочка, делала?

Следуй за своей всегда мечтой,

даже если та недостижима.

…та недостижима.

В царственной одежде, и босой,

Можешь обойти с мечтой полмира.

Загадай — увидишь океан,

Денег нет, доедешь автостопом.

Соберёшь в пути историй на роман,

Станет твой бестселлер книгой года!

Жизнь причудливым образом

Постепенно отнимет всё.

Что здесь делаешь — спросит собственно?

Что забыла ты здесь ещё?

Виновата, в мечту не верила,

Не летала во сне до звёзд.

Всё на свете аршином мерила,

Принимала себя всерьёз.

Никогда не пройдёт боль от глупых потерь.

Ты поверь, ты поверь, ты поверь!

Без мечты проживала за годом ты год

Боль от этих потерь никогда не пройдёт.

Никогда не пройдёт, никуда не уйдёт…

Без мечты не летала, не пела ты…

Что же ты с собой, девочка, сделала?

Что же ты с собой, девочка, сделала?

Что же ты с собой, девочка, сделала?

Что же ты с собой, девочка, сделала?

Что же ты с собой, девочка, сделала?

Ты босая стоишь на облаке,

То ли мертвая. То ли в обмороке.

Смотришь с облака сверху вниз.

Чья-то там продолжается жизнь.

Жизнь причудливым образом

Постепенно отнимет всё.

Без мечты что ты делаешь собственно?

Без мечты что тут делать ещё?

Без мечты что ты делаешь собственно?

Без мечты что тут делать ещё?

Без мечты что тут делать ещё?

…что тут делать ещё?